Академия драконов: Из деревни в истинные - Натали Чейни

class="p1">Внизу, в каньоне, всадники на ящерах неслись на безумной скорости сквозь узкие кольца. Рев пламени мешался с криками толпы. Каэрон стоял позади Марены, положив руки ей на плечи. Каждый раз, когда мимо пролетал дракон, обдавая их мощным магическим фоном, их метки начинали вибрировать.

— Чувствуешь? — Каэрон наклонился к ее уху, его голос был едва слышен из-за шума. — Здесь магия не в учебниках. Она в крови.

На треке для драконьих гонок не было места церемониям. Каэрон и его лучший друг и единственный, кому он доверял — Дарриан, стояли у края обрыва, проверяя сбрую своих ящеров.

Спортивные ящеры — поджарые, гибкие существа, которые в повседневной жизни были скорее верными домашними помощниками. Дарриан был вторым пилотом в их неофициальном тандеме и единственным, кто рисковал обходить Каэрона на поворотах.

— Готов проиграть свой ужин, Ваше Высочество? — Дарриан ухмыльнулся, затягивая ремень на предплечье. На нем была такая же потертая кожаная форма, как и на Каэроне.

— Мечтай, — бросил Каэрон, запрыгивая в седло своего угольно-черного ящера.

Вылет был резким. Марена, оставшаяся на трибуне, видела только две вспышки. В небе они не просто летели, они танцевали на грани катастрофы. Каэрон и Дарриан неслись сквозь узкие каньоны, едва не задевая крыльями скалы.

Это были не те полеты, которые показывают на учениях. Это был тяжелый физический труд: рев ветра закладывал уши, магия всадников вибрировала, а драконы яростно рычали, соревнуясь друг с другом. Дарриан шел вплотную, намеренно подрезая Каэрона на виражах, заставляя того выжимать из своего ящера максимум.

В какой-то момент они ушли в глубокое пике. Марена вскрикнула, когда тени драконов почти коснулись земли, но в последний момент всадники синхронно выровняли полет. Они промчались над самой трибуной, обдав зрителей жаром.

Когда они приземлились, оба были мокрые от пота и адреналина. Дарриан спрыгнул на землю первым, хохоча и вытирая сажу с лица.

— Ты сегодня летал как сумасшедший. Из-за нее? — он кивнул в сторону застывшей Марены.

Каэрон лишь молча стянул перчатки, его глаза все еще светились золотом после полета. Он подошел к Дарриану и крепко ударил его по плечу.

— Ты почти меня сделал на третьем круге. Почти.

Дарриан уставился на Марену с нескрываемым любопытством. На его губах играла та самая понимающая ухмылка человека, который знает все секреты, но не спешит их выдавать.

— Так вот ты какая, — протянул он, подходя ближе и бесцеремонно оглядывая ее с ног до головы. — А я все гадал, кто же эта героиня, что наделала столько шума во дворце. У нас там только и разговоров, что о адептке, которая перевернула планы короля и довела Селерию до истерики.

Он весело подмигнул опешившей Марене и протянул ей руку.

— Я Дарриан. И, честно говоря, я тебе благодарен. Наконец-то в этом болоте произошло что-то живое. Каэрон ради тебя теперь стены готов сносить, а это зрелище поинтереснее любых гонок.

Каэрон предупреждающе кашлянул, но Дарриан только отмахнулся.

— Да ладно тебе, Каэрон! Девушка должна знать, что она официально стала самой обсуждаемой персоной.

Марена несмело пожала руку, почувствовав его мозолистую ладонь, его открытость сразу подкупала. — Приятно познакомится, судя по гонкам, вы летаете как камикадзе.

Дарриан расхохотался, а Каэрон лишь закатил глаза, хотя в его взгляде проскользнула тень облегчения.

Попрощавшись с Даррианом, который умчался в небо на своем ящере, Каэрон и Марена остались вдвоем в наступившей тишине трека. Сумерки быстро сгущались в глубокие синие тона.

Они забрели в небольшую забегаловку для всадников. Сидя на высоких стульях и попивая обжигающий кофе, они наконец-то заговорили без масок.

— Ты часто здесь бываешь? — спросила Марена, глядя на его расслабленное лицо.

— Когда стены дворца начинают сжиматься слишком сильно, — признался он. — Здесь я не наследник престола. Здесь я просто парень, который умеет летать. И я хотел, чтобы ты увидела это. Что я не просто функция в короне.

глава 12

После занятий Марена искала Лару, чтобы отдать конспекты, но наткнулась на Каэрона.

Он стоял у экипажа с гербом правящей династии и слуга как раз принимал у него тяжелый дорожный плащ. Каэрон выглядел безупречно и отчужденно. Ее взгляд замер на золотой печати письма, которое Каэрон сжал в руке так сильно, что пергамент хрустнул. Она видела этот герб раньше — хищная птица Селерии, символ рода, который не привык отступать.

— Ты куда-то едешь, Каэрон? — спросила она. Голос был тихим, но в нем вибрировала та опасная нота, после которой обычно следует разряд.

Каэрон вздрогнул. Он обернулся, и на его лице промелькнуло мимолетное чувство вины, которое тут же скрылось за маской холодного спокойствия.

— Домой, Марена. В столицу, — ответил он и каждое слово падало между ними холодным камнем. — Отец созывает экстренный совет и ужин с семьей Селерии.

— Ужин? — ее голос прозвучал суше, чем ей хотелось. — Звучит по семейному. Ты будешь жить с ней в одном доме, есть за одним столом, пока я здесь пытаюсь понять, кто я для тебя на самом деле.

— Ты знаешь, кто ты. Я борюсь за нас. Но я не могу просто стереть Селерию с лица земли. Есть протоколы, есть клятвы, которые давал мой род.

— Ты едешь, чтобы в очередной раз выслушать предложение о второй жене. Каэрон, пока ты сидишь с ней рядом, пока ты дышишь с ней одним воздухом во дворце, ты принадлежишь ей. Моя истинность не делает меня твоей собственностью, но и твои обязательства не делают тебя свободным.

Их спор не был похож на обычную перепалку влюбленных, это было столкновение двух миров, которые никак не могли притереться друг к другу.

— Селерия — это не человек, Марена, — произнес он. Его голос был плоским и бесцветным. — Для короны она — функция. Удобный узел, связывающий две провинции. И чтобы этот узел развязать, мне нужно быть там, внутри этой системы, а не кричать о чувствах с улицы.

— Функции не носят твои кольца на пальцах, Каэрон, — Марена стояла у двери, чувствуя себя бесконечно чужой. — И функции не смотрят на тебя так, будто уже выбрали цвет обоев в твоей спальне.

— Что ты от меня хочешь? Чтобы я выхватил меч и устроил резню в тронном зале? Ты не понимаешь, — он подошел к ней вплотную, — я пытаюсь спасти тебя от дворцовой мясорубки.

— Нет, ты пытаешься сделать меня частью этой мясорубки, просто насадив на более изящный вертел, — она посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты невыносима, я делаю все это ради того, чтобы у тебя была корона, которой ты достойна.

— Мне не нужна