100 килограмм Покорности - Ольга Дашкова

Глубоко вдохнула, сжала бедра под столом и попыталась собраться. «Вика, ты профессионал. Ты отстояла бизнес после того, как бывший пытался отжать половину. Ты не какая-то девчонка, которая тает от первого же мужчины в маске».

Но тело предательски не слушало. Соски терлись о тонкое кружево бюстгальтера при каждом вдохе. Между ног уже было влажно просто от воспоминаний. Я даже не прикасалась к себе сегодня утром, а уже чувствовала, как трусики промокают.

Воспоминания нахлынули снова, стоило мне закрыть глаза всего на секунду.

…Мы лежали на той широкой кровати с темно-бордовым бельем. Я только что кончила в третий или уже в четвертый раз, когда он трахал меня с моими ногами у себя на плечах.

Его сперма была горячей на моем животе и груди, густая, липкая. Я лежала, тяжело дыша, вся в его следах: красные полосы от плетки на ягодицах, укусы на шее и плечах, отпечатки пальцев на бедрах. Алекс притянул меня к себе, обнял крепко, поцеловал в висок.

— Отдыхай, Лили, — прошептал он низко, почти ласково. — Ты была невероятной.

Я хотела ответить, сказать что-то умное, но сил не осталось. Глаза закрылись сами собой. Я провалилась в глубокий и тяжелый сон, как после долгой болезни.

Когда проснулась, его уже не было. Комната была пуста. Только запах воска, кожи и секса все еще висел в воздухе, густой, сладкий, непристойный. Я села, поморщилась, тело ныло везде.

Запястья горели тонкими красными полосами от ремней, попа пульсировала после того, как он взял меня там, киска была нежной, припухшей и до сих пор влажной.

Встала на дрожащих ногах. Привела себя в порядок как могла. Нашла в сумочке влажные салфетки, вытерла его сперму с живота и груди. Трусики были целы, я их надела.

Юбку удалось привести в относительный порядок. А колготки… их пришлось выкинуть в корзину, они были разорваны. Спустилась вниз, накинула пальто, вызвала такси через приложение и вышла из особняка, стараясь не смотреть по сторонам.

В машине я прижалась лбом к холодному стеклу и улыбалась как полная идиотка. Все тело пело. Я чувствовала себя желанной. Я чувствовала себяего.

Такси довезло меня домой уже под утро. Я упала в свою постель и проспала до обеда. А потом началась настоящая агония.

Пятый день я просыпалась возбужденной и засыпала тоже. Даже когда пыталась работать, мысли возвращались к нему.

Вчера вечером я не выдержала. Легла в кровать, включила порно: жесткое BDSM, именно то, что раньше я никогда не смотрела. Девушка на экране была привязана к креслу, ее пороли кожаной плеткой, потом трахали в попку, пока она кричала и кончала снова и снова.

Я смотрела и мастурбировала, два пальца в киске, один в попке, представляя, что это он. Кончила так сильно, что чуть не закричала его имя в подушку.

Но облегчения не было. Хотелось настоящего. Его члена в киске. В попке. Его рук на горле. Его голоса: «Ты моя. Кончай для меня».

Я тряхнула головой, прогоняя мысли. «Хватит. Сегодня встреча. Нельзя облажаться».

Встала, поправила блузку. Вырез был чуть глубже, чем обычно для деловых встреч, но времени менять уже не было. Юбка-карандаш обтягивала бедра, подчеркивая каждый изгиб.

Туфли на высоком каблуке. Макияж легкий, но губы ярко-красные. Я хотела выглядеть уверенной. Профессиональной. А не женщиной, которая пять дней думает только о том, как ее трахали в приватной комнате закрытой вечеринки.

Поехала на встречу в офис потенциального инвестора, девушка-секретарь, стройная, в короткой юбке, окинула меня придирчивыми взглядом и проводила в переговорную.

— Виктория Олеговна, подождите несколько минут, Глеб Ильич скоро будет.

Я кивнула, взяла папку и пошла. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно в коридоре. «Спокойно. Ты справишься». Ждать пришлось недолго, а когда открылась дверь, я замерла.

Ворошилов был совсем не таким, каким я его себе представляла. Высокий. Широкие плечи под дорогим костюмом. Коротко стриженные волосы с заметной сединой на висках.

Но я могла поклясться, что у него был тот же уверенный взгляд, те же губы, которые пять дней назад целовали мою грудь и шептали на ухо самые грязные слова.

Это был он. Алекс. Нет. Этого не может быть. Просто совпадение. Просто мужчина, который очень похож. Просто…

— Виктория Олеговна? — Ворошилов протянул руку, и его голос — низкий, бархатный, тот самый — ударил меня прямо под дых. — Глеб Ильич Ворошилов. Очень рад познакомиться.

Я пожала его руку. Пальцы были теплыми, сильными, точно такими же, как тогда. Я почувствовала, как жар ударил в лицо.

— Взаимно, — ответила, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Прошу, присаживайтесь.

Мы сели за стол. Я открыла ноутбук, начала презентацию. Слова вылетали автоматически: цифры, планы расширения, прогнозы.

А он смотрел. Не на экран. На мои губы. На вырез блузки, где виднелась ложбинка между грудей.

Его взгляд был тяжелым, голодным, оценивающим. Таким же, как в том полутемном зале, когда он впервые подошел ко мне.

Я почувствовала, как между ног стало снова влажно. Соски затвердели, выступая твердыми горошинами. Я сжала бедра под столом и продолжила говорить, но голос предательски сел.

Он слушал внимательно. Задавал правильные, профессиональные вопросы. Но каждый раз, когда я наклонялась вперед, чтобы показать график, его глаза скользили по моей груди.

Когда я облизывала пересохшие губы, он задерживал взгляд на них дольше, чем нужно. Это заводило меня до дрожи. Я знала этот взгляд. Я видела его, когда он порол меня плеткой. Когда входил в меня сзади. Когда заставлял меня кончать, сжимая горло.

— У вас очень… впечатляющий бизнес, Виктория Олеговна, — сказал наконец, откидываясь на стуле. Его голос стал ниже, интимнее. — Но я всегда стараюсь понимать не только цифры, но и человека за ними. Скажите… вы когда-нибудь бывали в местах, где не снимают маски? В прямом и переносном смысле.

Я похолодела. Потом жар ударил в лицо так сильно, что мне показалось — он это видит.

— Не понимаю, о чем вы, — ответила слишком быстро.

Он улыбнулся — медленно, хищно, точно так же, как тогда в комнате.

— BDSM-вечеринка. Закрытая. Маски. Черный корсет с перьями. Имя Лили.

Мое сердце остановилось. Я открыла рот, чтобы возразить, но он уже встал.

— Давайте продолжим разговор в моем кабинете. Здесь… слишком много глаз и прозрачные стены.

Я встала как во сне. Ноги дрожали. Мы шли по длинному коридору. Он уверенно держался