Повесть об испытаниях и мучениях - Морган Готье

Стоит мне только посмотреть на ожоги, как меня будто накрывает новой волной боли, и я вдруг ощущаю каждый из них до единого. Крошечные уколы, как от муравьиных укусов, вспыхивают по всей коже, и мне хочется сбросить этот слой плоти, как змея сбрасывает кожу.

Теперь, когда магия вернулась, я могу начать исцелять себя. Но когда я лечила раны Трэйна на Северном Гребне, шрам у него всё равно остался. Не уверена, что смогу полностью избавиться от этих отметин, но сделаю всё, что в моих силах. Попытка пропустить исцеляющую силу через своё тело выматывает. Я не знаю, как давно ко мне вернулась магия, но точно ненадолго. Мне нужно отдохнуть и восстановится, чтобы исцелить себя настолько сильно.

В дверь стучат, и у меня хватает времени схватить накидку и прикрыться ею, прежде чем посетительница входит. Она замирает, и её любопытные карие глаза встречаются с моими. Её взгляд мечется от кровати обратно ко мне.

— Вы уже встали.

Мягкий голос застаёт меня врасплох. Должно быть, моя подозрительность слишком очевидна, потому что она тут же говорит:

— У вас очень красивые белые волосы. Вы ледяной эльф?

Качаю головой и заправляю пряди за свои незаострённые уши, чтобы она всё поняла.

— Наполовину, — отвечаю голосом, который будто мне не принадлежит. Он звучит так, словно я кричала часами, и теперь от него осталась только лёгкая хрипотца.

— Я бы дала вам возможность переодеться наедине, но я уже заходила раньше и набрала вам тёплую ванну, чтобы вы могли освежиться. И ещё принесла мази для ваших ожогов.

Я смотрю в сторону ванной комнаты, примыкающей к спальне, и действительно вижу терракотовую ванну, над которой поднимается пар. Затем снова перевожу взгляд на девушку, крепче сжимая ткань у груди.

— Кто вы? Где я?

На её лице вспыхивает понимание.

— Простите меня! У вас, должно быть, столько вопросов.

Она ставит поднос и направляется ко мне, а её оливковая накидка развевается за спиной. Когда я отступаю на шаг, она останавливается. В её взгляде мелькает грусть, но тут же её сменяет тёплая приветливость.

— Я Хани Назир. Вы в Вашбехтэйне.

— Назир? — выдыхаю я. — Ты знаешь генерала Назира?

— Я его младшая дочь, — она с любопытством склоняет голову набок.

— Значит, он пережил Великую войну, — меня захлёстывают изумление и облегчение.

— Похоже, вы многое знаете о моём отце, — осторожно говорит она. — Мои брат и сестра сказали, что вы назвались Аурелией Базилиус-Сол. Это ваше настоящее имя?

— Брат и сестра?

— Хэйгар и Хелиос. Это они вас нашли, — доброжелательно объясняет Хани.

Я киваю, смутно вспоминая повелителей песка в пустыне. Хотя не смогла бы сказать, как именно они выглядели.

— Да, меня зовут Аурелия Базилиус-Сол. Я дочь Энвера Сола и Сильвейн Базилиус.

Она кивает.

— Это твоя5 кровь открыла портал, да?

— Не по своей воле, — опускаю голову, скользя взглядом по деревянному полу.

— Я и не говорила, что по своей, — отвечает она с ноткой защиты в голосе, хотя и без грубости. — Судя по всему, вы с другом добрались до нас в самый последний момент. Вам, должно быть, пришлось очень многое пережить.

— Никс? С ним всё в порядке? — резко поднимаю голову и смотрю на неё.

Она улыбается.

— Да, твоему другу уже гораздо лучше. С каждым часом он крепчает. Похоже, у него есть какая-то исцеляющая сила, которая помогает ему восстановиться, — её лицо мрачнеет. — Хотя шрамы от пыток, которые он перенёс, у него останутся.

— Это всё из-за меня, — бормочу себе под нос. — Его бы никогда не ранили, если бы не я.

— Не надо так с собой, — Хани сокращает расстояние между нами и мягко убирает с моего лица пряди растрёпанных белых волос. — Пойдём. Мы тебя вымоем и нанесём…

— Я хочу его увидеть, — выпаливаю я. — Где он?

— Спит. Отведу тебя к нему, как только мы о тебе позаботимся.

— Но…

— Пожалуйста, — настаивает она. — Если у нас есть хоть какой-то шанс не дать этим ожогам превратиться в шрамы, нужно заняться твоей кожей.

Она протягивает мне руку, но я не двигаюсь.

— Это ты меня переодела? — спрашиваю я. Мне нужно знать.

Хани кивает.

— Да, мы с Хэйгар. Мы сделали всё, что могли, чтобы убрать песок с твоих ожогов, прежде чем уложить в постель отдыхать, — её глаза опускаются в пол. — Надеюсь, ты не считаешь это вторжением в твоё личное пространство. Уверена, тебе неприятны прикосновения незнакомцев. Обещаю, мы делали всё максимально бережно и с уважением.

Она слишком старается это подчеркнуть. Если она помогала меня переодевать, значит, видела каждый ожог на моём теле. Некоторые — в форме огромных отпечатков ладоней. Не нужно быть особо умной, чтобы сложить картину того, что со мной произошло. И хотя сама мысль о новых прикосновениях вызывает тошноту, я понимаю: они с сестрой сделали то, что было нужно, чтобы помочь мне.

Я улыбаюсь ей, хотя улыбка выходит слабой.

— Спасибо. Я ценю ваше гостеприимство и доброту.

— Это меньшее, что мы можем сделать.

Она снова протягивает мне руку.

— Я помогу тебе вымыть волосы.

После короткого колебания я принимаю её руку, позволяя отвести меня в ванную. В Мидори мне уже помогали купаться служанки, так что сам по себе этот опыт не нов, но после всего, через что я только что прошла, мне потребуется время, чтобы снова это принять.

— Хочешь, я отвернусь, чтобы ты могла зайти? — спрашивает Хани, закручивая свои длинные каштановые волосы в пучок на макушке.

Я опускаю подбородок, и она тут же поворачивается ко мне спиной. Я благодарна за её такт и сочувствие. Роняю накидку на коврик у ванны и опускаю ногу в восхитительно тёплую воду. Меня пронзают воспоминания о том, как я отмокала в ванне после долгого дня тренировок. Перед глазами всплывает лицо Атласа, и вдруг я замираю. Что, если он увидит меня и почувствует отвращение? Что, если разозлится, что ко мне прикасался другой?

— Всё в порядке? — голос Хани удерживает мои растрёпанные нервы от окончательного срыва.

— Нет, — всхлипываю я, нижняя губа дрожит.

— Хочешь, помогу тебе? — мягко спрашивает она, хотя всё это время так и стоит ко мне спиной.

— Я сама, — заставляю себя опустить в ванну вторую ногу и медленно погружаюсь в воду. Она доходит мне до шеи, давая то укрытие, на которое я надеялась. — Я залезла. Теперь можешь повернуться.

Хани послушно поворачивается, пододвигает маленький табурет к краю ванны у моего изголовья и перекидывает мои волосы через бортик.

— Вода не слишком горячая?

— Идеальная, спасибо.

Она наливает немного масла себе на ладонь. Пахнет миррой. Растирая