Невеста по контракту - Маргарита Александровна Гришаева

— Не слишком ли ты спешишь?

— Боюсь, если не поспешу я, это сделает кто-то другой. Если я достаточно хорошо разобралась в характере Ксандра, то с него станется за два дня организовать свадебную церемонию, а это не в наших интересах.

Оставив растерянную принцессу собираться, я отправилась искать императора. И для начала решила проверить самое очевидное место. Коридоры дворца снова оказались наполнены стражей, поклоном приветствующей меня, но я не обольщалась. Едва ли Ксандр успел сменить их всех, а в критический момент толку от них все равно не было никакого. Линария права, императору предстоит титанически труд по переустройству всей системы внутреннего управления и в этом, пожалуй, даже был плюс — определенно ему будет чем себя занять, чтобы не думать, что какая-то принцесса мелкого государства отвергла его. И это он еще не знает, что это на самом деле не принцесса, а и вовсе просто наемница.

В приемной кабинета императора меня к моему удивлению встретил все тот же секретарь.

— Лорд Фарст? Рада видеть вас, как ваше самочувствие?

— Благодарю, ваше величество, все хорошо, — поднявшись со своего места поклонился он, глядя на меня кажется с искренней теплотой. — Доложить о вас императору?

— Да, будьте добры.

Как я и ожидала, Ксандр оказался в собственном кабинете, по самую макушку заваленный бумагами. Он, конечно, сменил костюм и успел привести себя в порядок, но вот отоспаться ему явно не удалось — вид у него был замученный.

— Линария, ты хорошо себя чувствуешь? — тут же выбрался он из-за стола и подошел ко мне, стоило переступить порог. — Лекарь тебя посмотрел повторно?

— Все хорошо, не стоит переживать, — мягко отстранилась я от его рук. — Если кому здесь и требуется осмотр, то это тебе.

— Что со мной станется, — отмахнулся мужчина, возвращаясь на свое место. — Отдохну, когда разгребусь со всем, — мрачным взглядом окинул он ворох бумаг.

— Много удалось узнать? — зачем-то решила я затянуть разговор.

— Достаточно. Мальчишка Ставрийского оказался хорошо посвящен в их планы, а что не знал он сам, рассказали те, кого он сдал. Я и представить не мог, что все это еще тянется со времен нездоровых идей моей дорогой матери, — поморщился Ксандр. — Чувствую себя форменным идиотом.

— У герцога было много времени подготовиться и продумать свой план. Не удивительно, что ему легко удалось привести его в действие, — попыталась я успокоить его. — И что ты теперь будешь делать с его семьей?

— Что тут сделаешь, — скривился Ксандр. — Не представляешь, как я жалею, что пообещал старику не трогать его отпрыска. Тот знал, чего просить. Убить я его, к сожалению, не могу. Впрочем, с этим вполне справится и обычная жизнь. Ставрийские естественно лишились титула, а вскоре лишаться и памяти. Рейсона отправят служить на границу простым солдатом. А Клаудия с бывшей герцогиней примут постриг и будут до конца жизни вымаливать прощение в храме Любви Раскаявшейся.

— Любви Раскаявшейся? — с удивлением уточнила я.

— Самый закрытый и аскетичный храм богини на нашем континенте. Туда приходят те отчаявшиеся, что больше не могут жить в этом мире, по каким-либо причинам, и ищут покоя или искупления. При храме есть приют для бездомных и больных, которым и помогают жители храма на совершенно безвозмездной основе. Вот пусть дамы отрабатывают свои грехи на благо жителей империи, — хмыкнул император.

Что же, неплохое решение. Но все же, меня волновал еще один вопрос.

— Почему он решил действовать через сына, а не через дочь? Почему герцог, не попытался сделать из Клаудии императрицу, а решил пойти более сложным путем? У него ведь было достаточно власти, чтобы вывести Клаудию в победительницы.

— Ну, во-первых, даже если бы она выиграла, навязать мне кого-то в жены было бы слишком сложно, — хмыкнул Ксандр. — А во-вторых… Клаудия сама сказала, что не хотела быть императрицей. Слишком опасно и сложно, кроме того, судя по опыту моей матери, не так уж много власти бы у нее было. Быть сестрой императора куда выгоднее — привилегии почти те же, зато контроля и ответственности меньше.

Что же, Линария была права с самого начала — только самая безнадежная глупышка будет считать место императрицы пределом своих мечтаний. А Клаудия такую лишь изображала, по факту она прекрасно себе представляла, чем это может обернуться.

— Но пока разобрались только с семейкой самого герцога, — вздохнул мужчина. — Предстоит еще решить, что делать со всеми остальными замаравшимися. Большинство, конечно, казню, но показательные суды все же придется для начала произвести. Чтобы в следующий раз заговорщики хорошо себе представляли, чем это может закончится.

Это тоже правильно. Хотя опыт подсказывает мне, что люди очень плохо учатся на чужих примерах.

— Боюсь из-за судов нам придется отложить свадебные приготовления, — словно извиняясь, заметил Ксандр. — Да и после показательных казней сразу проводить празднество, будет не слишком хорошо. Не хотелось бы омрачать это событие.

Как бы не хотелось мне оттянуть этот момент разговора, но он сам его начал.

— Именно об этом я и хотела поговорить, — сделав глубокий вдох серьезно посмотрела я на него. — Я хочу уехать. Как можно скорее.

Ксандр на мгновение замер, но почти тут же расслабился.

— Хочешь съездить домой, пока я буду разбираться с этой грязью? Хорошая мысль. Думаю, ты соскучилась отцу. Съездишь, развеешься, лично пригласишь его на свадьбу…

— Не надо, Ксандр, — покачала я головой, обрывая его речь. — Ты же понял, о чем я говорю. Не делай вид, что это не так.

Ксандр судорожно сжал руки в кулаки, на лице его заиграли желваки. Резко подорвавшись с места, он ушел ко окну, повернувшись ко мне спиной.

— Нет, я не понимаю, — глухо ответил он. — Я не понимаю, почему ты продолжаешь мне отказывать.

— Мы все решили с самого начала, — тихо заметила я. — Меж нами был заключен договор с четкими условиями. Я выполнила свои обязательства в более чем полной мере — заговорщиков мы обезвредили вместе. Теперь твоя очередь выполнить свои — отпусти меня.

— Нет! — прорычал император и, в мгновение оказавшись рядом, ухватив за предплечья, поднял меня из кресла и встряхнул. — Причем тут вообще какой-то дурацкий договор! Столько всего меж нами произошло с тех пор, разве он вообще имеет значение?

— Для меня имеет, — прямо глядела я ему в глаза.

— То есть вот, что между нами было все это время? Всего лишь «договор»? — сверлил он меня злым взглядом.

— Это все, что между нами может быть, — подтвердила я.

— Ладно ты пытаешься соврать мне, но себе-то не ври. Мы гораздо большее, чем магически заверенная бумажка. Я не