Мастер Ночи и белая кошка - Дарья Нико

Супруг расхохотался, даже прекратил поцелуи, хотя пришло самое время спуститься пониже и коснуться губами очаровательной стройной коленки.

— Третьей ее в постель уложим? — сквозь смех уточнил Дархад. — Приручать буду тебя, а заканчивать с ней?

Эрфарин тут же рассердилась и оттолкнула его. Перевернулась на бок, сжалась и шумно засопела.

— Ну тебя к хардам! Вот и справляйся сам… со всем своим… вот этим вот… всяким!

Дальше он не разобрал.

Дархад поцеловал свою очень чуткую и участливую жену в плечо и отстранился.

Все-таки брак — это очень интересно! Мастер Ночи пребывал в восторге. Или это именно у них такой интересный брак?

Как только он скрылся в ванной комнате, Эрфарин, конечно же, сбежала в свою спальню и плотно закрыла дверь. И замок защелкнула. Она помнила о бесполезности этого маневра перед хозяином дома, но все-таки надеялась, что он будет врываться в ее комнату только по серьезному поводу. Вот как недавно…

Она закусила губу, но не сдержалась и все равно хихикнула.

Боги Дня и Ночи! Ей нравится собственный муж!

Именно так и должно быть. Но это у нормальных людей, а они не совсем нормальные.

Она быстро привела себя в порядок. Исключением стал только какой-то немного безумный взгляд, который, кажется, выдавал ту бурю, что все еще бушевала внутри. Но Эрфарин решила с ней не бороться. С ней было хорошо. Она задушит, заглушит кошмар.

А вообще, ей следовало как следует поработать в поместье. Но перед этим…

Эрфарин в волнении прикоснулась к артефакту связи и через несколько секунд уже смотрела на полупрозрачный образ младшей сестры. Ивьен находилась в своей комнате. Она была не в ученической форме, а в удобной тунике и штанах. И с совершенно растрепанной прической, словно девушка не расчесывалась.

И сразу стало ясно, что она провела взаперти все эти часы и, по всей видимости, решила наказать себя и всех окружающих тем, чтобы не выходить из помещения ни под каким предлогом.

— Ивьен, прости меня. Я была неправа! — быстро проговорила Эрфарин, не тратя себя на приветствия и не надеясь услышать ничего ласкового в ответ.

Девушка, конечно же, супилась и хмурила красивые брови.

— Я никогда тебя такой не видела, ты меня напугала, — честно призналась она.

— Знаю, извини меня!

— Что-то случилось, да? — напряженно спросила Ивьен и подалась корпусом вперед, стремясь разглядеть старшенькую получше. — Пишут о непонятном инциденте, что случился, когда Мастер Ночи Дархад Форгаз возвращался с приема. О тебе ни слова…

— Временную супругу не будут упоминать… Я им не очень интересна, — едва заметно скривилась Эрфарин.

Факт женитьбы Мастера Гильдии Ангарет, конечно, стоил того, чтобы упомянуть разок имя избранницы, а вот то, что временная жена всюду следует за ним, для газетчиков вовсе не та новость, на которой можно поднять шум. Гораздо важнее осветить тот факт, что случилось некое таинственное нападение на представителя выдающейся Гильдии артефакторов.

— Что случилось? Ты испугалась за меня, значит, что-то напугало тебя. Что? — крайне строгим тоном спросила Ивьен.

Эрфарин помолчала. Но потом все-таки решилась рассказать сестре о нападении неизвестных, когда они возвращались с бала. Невозможно же все от нее утаивать…

Младшенькая вскочила с кровати и заметалась по комнате. Так, что иногда пропадала из поля зрения артефакта связи. Она несколько раз провела пятерней по волосам и растрепала их окончательно.

— Хард знает что такое! — выразила свое мнение Ивьен в конце концов. — Как ты вообще?

— Все хорошо, — спокойно ответила Эрфарин, надеясь так передать свое настроение и показать, что повода нервничать действительно нет. По крайней мере, сейчас уже точно. — Дархад защитил нас обоих. С ним… мне не страшно.

Она, конечно, слукавила. Немного страшно. И из-за собственного кошмара в душе и из-за того, каким, оказывается, владел Мастер Ночи Гильдии Ангарет. Но это она оставит при себе.

— Кошмар — это… — Ивьен попыталась подобрать слово, — … поразительно, конечно. Знаешь, сестрица, я думаю, что тоже попробую взрастить свой…

Старшая сестра вздохнула.

— Не сейчас, — тут же принялась убеждать младшая. — Попозже, потом… В моей профессии он пригодится.

Эрфарин готова была согласиться с этим, даже несмотря на то, что Ивьен обрекает себя на муки. Да и не может же она запрещать что-то младшенькой из-за собственных опасений, у Ивьен своя жизнь, и она имеет право сделать свой выбор.

Даже если он опасный.

— Вот бы попросить Мастера Форгаза показать кошмар, — задумчиво добавила девушка.

— Кто бы сомневался, что ты тут же начнешь любопытничать. Удивительно, что у тебя нет второй ипостаси, — хмыкнула Эрфарин.

— Да, только тебе достались уши, лапы и хвост. Надеюсь, у айиса Дархада нет аллергии на кошек.

— Совсем нет, мы с ним прекрасно уживаемся.

— О-о, разрешаешь ему гладить тебя за ушком? — тут же коварно улыбнулась Ивьен и многозначительно осмотрела старшую сестру.

— Ну тебя, младшенькая.

Ивьен хихикнула. Но сразу же стала серьезной.

— Будь осторожна, Эрфарин.

Она прекрасно понимала, что опасности еще не отступили, что все еще не закончилось, а потому следовало проявлять осторожность.

— Ты тоже, — ответила старшенькая.

Артефакт погас.

Эрфарин позволила себе лишь пару минут провести в пространных размышлениях о семье и о своей жизни, после чего решительно поднялась и покинула особняк.

Самое время поработать.

Как и всякий раз, она приблизилась именно к тому месту, откуда шел исток всей тьмы, что захватила Фатеас. Реликвия Эстерайи по-прежнему высвобождала свои немалые силы, но все же этот поток стал немного иным. Не столь насыщенным, не столь неумолимым, как при первом знакомстве с ним. Магия Дня пыталась уравновесить эту силу, и шаг за шагом это удавалось.

Иглы воспарили перед Эрфарин, и каждую из них она направила в нужную точку.

Свет солнца где-то там, за границами Фатеаса. Он существует, и он могущественен. Девушка обратила его в нити, сплела их вместе, сделала туже, плотнее и принялась вышивать свет.

Черта за чертой.

Граница земли, корни деревьев, сами деревья, их высокие кроны, дорожки, что прошивали поместье насквозь, фонари.

Контуры, очертания, линии, силуэты. Свет вонзался в тьму поместья, отодвигал ее, отгонял, заставлял подвинуться.

Эрфарин медленно двигалась по территории, выискивая самые темные места. Нефритовые иглы летали вокруг нее острыми быстрыми стрелами в разные стороны. Девушка полностью сосредоточилась на работе. И вокруг нее проявилась аура, она оказалась объята мягким светом и сама по себе немного напоминала светлячка.

Тьма теряла свой глубокий непроницаемый черный цвет, становилась серее, становилась слабее. Уступала противоположной силе, чувствуя, что та тоже достаточно сильна. И что их противостояние вполне может считаться достойным.

Свет фонарей теперь казался