Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

Как бы Люси ни пыталась сделать вид, что они с Тристаном не пара, сейчас она ведет себя почти как он.

– Так вы хотите в банду или нет? – удивляется Люси. – Если да, то как мы принесем домыслы вместо фактов?

– У нас было не это задание, – с сомнением тянет Ламия.

– Нет, Люси права, – подбираюсь я. – Нам нужно доказать, что мы способны не только болтать.

– Ты тоже с ума сходишь?

– А ты хочешь в банду или нет? – переадресовываю вопрос я.

– Я не хочу, чтобы нас спалили.

– Значит, будем осторожными. Люси, отсюда далеко?

– Нет, это рядом с «Макдоналдсом».

Я пытаюсь понять, как пройти. Точно: квартал Марли примыкает к парку Холбек, и там нужно всего-то спуститься вниз по тропинке, и попадем…

Это то самое место, где Феликс догонял Эрни. До сих пор помню собственный ужас от того, что я слышала, и от синяка посередине, между ребрами. Его оставило дуло ружья, и когда я поняла, что Феликс мог умереть, сердце чуть не остановилось.

Не знаю, как Палома с этим живет.

Мы идем к парку, только разговор больше не клеится. Ламия, кажется, снова передумывает каждые две минуты, Люси, наоборот, шагает уверенно, так, словно собирается бросить этот гараж к ногам Джея и завоевать его сердце прежде, чем Тристан завоюет ее.

Не представляю, что она в нем нашла. Обычнее него только чай в магазине, честное слово. Он не самый умный, не самый сильный, не самый глупый и не самый слабый. Джей совершенно никакой, и сколько раз мы бы ни встречались с ним в одной компании, я не слышала, чтобы он говорил что-то важное.

Но наша тихая скромница Люси отказывается даже смотреть на парня, который, не задав ни одного вопроса, решил ее главную проблему с отцом, подарил ей садовый нож и каждый раз, стоит ей появиться на горизонте, готов бросить все, чем занимается, чтобы просто с ней поздороваться.

Ухаживания Тристана как минимум достойны уважения. А Люси их ненавидит. Никогда ее не пойму.

Парк – очень громкое название для этого места. Я бы назвала его «полянка с пролеском Холбек» или если преувеличивать, то «сквер Холбек», но не больше. Пока мы идем по самому его краю, Ламия почему-то напряженно вглядывается вдаль, вытягивая шею.

– Что не так? – спрашиваю я.

– В прошлый раз здесь дежурил один из ямайцев.

– Это когда вы впервые поцеловались? – оборачивается Люси.

– Да. Только тихо: нам нужно пройти незаметно.

Мы проходим почти весь парк спокойно, но уже когда подступаем к лестнице, ведущей к «Макдоналдсу», Ламия вдруг замирает, поднимается на цыпочки, вытягивая шею как может, и тут же толкает меня в спину.

– Вперед, быстро! – командует она.

Без лишних вопросов мы сбегаем вниз и запрыгиваем в плотные заросли калины, с трудом протискиваясь внутрь. Спасибо Ламии, что заставила надеть футболку… А вот платью Люси я бы сейчас не позавидовала.

Я не сразу понимаю, в чем проблема, но через несколько минут ответ находит нас сам.

– А чо Малик-то подпрыгивает? – раздается веселый голос Дре. – Лежит оно и лежит, от того, что мы на него смотрим, оно сильнее не блестит.

– Тебе какое дело? – отвечает ему второй, спокойный и ровный голос. – Сказали сходить проверить – иди и проверь.

Они спускаются по тем же ступенькам, что и мы. У меня внутри что-то обрывается, а сердце даже немного покалывает. Я не шевелюсь, но Ламия рядом сжимает мне руку, не давая паниковать слишком сильно.

– Не люблю я бессмысленную работу. Ну кто знает из этих дебилов, где мы его спрятали? Или мы пацанам не доверяем?

– Тебе знать не положено, – так же без эмоций отвечает второй.

– При этом я не ел с самого утра! Как собачка у Малика, а собак хотя бы кормят. Кило, миленький, давай забежим в «Макдоналдс»? Я очень быстро ем!

– У нас еще куча дел.

– Именно! Столько работы, а я голодный. А я тебе говорил, что, когда голодный, не могу даже подпрыгнуть? Мне нужна сила. Что дает силу? Чизбургер!

– Сделай ебало на ноль, а.

– Знаешь, как меня заткнуть? Дай мне еды. Пока жую, я не разговариваю, клянусь!

Шаги затихают недалеко от нас. Я задерживаю дыхание и стараюсь превратиться в камень и не шевелиться. Как назло, нос начинает чесаться так, будто с него вот-вот слезет кожа. Это невыносимое ощущение с каждой секундой только растет, расползается по лицу, вспыхивает очагами по всему телу.

К моменту, когда человек по имени Кило начинает снова говорить, я едва не плачу от невозможности почесаться.

– Зайдем в «Макдоналдс». Полчаса на все про все. Если не доешь за это время, я запихну остатки тебе в задницу.

– Кило! Роднулечка! Ты самый лучший.

Шаги Дре превращаются в прыжки и быстро удаляются. Впрочем, Кило тоже не задерживается. Я выдыхаю и хватаюсь за свой несчастный нос, яростно царапая его короткими ногтями.

– Лили, – шепчет Люси. – Обернись.

Да что еще-то? Я разворачиваюсь назад и понимаю, что мы неплохо срезали путь. За кустами калины широкое пустое пространство, в котором мы не заняли и четверти, зато дальше – несколько высоких деревьев. Мы словно застряли между двумя кварталами – жилым и торговым. В жилом царствует красота, воплощенная в густо высаженной калине, в торговом же – чистая функциональность.

А самое главное – между стволами, внизу, виднеются какие-то неказистые заброшенные постройки, и уже за ними – задняя дверь ремонтного гаража.

– Слышали? У нас всего полчаса, – говорит Люси.

– Так, может, подождем, пока они нам сами покажут, где хранят оружие? – предлагает Ламия.

– Стемнеет, – вздыхаю я. – Нам нельзя рисковать, возвращаясь домой по нейтральной зоне. То, что Малик обещал меня убить, не шутка.

– Он псих! – возмущается Ламия.

– А я говорила. В общем, нужно идти сейчас. Ползем ближе, посмотрим, кто там есть.

Задние ворота гаража открыты нараспашку – еще бы, внутри, наверное, очень жарко. Никто там не ожидает, что за ними будут следить. Я стараюсь не радоваться раньше времени и разглядываю людей и то, что они делают.

Двое парней в синих комбезах без рукавов – скорее всего, «Кирпичи» – ковыряются под капотом белого «Форда». Я без труда узнаю машину: у Дона была точно такая же. И у половины Шеффилда тоже. Не представляю, как «Форду» удается продавать столько своих машин.

В остальном гараж совершенно обычный, но очень уж маленький. Много туда не поставишь – максимум две машины. В стенах две двери: левая как раз открывается, и откуда-то из передней части здания выходит еще один парень. Этот вроде повыше? Он тоже