Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

Я распахиваю глаза и только теперь понимаю, что зажмурилась.

Мне кажется, что класса нет, что вокруг меня, на моей шее смыкаются сильные руки, что я барахтаюсь, кричу, а никто не слышит!

Я не помню сейчас ни про боевые приемы, ни про магию. Ужас охватывает меня с ног до головы! Сила выплескивается из меня мощным потоком, сносит все барьеры. Вода льется отовсюду. Я задыхаюсь, тону, беспорядочно машу руками.

Перед глазами всплывает темное озеро. В нем плавают осенние листья. Там так холодно, так холодно лежать на самом дне, что ваша каратица с тоски бы завязала щупальца в сердечко.

Я мокрая, вся мокрая, а ветер пихает в спину, топит, гонит волны.

— Хватит! — Рявк.

Вспышка. Хлопок. И я понимаю, что стою посреди аудитории. Форма совершенно мокрая. С меня течет вода, капает с волос, с носа, холодит кожу за шиворотом, да что там — мне кажется, я хлюпаю с ног до головы.

Госпожа хлюпающие панталоны.

Посреди аудитории — лужа, которая под руками мастера стремительно уменьшается.

Мне лишь остаётся вздохнуть. Вот так. Несколькими обманчиво небрежными жестами в воздухе. Тонкие синие нити ползут из рук мастера, воде безразлично, что он за существо.

А ветер хорошо порезвился. Разбросанные тетради, намокший пергамент, мокроватые ученики на первом ряду…

Меня мелко трясет. Я не смотрю на Арга, на Ри Лайо, на Мана. Мне невыразимо стыдно.

И ещё страшно от того, как мастер Лунгари подчёркнуто не смотрит в мою сторону.

— Два выговора, ученица Эль-Шао, — равнодушно произнес маг, — я сам поговорю с вашим куратором. Полагаю, скоро господин ректор осознает, что это элитная академия. Для магов. И лучших заклинателей.

Да, Лунгари — не заклинатель. Но отчего-то именно он нас учит.

— А теперь садитесь, следующий… ученик Зэн? — Кивает бледному блондину из новеньких, — прошу вас.

— Но, мастер… — мне мокро и холодно.

С меня капает, я сейчас залью все сиденье и вообще простужусь насмерть! да-да, вам назло! И буду неупокоенным духом витать! А заклинатели из солидарности меня не изведут!

— Хотите ещё один выговор, ученица? Тогда можете идти, — уголок губ этого гав… чистейшего зерцала мудрости дернулся.

— Мастер, ученица Ли Ссэ помешает нам слушать урок и испортит мебель, — поспешно подскочил Ри Лайо.

Я вижу его обеспокоенный взгляд. Он попытался помочь, и я за это ему очень благодарна. Но не стоило. Теперь и на него Лунгари смотрит волком. Или скорее уж коброй.

— Вы желаете, чтобы я вынес шаи Ли Ссэ два выговора и выгнал, ученик? Как же ваше чувство товарищества? — Пальцы мастера поглаживают чучело неведомой мне кракозябры, замершей на столе.

У той вид печальный — уже отмучилась.

— Нет, мастер. Ваше слово — закон, — с достоинством ответил Ри Лайо.

В Конактуме бунтовщики долго не живут. А мои друзья слишком хорошо понимают, что значит для меня вылет. Так что только поробуйте мне ещё помочь, сама покусаю! Я когда мокрая — особенно злая, так и знайте, господа. Мокраая курица — вообще страшный противник.

Я хлюпаю даже нижним бельем, простите! Но мужественно сажусь за стол. Хорошо хоть столы здесь одиночные.

Внутри — тонкая противная дрожь. Источник жжёт, перехватывает горло, мне не до шуток и смеха. Вода вызывает не отвращение — ужас! Что со мной было? Что это за воспоминания? Я не помню, чтобы когда-то тонула!

В конечном итоге всё занятие я невидяще смотрела в стол. Кажется, даже не записала ни слова. Только запомнила, как виртуозно ученик Зэн сдавил силой ветра ярко-красный спелый фрукт, так, что тот брызнул соком. И сок этот собрался в тонкую юркую струю и оказался в маленькой пиале.

Мне этого не дано.

С каждой секундой трясло все сильнее. Внутри закручивался жгут, ледяные пальцы вцепились в край карты, а от моего оптимизма в пруду утопился бы одинокий карп.

Кажется, мастер-ломастер рассказывал что-то о зимней нечисти и нежити. До меня долетали только отдельные фразы — все силы уходили на то, чтобы не расклеиться окончательно.

— Морозная Стынь — нежить пятого уровня опасности из семи. Безусловно, нежить не принято выделять в отдельную расу, но порождения снега бывают весьма разумны и опасны. Стынь охотится на женщин после семнадцати и девочек от трёх и до десяти лет. Тварь подражает голосам их родственников, туманит сознание, уводит подальше от жилья — и выпивает, оставляя высушенную оболочку. Однако она не водится в крупных городах. Ареал обитания — горы Шанло и…

— Он часто выбирает себе жертву и клюет. В прошлом году, говорят, мастер пытался продавить одного мага из стихийных, природников. Тот ему заставил всю комнату прорасти, мебель встала на корни и разбежалась. Лаи Лунгари сильный маг, но с головой у него проблемы, — попытался своеобразно поддержать меня кто-то из парней.

— Я пытался направить на тебя сушку, но бытовой огонь без амулетов — не моя стихия, — прошептал Арг.

Так вот почему мне стало теплее, а подол платья попытался обуглиться! Всё равно — моя благодарность, Арг. Я не забуду. Хоть ты и ширгов самоубивец! Сам вылететь захотел?

Арг был не одинок в своих попытках помочь глупой ученице.

Сён Ман нахмурил медвежьи брови и тишком стянул с себя верхний пиджак.

Ри Лайо умудрился убрать жидкость с моего стола. А Да-ни каким-то образом сделал так, чтобы вода со стула и пола постепенно испарялась.

Остальные сидели слишком далеко — да и местные аристократы — не специалисты по бытовым заклинаниям, а амулеты с собой на занятия никто не таскает.

— Ещё подпалишь меня окончательно, — хриплю тихо Родоку.

И не оборачивайся, Алиска. А то морда страшная, распухшая. Примут ещё за нежить.

В груди пекло все сильнее. Перед глазами плыло. Узы — как толстый янтарный канат. Я цепляюсь за него и беззвучно жалуюсь.

Я выталкиваю из себя ком боли и унижения, выпихиваю, дёргаю, тяну, щиплю мысленно звенящие толстые оковы.

На тебе, получай! Кто получит, зачем, почему — в голове все смешалось.

— Инеистые лягухи — мелкая нежить. Любят пробираться на скотный двор, в птичник, конюшню. От них киснет молоко, не может разродиться скотина, гниёт зерно. И, самое опасное — они могут заражать скот. Инеистая лихорадка излечима для эль-драгхо, но болеют ею крайне тяжело. Особенно, мужчины. Она может спровоцировать бесплодие…

Голос качал, убаюкивал на волнах.

Не спи, замёрзнешь!

Кажется, у меня поднимался жар. Я уже несколько раз чихнула, зажимая нос.

О том, что пара закончилась, я узнала только по шороху поднимающихся учеников.