Молия - Маргарита Серрон

— Не будет у меня мужа, отец Илларион, так на судьбе написано. Но это ничего, я уже смирилась.

— Ты и смирилась? — монах лукаво улыбнулся, — Не верю, не в твоем характере. Погрустишь, попечалишься и опять бороться начнешь. Ты же боец, не можешь ты проигрывать просто так, из-за своей слабости.

— Не могу, это точно. Где же это место? Неужели призрак меня обманул?

Моля сделала вид, что собралась в кустики сходить. Отойдя от монаха на некоторое расстояние, она нашла открытую поляну и замерла, подняв руки к небу. Разгонять тучи ей больше всего нравилось. Ритуал не сложный, сил много не забирает, а заставляет радоваться. С нежеланием и натугой, ветер поменял направление и многоярусные грозовые тучи вместо юга неожиданно стали передвигаться на север. Небо медленно прояснялось. Сначала слегка посерело, а потом посветлело и неожиданно показались голубые пятна.

Монах не мог поверить своим глазам. Когда девушка вернулась, сквозь макушки деревьев уже просачивались робкие солнечные лучи.

— Моля, ты как в воду глядела. Можно расслабиться и спокойно заниматься поисками. Теперь у нас весь день впереди. Смотри какое солнышко, как весной. Это хороший знак.

— Да, погодка у вас здесь непредсказуемая. Сюрпризы на каждом шагу.

— А то. Хоть и близко полярный круг, но грех жаловаться, природа как в средней полосе России. Посмотри, какие леса — этим стройным великанам больше ста лет, они немые свидетели всех человеческих деяний, а озера? Где ты видела такие озера, вода прозрачная, точно горный хрусталь, — Монах по-настоящему любил остров. Было видно, что он не страдает, живя в изоляции от внешнего мира.

— Моля, а ты мне так не рассказала, что случилось. Как ты на след книги вышла, с тобой связался заказчик? Или наш план удался, и ты встречалась с убийцей?

— Ни то и не другое. Я не дозвонилась заказчику, телефон был выключен. А вчера я записку получила. От кого не знаю. В доме нашла, когда днем проснулась. В ней было описание места, где спрятана книга, — Моля врала напропалую, но чувствовала, что отец Илларион не верит ни одному ее слову. Ну что она могла ему еще сказать? Да и как бы он поступил на ее месте? Да, она обиделась на Киана, но это еще не значит, что она бы его предала. Ни за что на свете она бы не рассказала правду. Никому и никогда. И монах это понял, интуитивно. Там, где замешан любимый мужчина, женщины были тверже алмаза. Их можно было пытать, давить, унижать-все бесполезно. Любовь меняет женское представление о мире, о добре и зле. Вот главу угла становится любимый мужчина, какой бы он не был, и чтобы не сделал.

— Понятно, записка, значит, — только и смог произнести монах, что тут было еще говорить. Все ясно было и без слов.

Наступила неловкая тишина. Вроде, как и компаньоны, и цель одна, а холодок все-таки пробежал между девушкой и монахом.

— Так не пойдет. Нужно остановиться и попробовать по-другому. У вас есть спички? Мне костер нужен, — Моля решила пообщаться с бабушкой при помощи огня. Полноценный сеанс с вызовом призраков она делать не хотела при отце Илларионе, чувствовала, что он не одобрит такие методы, да и опасалась, что после вчерашнего ритуала у нее сил не хватит. А вот с огнем побаловаться можно было. Все-таки это ее родная стихия.

— А зачем тебе костер, Моля, продрогла? Вроде не сильно холодно.

— Нет, не для этого. Я должна медитацией заняться. Мне так думается лучше, я что-то упустила.

— А где записка? Может вместе почитаем? Две головы то лучше. Я остров как свои пять пяльцев знаю.

— Нет ее, Филька порядок наводил и нечаянно сжег.

Одна ложь порождала другую. Монах и не сомневался, что никакой записки не было. Но молчал. Ему уже было просто любопытно, чем закончиться их поход. Настырность и целеустремленность девушки его просто удивляла.

— Пойду дрова соберу, спички у меня есть. Заодно и сосиски на костре поджарим. Время обедать.

Моля расслабилась. Хорошо, что отец Илларион такой понятливый оказался и не стал лезть с расспросами. Но почему она не может найти нужное место? Все ведь правильно делала. Десять раз по карте проверила все ориентиры. Может призрак ее обманул? Не должен. И тут девушку озарило-они ищут шалаш с вещами, или небольшой сарай. Но убийца прибыл на остров незаметно, даже нелегально, никто о нем ничего не знал и даже не встречал его ни разу. Это она знала точно, опросив почти всех жителей острова. Чужих кроме них на острове замечено не было. А значит наемник не хотел, чтобы его вещи кто-то обнаружил. Поэтому, он должен был соорудить незаметное укрытие, что-то вроде землянки, сливающейся с местностью.

Моля схватила рюкзак и бросилась в лес. Она знала, где искать. Недаром все последние годы она посвятила экспедициям по поиску исчезнувших артефактов. Сколько лесов она с ребятами обошла — не сосчитать. И мыслила она уже, как профессиональный поисковик. Поэтому пробежав через молодой редкий лесок, она бросилась к оврагу, образованному старым руслом реки. Именно в расщелине она бы устроила тайник с вещими. И рыть яму не нужно, и незаметно для окружающих. Ветками бы привалила и готово. Место отдаленное, болотистое, находится далеко от туристических троп, а до часовни, где они оставили машину два часа пешком идти. Никто здесь не будет гулять просто так, ради удовольствия. За оврагом и вовсе сосновый лес переходит в непроходимый бурелом, чередующийся с болотами. Горя от возбуждения, она нашла самый пологий край и закрепив веревку за ствол одиноко стоящей сосны, стала осторожно спускаться на дно оврага. Макс ее многому научил, в том числе и преодолевать крутые спуски. Навыки, которые она получила, не раз облегчали жизнь в походах, помогая коротким путем добраться до цели. На крутые горы она не взбиралась, но невысокие скалы вполне могла покорить. К счастью, высоты, она не боялась, в отличие от Фили, который потел и бледнел каждый раз, когда им приходилось взбираться на горы или наоборот опускаться в пещеры. Но тогда Макс всегда был рядом на подстраховке и это успокаивало. Добравшись до пересохшего русла, Моля вздохнула, ей так не хватало Макса. Его силы, уверенности, и непрошибаемости. Когда он был рядом, она ничего не боялась, смело соглашаясь на любые авантюры. А теперь она может полагаться только на себя. Нельзя грустить, нужно идти к цели несмотря ни на что. Иначе все будет напрасно, и