Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва

Нужно только попросить, Юниль, и я дам тебе всё. Полную купель тёплой, приятной воды — легко. Новый гардероб — уже сделано. Прогулка — только пальчиком укажи, куда вести.

— А с чего вы, ваше наглейшее драконище, решили, что мне что-то от вас нужно? — я высокомерно задрала подбородок.

— А с того, что между нами связь.

— Нет, я ведьма...

— Тем хуже для тебя, прелесть моя тёмная. Хочешь, расскажу, что чувствую к тебе? Какие сны меня посещают с твоим участием? М-м-м? Если я открою рот, то ты покраснеешь вся от макушки до кончиков мизинчиков на твоих нежных ножках.

— Оставь это при себе, — я дёрнулась и выскользнула из его объятий.

Отошла в сторону и, развернувшись, позорно сбежала.

Такое со мной было впервые.

Посидев в комнате, я поняла, что просто с ума сойду, если пробуду в четырех стенах еще хотя бы несколько минут. Поправив на себе платье, решила прогуляться по коридорам, посмотреть, где вообще нахожусь.

Обернувшись на дверь террасы, призадумалась: а если он увидит, что я ушла?

Ну и что он мне сделает? Да, ха, три раза!

Ничего ровным счетом.

Так что, обувшись, я направилась на выход.

Коридоры, залы... Прислуга, которая смотрела на меня, словно я оживший мертвец.

Похоронили они меня уже все, что ли?

Рановато!

Ведьмы, особенно темные, вообще из чистой вредности живучи как кошки.

Но что мне показалось странным: со стен спешно снимали картины. Причем все подряд.

Осмотрев три зала, вошла в особенно интригующий. Выпучила глаза... Ничего себе интерьер тут у моего истинного!

Вот гусь похотливый! Какой интригующий разврат!

Со всех сторон полотна, а на них женщины, и в таких позах, что бровь приподнималась.

— Давно говорил, что срам этот удалить нужно. Ладно мужчины, но здесь все же и невинные девушки расхаживают. И наверняка их из постели никто не выпускал.

Резко обернулась и моргнула.

— Генерал Ярвен, — у меня словно камень с души упал. — А папа? Его и правда нет? Мне толком никто не объяснил, почему я здесь одна?

— Память, — он кивнул и, подойдя ближе, обнял, притягивая к себе, так, как делал это всегда отец. — Дара сказала мне. Незадача, конечно, но главное, что жива и физически здорова. И напугала же ты всех нас, девочка. Воины, которых Льюис приставил охранять тебя, чуть с ума не сошли от чувства вины.

Я моргнула и вдруг на мгновение вспомнила, как в небо один за другим взмывают огромные ящеры...

— Ай, — висок словно раскаленной спицей прожгло.

— Что такое, Юниль? — в голосе генерала Ярвена промелькнул страх.

— Голова, вроде и все хорошо, а потом как иголкой боль. Но что же это за комната такая?

Я попыталась перевести разговор.

— Та, в которой любил отдыхать прежний император. И я очень не хочу, чтобы сюда заходили вы. Ни ты, Юниль, ни Дара, ни Сабрина. Но хвала Богам, у Льюиса, наконец, появилось время привести все залы и галереи в порядок, убрав всю эту вульгарщину. Но ты мне зубы не заговаривай, кто тебя из постели выпустил?

— Сама, — отстранившись, я надула губки. — Скучно стало.

— Скучно, — он улыбнулся. — Девочки сейчас в саду. Хочешь к ним? Они рады будут. А ты и развеешься, и у Дары под присмотром.

— А император не начнет лютовать?

— Не мне тебя учить ресничками невинно хлопать, — генерал усмехнулся, — он рот откроет, а ты хлоп-хлоп и в обморок. У него всю злость как рукой снимет. Это действует всегда. Моя Астрид, пока беременной была, все запреты так обходила. Мне стоит сдвинуть брови, как ей уже нехорошо и воздуха не хватает. Так что пользуйся женской хитростью, проверенной на мне.

Я тихо засмеялась, покачав головой.

— Меня этой науке мама уже давно обучила.

— Ну да, с твоим отцом по-иному своего и не добиться.

— Угу, — я кивнула, чувствуя, как стихает боль. — Ведите на прогулку.

Погладив меня по голове, как дочь, он приобнял за плечи и вывел из этого срамного зала...

... В саду было на удивление свежо. Поражало количество статуй и фонтанов. Кажется, здесь со всем явный перебор. В небольших беседках, расположенных вдоль дорожек, сидели женщины разных возрастов, и вот странность: стоило им заметить меня, как они начинали активно шептаться, провожая взглядом.

— Я успела засветиться, да? — тихо шепнула.

— О да, — генерал кивнул. — Истинная императора, ведьма, которая еще и нос воротит. Дорогого стоит. Сейчас при дворе лишь семьи советников, остальных попросили покинуть замок. Так что можешь чувствовать себя спокойно.

— Я воротила нос? — уточнила самое любопытное для себя.

— А что, ты бы так просто в храм отправилась с браслетами на руках? — он забавно приподнял бровь, словно я великую глупость спросила.

— Вряд ли, — скривилась, — скорее бы со свету изжила проверками.

— Именно этим ты и занималась, — он важно кивнул. — К слову, Льюис хорошо держался. Я бы даже сказал, что вел в игре.

Генерал поджал губы, явно не все мне рассказывая.

Солнце ласково грело плечи, а легкий ветерок шелестел листьями. Мы шли по гравийной дорожке, вдыхая сладкий аромат цветущих клумб.

Я издали заметила девушек.

Мда...

— Не только у меня приличия не в почете? — вырвалось с языка.

Просто если все сидели в беседках, то эти три особы расположились на расстеленном покрывале, выстроив перед ним три пары ботиночек.

— Увы. Дара воюет со мной, не желая подчиняться. Выказывает характер. Я беру ее с собой в пустыни с дипломатической миссией, а она желает босиком шагать по дорогам империи, размахивая мечом.

— А-а-а, — я понятливо кивнула. — Никогда этого не понимала. Чего пальцы в кровь сбивать, когда у тебя есть вариант и самой в карету забраться, и остальных послушниц в нее впустить, и еще и воинов нанять, чтобы они теми самыми мечами и размахивали. Если есть возможности, то зачем ими пренебрегать?

— Вот поэтому я всегда стремился, чтобы между вами была дружба, Юниль, — генерал Ярвен улыбнулся. — В тебе есть то, чего моей дочери не хватает — хитрость и продуманность. Она же проста, как доска. Все в лицо говорит, никого не слушает. Если что в голову вбила, то хоть веревками ее вяжи. Упрямая, что ослица.

— Ну не наговаривайте,