Хирургическое вмешательство - Серена Никки

Глава 42. Карма настигла…

Глава 42. Карма настигла…

Еву спустя сутки после того как нашли малыша остановили у самой стойки в аэропорту. Она уже отдала на проверку документы, когда два сотрудника в штатском, тихо подошли и показали работнице аэропорта удостоверения. Сотрудница аэропорта без лишних слов выдала им документы Евы, и ту под ручки так же тихо увели. Операция прошла так профессионально, что мало кто обратил внимание на эту странность.

Ева оказалась под таким впечатлением, что даже не закричала и не пыталась вырываться. Она позволила дотянуть ее до служебных помещений и только там пришла в себя.

— Что вы себе позволяете! — закричала визгливо она. — Да как вы смеете?!

Однако все ее возмущения остались без должного внимания. Вскоре молодой парнишка в форме работника аэропорта притянул все ее многочисленные чемоданы. Полицейские присвистнули от такого количества поклажи.

— А разве возможно брать столько багажа на одного пассажира? — спросил один из сотрудников.

— Деньги делают все! — отрезала резко Ева и улыбнулась своей самой роскошной улыбкой. — С вами я тоже готова договориться.

— Это хорошо, — вклинился в разговор второй сотрудник полиции, — что вы, Ева Вадимовна, готовы с нами разговаривать. А вот интересно, куда вы собрались с таким количеством багажа?

— Отдыхать, — ласково заговорила Ева, — в Дубае. Мой номер в отеле уже оплачен, поэтому если я опоздаю и вовремя не попаду на место, то я выставлю счет за пустующий номер вам.

Она облизнула вызывающе губки и погладила свой ровный блестящий хвост. Ее движения сильно взволновали молодого сотрудника полиции. Его глаза так и загорелись огнем, на что Ева и рассчитывала. Она обожала волновать мужчин и была в этом деле профессионалкой. Поправила на груди складки асимметричного декольте блузки, чем привлекла взгляд парня еще и туда, а после тихо хохотнула.

— С вашей зарплатой вам придется месяца три его оплачивать.

Парень еще раз блеснул глазками и улыбнулся на ее слова улыбкой суперзвезды. Да так, что Ева непроизвольно засмотрелась на его красивое лицо.

— Не переживайте, — заговорил он слегка хрипловатым голосом, проникающим под кожу и вскрывающим прячущиеся там мурашки, — мы компенсируем ущерб тем, что предоставим Вам, Ева, другой номер. И даже не на каких-то два дня, а на гораздо больший срок. И представьте! За него совершенно не нужно ничего платить. Все включено!

Завороженная женщина даже не поняла, о чем идет речь. Она, раскрыв красивый ротик, была полностью загипнотизирована этим голосом и даже придвинулась непроизвольно ближе к молодому сотруднику полиции.

— О-о-о! — вырвалось из нее стоном. — А так бывает? Вы готовы заказать номер для нас?

Она была уже покорена этим мужчиной и желала пообщаться с ним как можно ближе. Эйфорию разрушил второй сотрудник. Он на все это представление смотрел с безразличной слегка кривоватой усмешкой.

— Сасин! Прекращай! Время!

Молодой полицейский, галантно протянул руку и помог встать Еве. Та была готова идти с ним хоть на край света, лишь бы он не выпускал ее ладонь из своей. Долгое общение с Роговым — обрюзглым полу импотентом, накопило в ней много энергии, которая теперь была готова вырваться наружу новой страстью.

* * *

Пустоваров вздохнул, цокнул языком и поднялся из-за стола с документами в руках. Вот так и работай с молодой порослью. За одну минуту заворожил подозреваемую. Но, с другой стороны, пока она под романтическим впечатлением, возможно ли из нее выудить максимум информации? Пока не пришла в себя и не оказалась снова в реальности.

Еву доставили в отделение и препроводили в камеру. Тот самый, кого назвали Сасин, проводил ее и усадил на кушетку.

— Ты куда? — спросила она слегка плаксиво, — я хочу кофе.

Мужчина деликатно высвободил свою руку и отошел.

— Хорошо.

Сказал он ровно. Но в ушах Евы его голос звучал как самая прекрасная музыка. Она послушно сидела и улыбалась, так как уже скучала по этому мужчине, но ему нужно принести для нее кофе, и он уходит.

Дверь закрылась, замки щелкнули. Сержант Сасин достал из портмоне сторублевую купюру и протянул охраннику.

— Будь другом, принеси от меня этой нимфоманке стакан кофе из автомата. И-и-и с нею будь поосторожнее.

— Добро, — взял деньги охранник, — а за что закрываем такую фифу? Красивая…

— За похищение пятилетнего мальчика, — с презрением, словно выплюнул, заключил сержант Сасин, — она его бросила в заброшке, и ее совершенно не волновало, что он там погибнет один! Мы все сделаем, чтобы она надолго села!

— Жалко, такая красивая, — покачал головой охранник.

— Ничего красивого я в ней не увидел, — пошел Сасин уже по своим другим делам, — обыкновенная и доступная кляча. Много я таких … Видал.

Сасин был любвеобильным мужчиной и умел нравиться женщинам. Никогда не брезговал вниманием любых дамочек, даже тех, кого потом с удовольствием сажал за решетку. Преступники обязаны отвечать за содеянное, даже если она женщина и, если она красивая. Перед законом все равны!

Ева провела в камере ровно три недели. Она кричала, призывала к справедливости и совести, утверждала, что все должны считаться с ее потребностями.

Охрана же ее равнодушно игнорировала. А она ужасно скучала по сержанту Сасину. Ей в тот день принесли от его имени стакан кофе, и она была очень растрогана вниманием. От нечего делать в мозгу роились всякие мысли, а душе ничего не мешало культивировать новые чувства. В итоге к исходу третьей недели, женщина была бесповоротно влюблена в воображаемого сержанта Сасина. И сама себе внушила, что именно он спасет ее от всех бед. Наконец, настал день, когда за ней пришли.

— Я требую, чтобы мне вернули мои вещи! — начала она, еще не успев сесть на жесткий стул.

— Ева Вадимовна, — заговорил с нею размеренно следователь Пустоваров, — давайте все по порядку. Вначале говорю я.

Ева села, сложила руки на коленях и умолкла. Три недели в камере предварительного заключения научили тому, что никакие ее слова в этих стенах не имеют значения. Следователь встал и первым делом включил телевизор. Плоский прямоугольный экран его как раз располагался по правую сторону от Евы.

Яркими картинками мельтешили кадры какой-то музыкальной передачи. Шустрый паренек с повязкой поперек лба задорно прыгал и пел явно веселую песенку. Звук оказался практически не слышен. Пустоваров поднял пульт и добавил громкость на одно деление.

Ева чуть различила басы ритмичной танцевальной песни. На картинку она смотреть не могла, так как глаза сразу же заслезились. Она отвыкла за время пребывания в камере от ярких красок.

Потерла глаза пальцами, на которых остались