Хирургическое вмешательство - Серена Никки

ворсинки наращенных ресничек. Давно было пора делать коррекцию всего, и это ее бесило не передать словами как. Еще немного, и все ресницы отпадут, да и ногти тоже сильно болели.

— Вы незаконно отняли у меня мой телефон, — не выдержала она и перебила следователя.

— Давайте, я сам буду решать, — ровно ответил ей Пустоваров, — что я делаю законно, а что нет.

Ева вздохнула и умолкла.

— Аверина Ева Вадимовна, это вы?

Ева скривилась.

— Не поняла? Это что, шутка такая? Что значит это я? Конечно, не я. Это моя старая фамилия! Я вернула свою фамилию после развода. Я Королёва.

— Значит, Королёва с недавних пор. Ну-ну….

— Издеваетесь? Вы же все и так обо мне знаете?

— Так положено, Ева Вадимовна. Не сочтите за труд и отвечайте на все мои вопросы спокойно. Вот тогда я подумаю, и может дам вам телефон.

— Это шантаж! Вы обязаны! Один звонок мне разрешен по закону.

Возмутилась она и хотела подскочить со стула, но тут же села обратно. Видя, какой следователь сидит перед нею, Ева была уверена, что этот точно не даст ей телефон, если она будет сопротивляться, поэтому ей пришлось подчиниться и отвечать на все вопросы. При этом она постоянно поглядывала в окно, в котором мелькали головы сотрудников управления. Ева же надеялась увидеть его, сержанта Сасина.

— Вам знакомы эти люди?

Пустоваров показал две фотографии. На них были Мирзо и Ахком.

— Нет, — не раздумывая, ответила Ева холодно.

— Хорошо, — убрал фотографии Пустоваров.

— Жуков Евгений Павлович. Это имя вам говорит о чем-то.

— Нет, понятия не имею… — так же ровно и холодно отвечала Ева.

— Так, — что-то черкнул карандашом в папке Пустоваров.

Ева слегка хмыкнула и удобнее села на стуле. Отвечать на вопросы оказалось не так уж и страшно. Следователя устраивали все ее ответы. Повторно он их не задавал, а принимал все, что она говорит, как есть. Ее настроение немного поднялось, и она все чаще стала посматривать на телевизор. Там шли вечерние новости. По очереди мелькали то пожар в одном регионе, то наводнение в другом.

Пустоваров положил перед нею фотографию маленького мальчика. На фото сидел на стульчике Джеджик и обнимал желтую машинку. Это фото следователю передала Аня. В начале весны в группе фотографировали всех детей. Ева посмотрела на ребенка и пожала плечами.

— Ева Вадимовна, Вы видели когда-нибудь этого ребенка?

— Никогда, — равнодушно пожала она плечами снова.

Пустоваров молча забрал фотографию и вернул в дело. После он закрыл папку и достал из ящика стола кнопочный старый телефон. Его он положил на середину стола.

— Вы имеете право на один звонок. Хотите еще им воспользоваться?

— Еще бы! — возбужденно вскричала она, — только мне нужен мой телефон!

— Ну как хотите, — потянулся за трубкой Пустоваров, — бог свидетель, я вам не отказывал, вы сами.

— Ладно! — буквально вырвала из его рук Ева мобильник, — мне стоит сделать всего один звонок, и Вы завтра уже будете регулировщиком на перекрестке где-нибудь в пригороде.

Василий молча развел руками, как бы показывая, что на все воля Божья. Ева тем временем тарабанила пальцами по кнопкам телефона, набирая номер Рогова. Сама же торжественно поглядывала на мужчину. Она предвкушала его жалкую судьбу.

Минута длинных гудков и сигнал прервался. Ева встревоженно глянула на следователя, а тот лишь молча протянул руку. Телефон она не отдала, а крепко прижала к груди.

— Это не честно! — затараторила Ева. — Звонка не было! Вы же сами видели, не было!

Пустоваров не сдавался, он поманил пальцами, чтобы она вложила в его ладонь трубку, но Ева уже лихорадочно набирала новый номер. Она звонила Вере.

— Ева Вадимовна, — снисходительно заговорил Василий, — разговор был об одном звонке. Вы вынуждаете меня.

— Нет! Нет! — выпучила она глаза и спрятала телефон в ладонях, прижав его снова к груди, — это не правда! Считается, когда сигнал прошел! А он не прошел! Не прошел! Вы меня обманываете? Этот телефон не работает?

— Вы сами слышали гудки. Слышали же? Ева Вадимовна?

Пустоваров встал и потянулся к ней через стол. Его ладонь была все еще протянута в просящем жесте. Ева отрицательно замотала головой. Она находилась на грани от истерики. Ей не хотелось верить, что она не может ни до кого дозвониться.

— Это ваша злая шутка!

Отодвинулась она от протянутой руки и набрала новый номер телефона. На этот раз она пыталась дозвониться до Николая, ведь точно знала, что Аверин — добряк! Он никогда не оставит женщину в беде. Его судьба помогать всем во всех их бедах. Вот и она теперь в беде. Он не сможет ей отказать. Никогда никому не отказывал и ей поможет. Это его обязанность!

Не прошло и пяти гудков, как связь появилась. На том конце взяли трубку.

— Алло! — закричала Ева, — Алло! Коля! Это я Ева! Коля! Помоги мне!

Не успела Ева прокричать следующую фразу, как раздались короткие гудки. Она с замершим взглядом отняла от уха телефон и посмотрела на него. Ева не могла поверить, что Николай бросил трубку. Бросил, когда она ему позвонила?!

Пустоваров же, потеряв терпение, выхватил из ее рук телефон.

— Ну вот, видите, Ева Вадимовна, телефон вполне исправен. Просто абоненты, видно, не горят желанием отвечать на ваши звонки.

— Это не правда, — качала она отрицательно головой, — я всем нравлюсь. Меня все любят. И меня ищут. А вы ото всех прячете.

Ева от шока потеряла голос. Она практически шептала эти слова как мантру. Пустоваров же взял в руки пульт и сделал звук громче.

«А на этом наши новости завершены» говорил ведущий в темно-синем костюме с экрана. «Впереди вас ждут региональные вести, а мы с вами на этом прощаемся».

Ева умолкла и уставилась на экран. Пустоваров сел на свое место. Убрал в ящик стола кнопочный телефон и тоже все свое внимание нацелил на экран телевизора.

Появилась корреспондентка с неброской внешностью и затараторила свою речь. Ева слушала ее, но не слышала, о чем та говорит. Очнулась, когда увидела во весь экран красное лицо Рогова.

Тот быстро шел в окружении мощных телохранителей. Последние широкими ладонями раздвигали от Рогова назойливых корреспондентов. Журналисты выкрикивали неприятные для Евы вопросы и пытались как можно ближе сунуть пушистые микрофоны в лицо Рогова. Тот остановился, а телохранители в свою очередь плотным кольцом окружили мужчину.

— Господа! — заговорил он вибрирующим от волнения голосом, — все ответы я готов предоставить на моей большой пресс-конференции. Все завтра!

— Говорят, — все-таки сунула в самое лицо Рогова свой телефон одна журналистка, — что вы были с Евой Авериной в близких отношениях.