Хирургическое вмешательство - Серена Никки

— Помилуйте, милочка, — закатил тот выпученные круглые глаза, — Где я? Первый заместитель нашего губернатора области и эта женщина? Конечно, все не правда! Может мы и встречались, не отрицаю, не отрицаю. Но вокруг меня постоянно кружатся разные люди, и женщины в том числе. Среди них наверняка была, и эта как вы ее назвали? Веда Арелина? Я многим помогаю. Возможно, она обращалась ко мне с просьбой. Но поверьте, то, что я мог ей помочь в чем-то, это еще не означает, что мы с ней были вообще знакомы.

Рогов умолк и дал понять, что готов двигаться дальше. Телохранители тут же раздвинули руки и всех отталкивали, прокладывая путь Рогову. Один из них в самый экран грубо буркнул.

— Завтра в пятнадцать ноль-ноль состоится большая пресс-конференция. Там господин Рогов ответит на все вопросы. В сейчас расступитесь!

— Ве-да Аре-ли-на? — прошептала Ева, — так вот значит как ты, пупсик, заговорил?

Пустоваров попеременно переводил взгляд то на экран телевизора, то на Еву. Он ловил каждую ее реакцию. Его младший помощник Сасин оказался прав. Ева слишком самоуверенна в себе и тщеславна. Показав ей этот репортаж, они добьются своего гораздо быстрее. Собственно весь этот допрос и был устроен как представление, перед настоящим действием. На самом деле Еве нужно было показать эти новости по телевизору, но так, чтобы она решила, словно все получилось случайно. Ее ответы сейчас ничего не значили. По-настоящему она начнет отвечать уже завтра.

Ева же теперь вперила глаза в экран и смотрела не мигая, а также ловила каждое слово, произнесенное там. Следующим кадром показали больницу, где она когда-то очень давно работала.

«Вот в этой краевой больнице, — вещала репортер, — на фоне, которой мы сейчас находимся, и работала похитительница. Преступница по иронии судьбы спасала человеческие жизни, в том числе и детей. Что сподвигло эту женщину на похищение? Мы решили спросить об этом ее бывших коллег. Тех, кто работал с нею бок и бок».

Первой на пути на свою беду команде телевизионщиков повстречалась Вера. Ева даже в ладоши хлопнула и показала на Веру пальцем.

— Верка! — выкрикнула она.

Вера растерянно водила глазами и не торопилась говорить. Ей задавали вопросы и совали микрофон под самые губы. Но она молчала. Однако журналисты не сдавались. Они задавали новые вопросы и снова совали Вере в лицо микрофон. Она от этого только испуганнее становилась и в итоге выдавила из себя такие слова.

— Отстаньте от меня! Я тут недавно работаю, никого еще не знаю. Мне пора.

Медсестра резкими движениями растолкала плечами журналистов и вышла из кадра.

— Ве-е-ерка, — плаксиво повторила имя бывшей подруги Ева, — как так не знаешь? Меня?

Следующая была Катя. Но Ева уже поникла. Уж от этой она ничего приятного не ожидала для себя. Ее плечи опустились, она была подавлена тем предательством, которого совершенно не ожидала. Рогов и Верка сделали вид, что не знают ее! Её! Еву!

— Я помню Еву, — ровно и четко отвечала Катя, — она хорошо работала как медсестра, но была чересчур тщеславна и алчна. Мы не были подругами, поэтому это все, что я могу сказать. Да работала она не долго.

* * *

— Да, Дима, я помню, когда нас опрашивали журналисты.

— Так вот, Евочка видела тот репортаж. Далее журналистка подошла к тебе.

* * *

— И эта тоже тут, — вырвалось у нее со вздохом разочарования, — куда же без этой рыжей Кислицыной. Она как пришла, мне все карты спутала. Все мужики на нее засматривались. Особенно этот, Громов. А сама деревенщина деревенщиной.

Пустоваров молча ловил каждое ее слово, а Ева словно забыла, где находится.

* * *

— Вся ее зависть потекла рекой желчи, стоило ей увидеть круглое сердечком личико, такое любимое мной. Ева видела в тебе соперницу, которую все обожали от мала до велика. Персонал постоянно искал повода погонять чаи в твоей компании, ведь ты пекла самые вкусные сладости. А среди пациентов байки ходили, что в твои смены никто никогда не умирает.

— Да и потом я представилась твоей фамилией. Наверное, это ей не очень понравилось.

— Ева как услышала так сразу истерично расхохоталась. Она долго не могла успокоиться, смеялась, смахивала с глаз слезы и била себя по бедрам руками. Так рассказывал Сасин со слов Пустоварова. — Между тем Громов продолжил, ведь пробка и не думала продвигаться, а Марьяна решила съесть еще один банан.

* * *

— Во дает! — еле выдавила она из себя, наконец, — Кислицына одним словом! Все-таки Громов ее дожал.

Ева долго еще смеялась и качала головой. Дмитрий был единственным, кто никак не поддавался ее чарам. Она со многими переспала в клинике и получала от этого паскудное удовольствие, покоряя все новых мужчин, которые подчиняются ее мужу. Громов ей даже больше нравился, чем Аверин. Аверин же влюбился, как последний дурак, и в рот ей заглядывал. В свою очередь она хотела все время заполучить другого хирурга, Громова.

Но этот оказался ей не подвластен. Так его Ева и не покорила. А эта заполошная мало того, что влюбила Громова в себя так, она теперь сама Громова Марьяна! Для Евы это было слишком тяжело. Она расплакалась. Истерический смех сменился слезами навзрыд.

Последним интервью давал младший помощник следователя Сасин. Ева как увидела его красивое лицо, так и замерла.

— Как я могу к вам обращаться? — мило заулыбалась очарованная мужчиной журналистка.

— Просто по имени, — излучал тот невероятное обаяние, — Никита.

— А, — как завороженная шептала Ева, — Никита.

Пустоваров надул щеки и тихо спустит воздух. Еще одна в копилку фанаток Никите. Надо ж уродиться таким, что все бабы от него без ума. Не мужчина, а ходячий тестостерон. Любую разговорит, чем успешно пользуется в своей работе. Вот и очередная преступница глаз от экрана не может отвести. Все беды свои забыла, стоило Сасина увидеть.

— Малыш в полном порядке, — говорил Сасин Никита глубоким завораживающим голосом, — с ним самим и его семьей работают детские омбудсмены и психологи. Он чувствует себя хорошо и уже давно дома в окружении братьев и любящих родственников.

— Как вы думаете, Никита? — журналистка постоянно так и норовила назвать его по имени. Ева ревниво рассматривала эту невзрачную девушку и завидовала той, ведь она так близко от ее Никиты стоит. — Много ли времени понадобиться, чтобы малыш пришел в себя? Не отразится ли похищение на его психическом здоровье в будущем?

— Вы знаете, — отвечал тот, задумчиво водя своими прекрасными глазами. Ева не могла насмотреться на его губы, — у меня ощущение, что он уже в полном