Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости - Адриана Вайс

Я смотрю на нее и чувствую только глухое раздражение и ледяное высокомерие. Больше нет причин играть роль ее союзника, больше нет смысла прятаться за маской сердобольного помощника.

Я подхожу к алтарю, брезгливо кривя губы.

Я смотрю на нее сверху вниз и не могу сдержать холодного, жестокого смеха, который эхом отражается от сводов пещеры.

— Корону? — выплевываю я, наслаждаясь тем, как от моего тона расширяются ее глаза. — Глупая, наивная деревенщина. Неужели ты и правда поверила, что я возведу безродную девку на трон?

Юфимия задыхается, ловя ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

— Но… наши планы… ты же говорил, что как только Риардан… — лепечет она, отказываясь верить в происходящее.

— Ты всегда была лишь куклой, Юфимия, — я наклоняюсь ближе, вбивая каждое слово в ее пустую, красивую голову. — Удобной, смазливой куклой, через которую я собирался забрать себе земли Риардана. Моя дорогая сестра Хелена мешала мне. Ее Истинность, эта проклятая связь с Драконом, могла стать серьезной помехой моим планам. Поэтому я решил избавиться от нее. Мне нужен был спектакль, и мне нужна была актриса на роль жертвы. Ты просто удачно подвернулась мне, вот и все.

Я провожу пальцем по ее грязной щеке, и она с отвращением дергается.

— А ты… твое место в постели Риардана мог занять кто угодно. Любая смазливая дурочка с амбициями и готовностью в любой момент раздвинуть ноги. Тебе просто повезло, что я обратил на тебя свое внимание и вложил в твою пустую голову нужные мысли. Но сейчас ты мне больше не нужна. Риардан отменил свадьбу, ты потеряла свою власть над ним. Еще и разболтала ему все что знаешь. Зачем ты мне теперь?

Юфимия замирает.

На какую-то секунду в пещере повисает абсолютно мертвая тишина, нарушаемая лишь утробным шепотом Морвена.

Я вижу как до ее скудного умишка наконец-то доходит весь неописуемый ужас ее положения.

Ее использовали. Ее выжали и выбросили на обочину.

И в эту секунду происходит то, что заставляет меня улыбнуться.

Слезы на ее лице мгновенно высыхают. Истеричный страх исчезает, выгорая дотла. Его место занимает черная, концентрированная ненависть.

Лицо Юфимии искажается, превращаясь в уродливую маску чистой злобы. Она скалит зубы, как загнанный в угол зверь.

— Будь ты проклят, Кассиан! — ревет она срывающимся голосом. — Будь проклят ты! Будь проклят этот выродок Риардан, который бросил меня! Будь проклята твоя дрянь-сестра! Я ненавижу вас! Я ненавижу себя за то, что поверила тебе, мерзавец! Я отомщу вам всем!

Воздух в пещере вдруг становится плотным, ледяным и вязким.

Морвен обрывает свое заклинание. Он делает шаг к изголовью алтаря.

Бастард смотрит на беснующуюся, плюющуюся проклятиями Юфимию, качает головой.

— Идеально, — шепчет Морвен, — Твоя ненависть и жажда мести, это именно то, что нужно моему Богу, чтобы пустить корни в твоем теле. А теперь, прими же его!

Он заносит над ее грудью кинжал.

Глава 74

Алена

Мы спускаемся всё ниже, в самые глубокие, нетронутые уровни катакомб Сумрачной Крепости.

Воздух здесь не просто ледяной — он мертвый, пропитанный тысячелетней сыростью, затхлостью и металлическим привкусом грядущей катастрофы.

Каждый вдох обжигает легкие, а темнота впереди кажется осязаемой, густой, как смола.

Мне страшно. Липкий ужас скребется где-то под ребрами, но я не позволяю себе остановиться или дрогнуть. Потому что прямо за моей спиной — Риардан.

Я физически чувствую исходящее от него обжигающее, ровное тепло.

Как он и обещал, Риардан не отходит от меня ни на шаг, двигаясь бесшумно и неотвратимо, как сама смерть.

Одной рукой он намертво сжимает рукоять обнаженного меча, а другой… другой он буквально прикрывает меня. Его широкая ладонь парит в дюйме от моей талии, он идет вполоборота, готовый в любую, даже самую неуловимую долю секунды сделать рывок и заслонить меня своим телом.

Эта абсолютная концентрация на моей безопасности дает мне невероятную, пьянящую силу. В отличие от прошлого раза, когда я спускалась сюда одна, теперь я чувствую себя не хрупкой женщиной, а центром вселенной.

Стены туннеля внезапно расширяются. Мы врываемся в огромную, сводчатую подземную пещеру, освещенную неровным светом чадящих факелов.

Можно сказать, мы успеваем в самый последний момент.

В центре пещеры, на грубом каменном алтаре, Юфимия бьется в цепях. Ее крик, полный ужаса, эхом отражается от стен.

А над ней возвышается Черный мечник. Тот самый бастард, который сжимает обеими руками Черный Кинжал. Он делает замах и…

Риардан срывается с места.

Он делает резкий, неуловимый выпад и из его свободной руки вырывается ревущая, ослепительная струя драконьего пламени.

Огонь с оглушительным треском врезается в Морвена, отшвыривая его от алтаря, как тряпичную куклу.

Черный Кинжал с жалобным звоном вылетает из рук бастарда и отлетает далеко в темный угол пещеры.

— Защищать периметр! — рычит Риардан своей гвардии, а сам делает шаг вперед, закрывая меня своей широкой спиной.

Морвен с хрипом вскакивает на ноги. Тьма, клубящаяся вокруг него, жадно поглощает остатки драконьего пламени. Бастард медленно поворачивает голову к дракону. Его лицо, изуродованное старым шрамом, подергивается в нервном тике.

Встретившись глазами с Риарданом, он мгновенно забывает и о Юфимии, и о самом ритуале призыва. В нем вскипает многолетняя обида.

Морвен с воплем выхватывает свой черный меч и бросается на Риардана.

— Ты получил всё, Риардан! — орет он, и его голос срывается на рык. Их клинки скрещиваются с чудовищным звоном. — Власть, чистую кровь, истинную! Все упало к твоим ногам просто по праву рождения! И все равно ты не собираешься останавливаться на достигнутом?! Тебе всё мало?!

Морвен наносит град бешеных, остервенелых ударов, вкладывая в них всю свою черную зависть.

— Сегодня линия твоего мерзавца-отца прервется! Я заберу твою жизнь и покончу с драконьей тиранией!

Начинается жестокий, смертельный танец.

В этот момент меня саму накрывает волна первобытной паники.

Звон их клинков бьет по моим оголенным нервам.

Я задыхаюсь от страха за Риардана. Каждый выпад Морвена отзывается в моей собственной груди тупой, пульсирующей болью.

Тьма бастарда… она резонирует со мной. Ул-Гарат, запертый в моем подсознании, яростно скребется, чуя родную скверну. Меня мутит, голова раскалывается на части.

Мне хочется закричать, броситься Риардану на помощь, выпустить свою магию, поддаться Ул-Гарату и уничтожить Морвена…

Мое тело бьет крупная, неконтролируемая дрожь.

Я ненавижу стоять за его спиной! Ненавижу свою беспомощность!

Но я до боли прикусываю губу, заставляя себя оставаться на месте.