Наследница иллюзии - Мэделин Тейлор

Я прищуриваюсь на него, когда одна из змей заползает ко мне на колени, утыкаясь головой в мой живот, словно выпрашивая внимания. Я тут же подчиняюсь, поглаживая её чешую.

— Вообще-то они милые, если узнать их получше, — говорю я Дэрроу.

Его полный ужаса взгляд опускается на существо, затем снова возвращается ко мне, пока он качает головой.

— Думаю, я этим заниматься не буду.

Нолан всхлипывает, когда остальные змеи обвиваются вокруг его ног, шипя и демонстрируя острые клыки. Торн протягивает руку, призывая оружие, подвластное лишь Жнецу. Все в комнате широко раскрывают глаза, когда коса материализуется, её серебряное лезвие излучает неестественное сияние.

— Как… — вопрос Деллы замирает у неё на языке, когда Торн проводит кончиком изогнутого лезвия по руке Нолана, и несколько капель крови падают на пол. Реакция змей мгновенная: они бросаются вперёд, шипя друг на друга, слизывая кровь раздвоенными языками.

Дэрроу давится от увиденного, вскидывая брови и с тревогой глядя на меня.

— И ты позволяешь этим тварям прикасаться к себе?

Я пожимаю плечами.

— Я им нравлюсь.

— Ну, — фыркает он, его лицо слегка зеленеет, когда он снова переводит взгляд на происходящее, — о вкусах не спорят.

Я закатываю глаза, пока Торн поднимает косу к горлу Нолана, позволяя ей мягко лечь на выступ его кадыка.

— Один неверный шаг — и они разорвут тебя на части, — говорит он тихо. — Понял?

Подбородок Нолана дрожит, пока он смотрит на извивающихся змей, которые теперь с интересом поглядывают на кровоточащий порез на его руке.

— Д-да, — запинается он. — Я понял.

Торн кивает, отступая, но не убирая лезвие.

— Приведи его сюда, — говорю я, когда в моей голове начинает складываться план.

Голова Торна резко поворачивается в мою сторону, его взгляд становится жёстким.

— Хочешь пересмотреть это заявление?

— Не особо, — я качаю головой. — Но могу повторить, раз у тебя проблемы со слухом. Приведи его сюда.

Он закатывает глаза.

— Проснулась всего пять минут назад и уже раздаёт приказы.

Во мне вспыхивает раздражение.

— Отлично. Тогда я сама к тебе подойду.

Я свешиваю ноги с края стола и опасно покачиваюсь, когда ступни касаются пола.

— Чёрт возьми, Ангел, — ворчит Торн, мгновенно подскакивая, чтобы подхватить меня, доверяя змеям удерживать Нолана на месте. — Почему ты всегда выбираешь самый сложный путь?

— Я задаюсь этим вопросом с тех пор, как ей исполнилось десять, — бормочет Делла.

Я бросаю на них обоих мрачный взгляд, пока он одной рукой поднимает меня обратно на стол и удерживает ладонь на моём плече, чтобы я не завалилась вперёд. Торн поворачивает голову к пленнику и снова вытягивает косу.

— Ты, — рявкает он. — Иди сюда.

Лицо пекаря бледно от ужаса, когда он перешагивает через теневых змей. Некоторые из них щёлкают у его пяток, пока он проходит. Остановившись перед нами, Торн встаёт чуть впереди меня. Если не считать страха, сияющего в глазах Нолана, молодой мужчина выглядит так же, как всегда. Он неловко переминается с ноги на ногу, сутулясь, словно пытаясь защититься. Я уже собираюсь сказать Торну отпустить его, когда его взгляд внезапно опускается к моему ошейнику. Что-то тёмное и жадное мелькает в его глазах на мгновение и исчезает. Но я это заметила.

— Он один из них, — тихо говорю я, ненавидя эти слова, когда произношу их. — Он Отрекшийся.

Его глаза широко раскрываются с наигранной невинностью, он качает головой.

— Айви, клянусь…

Торн обрывает его, с силой опуская кулак ему на голову. Глаза Нолана закатываются, он падает на пол, и змеи тут же обвиваются вокруг него, не позволяя сбежать, когда он очнётся.

— Как ты поняла? — Делла подходит ближе, глядя на безвольное тело нашего друга.

— Они всегда смотрят на мой ошейник. — Я вздрагиваю, вспоминая, как Реми не сводил с него взгляда во время бала. — Как будто не могут себя остановить.

— Полезный признак, — тихо произносит она.

— Да, — кивает Дэрроу, прислоняясь к столу рядом со мной. — Очень любезно с их стороны так себя выдавать.

Торн переводит внимание на чародея.

— Есть что-то, что ты можешь сделать, чтобы помешать Бэйлору активировать ошейник?

У меня сводит живот. Совсем скоро петля на моей шее снова оживёт. Я сжимаю пальцы в кулаки.

Дэрроу качает головой, встречаясь со мной взглядом.

— Я могу дать тебе кое-что, чтобы попытаться справиться с болью, но больше я ничего не могу сделать. — Я замечаю, что тёмные круги под его глазами стали заметнее обычного. Он выглядит по-настоящему измотанным, и я невольно задумываюсь, какими были для него эти последние недели. — Мне правда жаль, Айверсон.

Я киваю, не зная, что ещё можно сделать.

Где-то глубоко внутри я понимаю, что пришло время последовать данному мне совету и принять свою судьбу. Бэйлор активирует ошейник в любом случае. Всё, что мне остаётся, — попытаться быть готовой, когда этот момент наступит. Расправив плечи, я поворачиваюсь к Делле.

— Здесь есть ещё кто-нибудь?

Она качает головой, и её длинные кудри подпрыгивают.

— После всего, что Дэрроу рассказал мне об альманове, я решила закрыть это место, пока мы не разберёмся с этим беспорядком. Сейчас город слишком опасен, чтобы каждую ночь сюда заходили посторонние.

— Наверное, это разумно, — замечает Торн, кладя руку мне на поясницу. Это прикосновение становится успокаивающей опорой, давая мне силы произнести следующие слова.

— Когда не нужно беспокоиться о других людях, становится проще, — говорю я. — Но думаю, будет лучше, если я спрячусь в подполье.

Тонкие брови Деллы взлетают вверх.

— Почему? Ты же всегда ненавидела там находиться.

Меня удивляет, что она помнит, как в детстве я старалась избегать этого места.

— То, что Бэйлор больше не может меня отслеживать, не значит, что он не будет искать. — Во рту пересыхает от этой мысли, но я заставляю себя продолжить. — Когда ошейник активируется, боль будет слишком сильной, и я не смогу быстро двигаться, если появится стража.

— Айви, — начинает Торн, но я продолжаю.

— Лучше укрыться в безопасном месте и попытаться это переждать.

— Хорошо, — тихо соглашается Делла. — Я всё подготовлю.

Кожа ползёт от одной мысли о том, что мне снова придётся спуститься под землю, но этой ночью меня ждёт кое-что хуже, чем просто клаустрофобия.

Подполье — это мрачная комната размером примерно семь на десять футов. К счастью, с моего последнего визита Делла оборудовала здесь небольшое помещение для купания. Если отодвинуть ковёр в её кабинете, под ним обнаружится люк, ведущий к узкой лестнице вниз. Окон здесь нет, и единственный свет дают масляные лампы и несколько