Первый закон Шурупчика - Алиса Стрельцова

Мишка рванул следом и хотел уже было приземлиться на скользкий стул справа от Лильки, но столкнулся с рыжим, прицелившимся на то же место.

– А это еще что за Уизли[5]? – с едкой улыбочкой прошипел Шестов и попробовал отпихнуть незнакомца в сторону.

– Ромыч, не наглей, уступи место гостю! – промурлыкала Лилька рыжему.

– Еще чего, с краю сидеть! – пробурчал рыжий и пихнул Мишку в бок. – Пусть этот Малфой[6] сам туда садится!

Все присутствующие посмотрели на Мишку и захохотали. Тот пригладил безупречно зализанные волосы и побагровел.

– Ну всё, Шест, похоже, ты попал! – прогоготал Базин и уселся на самое дальнее место с противоположной стороны стола. – Будешь знать, как с рыжими связываться!

Пока Мишка с Ромычем выясняли отношения, Шурка плюхнулся слева от именинницы и не дыша уставился на мерцающее фиолетовыми всполохами пламя камина. Синицына примостилась рядышком.

– Куда же я без тебя? – Шурупчик глянул на Соньку и прищурился.

Та небрежно закинула за спину косу и как ни в чем не бывало заправила салфетку за край пушистой кофты.

– Да кто ты вообще такой? – Желваки на Мишкиных скулах перекатывались из стороны в сторону.

– Я ее брат, старший, между прочим! – заявил рыжий и, воспользовавшись Мишкиной растерянностью, расположился рядом с Лилькой.

Соседнее с ним место заняла кареглазая девчонка. Она не спускала с Ромыча огромных глаз. Розоволосая расположилась напротив нее и не сводила обиженных глаз с подружки. Остроумова подсела к красотке и без всякого стеснения принялась ощупывать розовые локоны.

Похоже, удача сегодня на моей стороне! – Шурка усмехнулся и, выглянув из-за Лилькиной спины, подмигнул вконец обалдевшему Мишке.

– Мальчики, не ссорьтесь! – вмешалась в перепалку Морошкина и капризно надула губы. – Ромыч, пересядь уже, есть же свободное место!

Рыжий опасливо поглядел на соседку, встал из-за стола и направился к пустому стулу напротив Шурки. Усевшись между Базиным и Непомнящим, он удовлетворенно хмыкнул и жеманно приложил руку к груди:

– Только ради тебя, сестренка!

Кареглазая громко вздохнула и продолжила через стол буравить рыжего обожающим взглядом.

Шестов скривил губы и опустился на желанное место.

Администратор постучал ножом о пустой графин и объявил:

– Лорд Алфорд Бенджамин Валентайн-третий! Профессор физико-алхимических наук, доцент кафедры всеобщей магии и парадоксальных квантовых процессов Лондонского физико-мистического университета, впервые обосновавший фундаментальный механизм возникновения улыбки Чеширского кота, но так и не получивший Нобелевской премии.

Дверные створки бесшумно распахнулись, из ярко освещенного, окутанного голубоватыми клубами дыма проема выскользнула плечистая фигура.

Профессор жутко сутулился, отчего старомодный клетчатый костюм-тройка пузырился на нем, словно размокшая бумага. Его здоровенный рост совсем не вязался с рассеянным взглядом и кроличьими зубами, забавно торчащими из-под верхней губы. Профессор поправил бабочку, стягивающую тугой ворот, и заговорил:

– Г’ад пг’иветствовать вас, мои дог’огие гости! Я пг’игласил вас сюда, чтобы поведать стг’ашную тайну! – Похожий на спелое яблоко подбородок профессора судорожно дергался. – Но сначала мы должны хог’ошенько отпг’азновать двенадцатилетие пг’екг’асной Лилии! Пг’ошу вас отведать мое угощение!

– Он еще и картавит! – громко сказала Лилька Шестову. – Не могли нормального ведущего найти?

– Да и костюмчик тот еще! Где его только откопали? У них что, комбинезоны закончились? – презрительно прошептал Мишка.

Администратор достал из дальнего угла плюшевое кресло и посадил в него лорда Алфорда. Створки снова открылись, двое комбинезоновых выкатили тележку и, словно стюарды в самолете, принялись разносить угощение.

Закуска выглядела, мягко говоря, странно.

– Они нас что, зубной пастой кормить собираются? – возмутился рыжий и покрутил в руках цветной тюбик. – Хм, написано «ванильный зефир»!

Шурка тоже взял со стола зеленый тюбик.

– Хм, пицца с беконом? – Он открутил крышечку и понюхал. – И вправду бекон! – Выдавил немного ярко-оранжевой массы и лизнул. – М-м-м, и вправду пицца!

Рыжий отложил зефирный тюбик и взял черный, с рыбьим скелетом и надписью «Селедка».

– Не ешь! Козленочком станешь! – пробасил Базин и выдавил на тарелку коричневую массу. – Тьфу ты! Это же печень! Терпеть ее не могу!

Гости разбирали угощение, как горячие пирожки. И наперебой делились впечатлениями.

Сонька стрескала целый тюбик с шарлоткой! И принялась искать что-нибудь мясное.

Лилька украсила тарелку разноцветными кляксами и болтала с Шестовым.

– Эх, селедочка с лучком! – причмокнул рыжий и улыбнулся сидящему напротив Шурке. – Хочешь?

– Нет, спасибо, я не любитель!

– Не бойся, она без костей! – задорно подмигнул рыжий. – Меня, кстати, Ромычем зовут. А тебя?

– Саня! – Шурка через стол протянул Ромычу руку. – Ты мне не передашь еще немного пиццы?

Ромыч облизнул палец и потянулся за зеленым тюбиком.

– А мне немного селедки! – встряла в разговор Синицына. – Котлет всё равно нет!

Похоже, запал рыжий на нашу Соньку! Вон как пялится!

– Это Сонька, наша Легкокотлетка! – представил Шурка Синицыну.

И чего он в ней нашел? Она же кого хочешь своими нравоучениями задушит! Разве что веснушки на носу? Ой, и у него такие же! Как это я сразу не заметил – они же как тыква и пшенная каша, просто созданы друг для друга…

Не успел Шурка закончить мысль, как свет в зале погас, прожектор рассек комнату пополам, осветив расположившегося у камина профессора. Тот поправил съехавшие на нос полукруглые очки и заговорил приглушенным голосом:

– Пока вы закусываете, я г’асскажу вам, зачем мы здесь собг’ались! – Квадратные брови профессора подпрыгивали вверх, словно кто-то из-под ровно остриженной челки дергал их за ниточки. – Вчег’а я получил стг’ашное известие! На нашу планету обг’ушился виг’ус, котог’ый совсем ског’о уничтожит всё человечество! Но я не тег’ял вг’емени даг’ом и соог’удил бункег’, в котог’ом можно пег’еждать, пока виг’ус будет уничтожен! В заточении пг’идется пг’овести не один год, а запасы пг’одовольствия довольно скг’омные, поэтому взять с собой я смогу только пятег’ых, но самых достойных. Им пг’едстоит важная миссия возг’ождения человеческого г’ода!

– Ничего себе поворот, а куда же девать остальных? – Базин бросил пустой тюбик и вскочил.

– Остальных постигнет судьба всего человечества, и они погибнут! – Профессор трагично сложил брови над переносицей.

В зале наступила гробовая тишина, все даже вилками перестали стучать.

– Чего это вы? – очнулся Непомнящий, увлеченно болтавший с Остроумовой. – Я что-то пропустил?

– Не переживай, глухая тетеря, этот очкарик сказал, что вы все умрете, спасемся только мы с Шестовым! – Базин с улыбочкой посмотрел на Мишку. – Ну и еще несколько везунчиков – интересно, кто их выберет?

– Выбиг’ать будете вы общим голосованием! Но сначала все десять пг’етендентов должны пг’ойти генетическое сканиг’ование и опг’еделить свой код.

Как только профессор произнес эту фразу, огонь в камине погас, стена отъехала в сторону, открыв потайную комнату с небольшой круглой площадкой в центре, окруженной светящимися синими ступенями.

– Очуметь! – выкрикнул Ромыч.