В городе ромеев - Михаил Валентинович Логинов

– Но при чём здесь хитрость? – спросил Антон.

– При том, что кошки не было, потому что я сманил её с корабля накануне вечером. Вот так: «Мяу!»

Кор мяукнул так натурально, что любая кошка заинтересовалась бы.

– Так ты её сманил, утащил, а потом тайно подкинул на корабль? – спросил Антон.

– Да, и сохранил капитану девять номисм, – кивнул Кор.

Трапеза подошла к концу. Кор быстро рассчитал стоимость съеденного, так что вышло не очень накладно. «Вот настоящий человек-калькулятор», – восхитился Антон.

И тут вспомнил о важном деле. Надо перевести грамоту из сундука Руалда, точнее, её копию. Он хотел порыться в карманах, но не нашёл их на привычном месте. Вспомнил: грамота осталась в пиджаке, а пиджак – в гостевом доме.

– Ты что-то потерял? – сочувственно спросил Кор. – Если украденная вещица тебе дорога, можно попытаться её найти.

– Нет, – ответил Антон, – где вещь, я знаю. Мне нужен грамотей, который сумеет перевести с латыни.

– Греческую запись я смог бы прочесть и сам, – похвастался Кор, – но латинскую, пожалуй, не разберу. Ничего, грамотей найдётся. Антон, это тоже маленькая помощь друга, а не большой долг.

– Тогда приведи завтра грамотея к нашему дому, путь ты знаешь, – сказал Антон.

– Только после полудня, да и то не сразу. У нас два судебных заседания, мне придётся побегать, чтобы в нужный час привести свидетелей. Но грамотея тоже непременно приведу!

На том и сошлись. Покинули таверну, когда на улице уже стемнело. Кор быстро оглядел окрестности, нет ли поблизости нежелательного знакомца, и повёл отряд, слегка разомлевший от еды и вина. Сам почти бежал впереди, будто ничего не ел. Хватал Антошку за руку, забегал с ним в проулки, рассказывал, где чем торгуют, как купить дешевле и не попасться на обман.

Настал час, когда по закону прекращалась всякая торговля. Лавки закрывались, будто складывался карточный домик – секунду назад двери открыты, а теперь уже скрипят ставни, гремят ключи в замках. Трижды встретили ночную стражу. Два раза Кор просто прошёл рядом с одним из воинов, мол, я с варварами, а на третий затесался в середину их отряда, чуть ли не сгорбился, чтобы остаться незамеченным.

– Вчерашние псы? – спросил Антошка. Кор молча высунул язык и тяжело задышал.

Дошли до гостевого дома. Кор поблагодарил за угощение, повернулся и мигом скрылся в темноте, будто его и не было.

– Будешь здесь жить – будешь так же бегать, – сказал Антошка, обращаясь к Уто.

– Пожалуй, лучше плавать в ладье, – ответил тот.

* * *

В доме тоже шёл пир. Из дворца вернулись довольными все, в том числе и Кракабен, что Антошке очень не понравилось.

– Тобой интересовался какой-то ромей, – сказал Руалд. – Он увидел твои вычисления и удивился цифрам.

– Пусть ищет себе другого… тиуна, – возмутился захмелевший Сом. Верно, хотел сказать «счетовода» или «бухгалтера», но не знал таких слов. – Антон останется у меня!

– Или у меня, – заметил Руалд.

«Приятно, когда ты нарасхват. И всё же что это за византиец?» – обеспокоился Антошка.

– Это архиепископ. Но он известен не только своим церковным саном. Умеет строить машины для войны. Я слышал, что удивительные львы и павлины, которые чуть не сожрали нас возле императорского трона, тоже оживлены им. Не думал, что христиане умеют так колдовать. Его зовут Лев.

«Уф, я подумал, что это Сантаварин, – с облегчением вздохнул Антошка. – Нет, интриган даже такие простые аттракционы создать не сможет».

Он сделал скидку на давнюю эпоху и решил – для этого века они не такие уж и простые.

– Завтра утром он пришлёт за тобой колесницу, – продолжал Руалд. – Съезди к нему, потом возвращайся и скажи, решил ли ты остаться в моей дружине. Переговоры должны завершиться завтра, а послезавтра я приму присягу.

Антошка кивнул, хотя ещё ничего не решил.

В доме было весело. Слышались хриплые песни, здравицы. Варяги и руссы допивали вино, делились впечатлениями о Царьграде. А так как каждый воин немного философ, постоянно обобщали.

– Занятный город, есть что посмотреть, – сказал викинг Свельд. – Но народ слабоват. Понимаю, почему нас наняли.

– И горд не по мужеству, – добавил кто-то. – Я сказал их боярину, что до службы должен продать меха. Тот удивился: разве пристало торговать благородному воину? Торговля – низкое занятие. Странный человек. Низкое занятие – если ты раб и работаешь на господина. Чего низкого в том, чтобы работать на самого себя и получать доход?

– Нас хорошо принимают, – заметил кто-то из варягов и понизил голос, – но если бы мы высадились на этих берегах с мечом, то взяли бы за день больше, чем нам сулят заплатить за год.

– Ты видел их жидкий огонь? – возразил Свельд. – Он не различает храбрецов и трусов. Встреться с ними в море наш драккар, и к берегу прибьёт головёшки. А пограбить удастся и на ромейской службе. У них случаются мятежи чаще, чем у нас неурожаи. Войдём в мятежный город и возьмём, что захотим.

– Очень странный народ, – проговорил ещё один варяг. – Слыхал, долго спорили, можно ли поклоняться нарисованным картинкам их богов – иконам, как они их называют. Даже убивали друг друга из-за этого.

– И кто победил? – спросил Свельд.

– К нашему счастью, те, кто был за иконы. Края этих картинок нередко усыпаны драгоценными камнями. Хорошая добыча!

Хмельной спор продолжался, но слабел. От вина клонило в сон.

«Они в чём-то правы, – думал Антошка, ложась в постель. – Каждый варяг, каждый русс, мой древний предок – и воин, и пахарь, и плотник, а понадобится – и купец. Алгебры не знает, но свою выгоду соблюсти сумеет. А византийцы, кстати, как и мы, современные люди, кто парикмахер, кто официант, кто учитель, кто торговец. Зато воин или купец не сделает такое замечательное сладкое вино – Антошка его попробовал. Не сделает ткань, ювелирные украшения, не построит огромный собор, не создаст таблицу умножения. Ведь не византийцы приплыли в Варяжское море удивлять аборигенов своей заносчивостью и слабостью. Напротив, варягов тянет в Константинополь к сладкому вину, шелкам и почестям на службе василевса. Цивилизованный человек что-то теряет, что-то приобретает».

С такими мыслями он заснул.

Проснулся среди ночи буквально на секунду от какого-то знакомого звука. Он слышал его недавно, только где и когда? Повторился бы, тогда, может, вспомнит.

И звук повторился, но только один раз. Потом донёсся еле заметный шорох в полной темноте – кто-то удалился. Всё.

«Это лязг крышки сундука Руалда. Что ему понадобилось в сундуке среди ночи? Или не ему?» Однако ранний подъём и дневная усталость не прошли даром. Антошка снова провалился в сон – уже до утра.

Глава 9

И