В городе ромеев - Михаил Валентинович Логинов

Проснулся он поздно, и то его разбудил варяг-часовой.

– К тебе грек пришёл.

«Тот самый мудрец-архиепископ?» – подумал Антошка и зевнул. Но оказалось, не сам мудрец, а его секретарь или курьер пригласил Антона поехать к архиепископу Льву в его усадьбу возле Галаты.

Антошка торопливо умылся, собрался. Захватил копию письма – архиепископ наверняка знает латынь. Подумал: не спросить ли Руалда, что он искал ночью в сундуке? И он ли искал?

Но Руалд куда-то ушёл с утра. Заставлять секретаря ждать было неприлично, и Антон отправился в путь. Попросил Уто сказать вождю про сундук, сел в простую, но удобную повозку и покатил.

По пути стал расспрашивать, к кому его везут. Секретарь рассказал, что его начальник – архиепископ большого города Фессалоники, но сейчас живёт в Константинополе. Открыл школу при дворе для молодых чиновников, преподаёт философию и богословие, но из всех наук особенно любит математику. Его так и зовут – Лев Математик. Если раньше буквы обозначали и числа, то Математик научился использовать буквы в математических уравнениях, что ускоряет расчёты. А ещё он создаёт удивительные вещи. Если попасть в Золотую палату Магнаврского дворца, где василевс принимает иноземных послов…

Антон прервал рассказ, сказал, что уже был в этом зале на приёме у василевса.

– И я был, – ответил секретарь, – но не видел Повелителя империи. Я настраивал удивительные статуи, проверял работу механизмов. Не улыбайся, юный мудрец из варварской страны. Да, это всего лишь механика, но сколько войн она предотвратила! Пусть лучше о могуществе василевса прорычат золотые львы, чем императорский полководец опустошит вражеские берега и тем подтвердит нашу силу.

Секретарь рассказал ещё об одном изобретении Льва Математика. Он создал сигналы на вершинах гор: дымовые днём и огненные ночью. Если арабы – самый опасный враг империи – выступали в поход на столицу, то император знал об этом уже через несколько часов.

Огни на башнях, сигналящие о приближении врага… Антошка вспомнил фильм «Властелин колец». Вот откуда взята эта идея! И ещё он понял, почему василевс так обходителен с киевским князем. Если враг идёт с юга или с севера – с Балкан, с запада, через Мраморное море, – о нём доложит система раннего оповещения. А вот ладьи с Днепра – как снег на голову.

* * *

Золотой Рог переплыли на небольшом судёнышке, однако повозка на него поместилась. Антон снова оценил гениальность основателя города: никаких волн в заливе. Высадились, обогнули Галату и примерно через полчаса были у ворот виллы.

Секретарь проводил гостя в кабинет Льва Математика и ушёл. Антон смотрел на человека, благодаря которому дети столетиями решали задачи с иксами и игреками, складывали a и b и умножали полученную сумму на с.

Лев Математик был пожилым, но бодрым мужчиной с длинным, вытянутым лицом и большими глазами. Антошка сразу вспомнил другого Льва – врача Леона, тайного христианина, встреченного в Древнем Риме, такого же живого, мудрого, улыбчивого и немного печального.

Кабинет учёного выглядел вполне ожидаемо: множество книг, – одни на полках, другие на столе и софе, – и все нужны для работы. Беспорядка даже больше, чем в современном кабинете, ведь книги – рулончики рукописей.

– Здравствуй, юный друг. Тебя зовут Антон? Не удивляйся, что мы встречаемся не во дворце. Не так давно я испросил привилегию являться ко двору один раз в месяц. Но если я буду проводить всё время вблизи василевса, меня будут вызывать чаще. Здесь же никто не помешает нам поговорить о знаниях. Угощайся свежими и сухими фруктами, но сначала…

Математик перевернул лист бумаги. На нём были арабские цифры, нарисованные чуть криво, но узнаваемо. В одну из них он ткнул тростниковой указкой.

– Три, – сказал удивлённый Антошка.

– А эта? – Математик указал на следующую.

– Семь.

– Да, это правда, – улыбнулся Математик, – ты знаешь цифры, которые в нашем городе известны лишь десяти людям. Интересно, умеешь ли ты их использовать? Сложи 235 и 117, вычти из суммы 136 и покажи остаток.

Немножко волнуясь, как возле города Пересечень, Антошка сложил в столбик, потом вычел.

– Ты точно приехал не из Багдада? Неужели кто-то, кроме арабов, умеет пользоваться этими цифрами? – удивился Лев Математик.

«Вот те крест, я не араб», – хотел ответить Антон. Но это было бы грубо, и он просто сказал:

– Я не из Багдада, а из Москвы. В нашей школе учат считать только с этими цифрами. Я не смог бы сложить и вычесть римские цифры.

Он думал, что византийский учёный примется расспрашивать его про Москву и вообще про его страну. Но Лев Математик и дальше говорил об уравнениях, показывал знаки, чертил геометрические фигуры. Антошка чуть не вспотел, сначала от напряжения – пытался вспомнить уроки алгебры и геометрии, а потом – от стыда. Если бы ничего не знал, было бы терпимо. Самое обидное, что он хоть что-то помнил. Мог извлечь квадратный корень, провести биссектрису, нарисовать пирамиду. Но кое-что, напротив, забыл.

– Извините меня, – наконец произнёс Антон, – я никогда не был отличником. К тому же сейчас у меня в голове сущий пожар, ничего не помню.

– Даже если и пожар, – улыбнулся Лев Математик, – ты сумел вынести из горящего дома золотые монеты, драгоценные чаши и шёлковые плащи. Жаль, что я не могу побеседовать с лучшим учеником твоей школы. Но ты памятлив и сообразителен. Дитя, расскажи про свою страну, и я вряд ли удивлюсь чему-то.

Антошка решил не удивлять, поэтому говорил обтекаемо. Страна была далеко, непонятно с кем граничила, отличалась образованностью и могуществом. Разговор быстро стал наглядным: Математик развернул большую карту. Сразу стало понятно одно из основных отличий византийцев от римлян: римляне интересовались только варварами, жившими вдоль границ, а византийцы хотели знать дальние края и племена, их населявшие. Перед Антошкой была настоящая карта Евразии – пусть местами и неверная, пусть неполная, но даже плохо нарисованный портрет лучше половины лица.

Указать Москву на её законном месте Антон не рискнул – мало ли какой любопытный византиец проходил в родных краях. Ткнул в район Сыктывкара.

– Неужели в таких холодных краях за пределами Ойкумены может существовать столь культурная страна? Неужели у вас может вырасти что-то, кроме скудных северных степных трав, годных в пищу лишь диким зверям? – изумился Лев Математик.

Антон понял, что переборщил с северным расположением. Но отступать нельзя: начал рассказывать про удивительные механизмы, про обогрев городов и перемещение грузов с использованием сил природы. Собеседник удивлялся и всё же многое понимал. Например, ему была известна нефть, известен каменный уголь.

Антон рассказывал осторожно. Не то чтобы боялся повлиять на историю, – наоборот, опасался, как бы сейчас главный механик василевса не попросил его в качестве презента от цивилизации оставить