Рита и волшебное яйцо - Жанна Бочманова

– А я-то надеялся, что это просто старые легенды, – пробормотал Митяй.

Рита увидела кролика и подхватила на руки. Петух, тряся бородой, нервно подскакивал на земле. К дереву мчались волколаки. Их было штук двадцать. Возглавлял стаю большой темно-бурый волк. Рита признала в нем Бориса.

– Плохо дело. – Тут же оценил ситуацию он.

– Вы знаете, как победить Василиска? – спросила Рита.

– В прошлый раз наши предки делали это вместе. Пока лисы, волки и медведи соберутся, это чудище натворит бед.

Борис заметил леммюза, который летал над Ритой.

– Слышал про него в легендах, но ни разу не видел.

Она подняла голову.

– Спасибо, Люми. Ты меня спас.

– Ты сломала мою палку, – проворчал змей. – В ней было так удобно.

– Так вот где ты все время прятался! Может, ты знаешь, как победить Василиска?

– В мои обязанности не входит спасать кого-то и сражаться с чудовищами, – не унимался Люми. – Я по хозяйству. А у тебя запросы вечно не в моей компетенции. Устал я от тебя. То ты по болотам ходишь, то к русалкам, то в изнанку. Если бы не я, стояла бы сейчас каменной статуей в замке Василиска.

– Люмичка, ты мой герой. – Рита прижала руки к сердцу. – Мама тоже часто ворчит, но я знаю, что она меня любит. Ты тоже не такой равнодушный, как я думала. А палку я тебе новую сделаю.

– Мне та нравилась, – не унимался леммюз.

Громкий свист прервал их перебранку. Все завертели головами, пытаясь определить источник звука.

– Уф! – раздалось с небольшого пригорка. – Чего встала? Долго мне еще свистеть?

Рита пригляделась и заметила два тонких прутика, и, лишь подойдя ближе, поняла, что это усы рака. Тот махал клешнями и зло вертел глазами.

– Рак? Как ты сюда попал?

– Как надо, так и попал. Думаешь, легко было сюда карабкаться? Но я тебе обещал, а я обещания выполняю. Обещал секрет открыть, вот и приполз.

– Секрет? Какой? Мне бы про Василиска что-нибудь.

– Ну про кого, это меня не касается, а только знай – что подарено, то со смыслом. Все силу имеет, все в свое время пригодится.

– Это все? – удивилась Рита, ожидая продолжения, но так его и не дождавшись.

– Да, – важно ответил рак и попятился.

– Что же это за секрет? – хмыкнула она. – Такой можно было и сразу сказать.

– Всему свое время, – сказал рак и пополз дальше. – Раньше бы сказал, ты б и не вспомнила. А сейчас в самый раз.

Думать над загадкой было некогда: из разлома показался Василиск. Петушиный гребень трясся, глаза сверкали. Вот уже камнем упал с неба один из воронов, неосторожно подлетевший слишком близко. Василиск выбрался полностью, встал на холм, расправил крылья и теперь оглядывал окрестности, вертя головой, словно сова. Его хриплый клекот бил в уши, отчего хотелось забиться в норку или под камень и съежится до размеров мышки.

– Временно отступаем, – приказал Борис.

Волки, а с ними Рита и петух отошли в небольшую рощицу.

– Можешь пока в рюкзаке посидеть, – предложила Рита леммюзу.

Он завис над сумкой и возмущенно вспыхнул россыпью искр.

– Там же занято! Это что, мертвая вода? Тебе ее русалки подарили?

– Русалки. – Рита так и застыла, будто под взглядом Василиска. – Подарили… – пробормотала она. – Вот же, все сходится! Русалка сказала тогда: «Пригодится». Люми, а что делает мертвая вода?

Тот фыркнул.

– Как что? Все, к чему она прикасается, становится мертвым. Неужели непонятно?

– Все-все?

– Ох, какая ты непонятливая. Я же сказал.

План битвы наметили очень быстро. Он был прост: заманить Василиска в ловушку и окатить мертвой водой. Но как облить огромное чудище, если к нему и близко не подойти – окаменеешь сразу?

– Пап, а если сверху? – подсказал Митяй. – Прыгнуть и вылить ему на голову.

– Не достанешь. – Борис покачал головой. – У тебя же нет крыльев.

– У петуха есть.

Все повернулись к Ироду. Тот посмотрел на них, затем повернулся к Рите.

– К живой и мертвой воде может прикоснуться только тот, кто ее добыл.

– И леммюз, – вставил змей, покачиваясь на ветке головой вниз. – Но я помогаю только тому, кто меня высидел. Кто высидел, тому и пироги… Вот где я теперь буду жить? Такая удобная была палочка…

Рита досадливо поморщилась. Опять он за свое. Тут мир погибает, а ему лишь бы поныть.

– Раз крыльев у меня нет, надо их сделать, – сказала она. – Ну, не крылья, конечно, а какое-нибудь устройство, чтобы я могла взлететь.

– Катапульту! – Митяй подпрыгнул и замахал хвостом. – Я в учебнике видел.

– Так. – Борис потер лапы. – У нас будет лишь одна попытка. Значит, надо подвести Василиска точно под удар.

– Подведем, – сказал волк с седой мордой. – Я хоть и стар, а добычу загонять еще не разучился. Ты, ты и ты, – он повернулся к молодым волкам, – отправляйтесь в разведку. Докладывайте, что там происходит. А мы за работу примемся.

Волки бесшумно скрылись за деревьями. Седой волк кувыркнулся через пень и обернулся человеком. За ним последовали и другие из стаи.

– Да, вот сейчас топор и пила бы пригодились. – Борис похлопал рукой по стволу крепенькой березки.

– Люми, – Рита помахала змею, – не будешь ли ты так добр?

Леммюз сверкнул в воздухе, и через секунду на землю посыпались инструменты.

Застучали топоры, вжикнула пила. Люди-волки работали слаженно. Две березки пригнули к земле, связав макушками. Соорудили из прутьев место для человека. Туго натянутая веревка, прибитая колышками к земле, удерживала эту конструкцию.

– Вот теперь один удар, – Борис помахал топором, – и можно лететь. Опасно это, конечно. Но выхода другого нет. Или передумала? – забеспокоился он, видя, с каким сомнением Рита смотрит на изогнутые стволы березок.

– Нет. – Она покачала головой. – Обещайте, что отнесете кролика, то есть маму, к Власьевне, если со мной что-то случится. Пусть она ее расколдует.

– Обещаю, – кивнул Борис, даже не подумав утешить или обнадежить ее, что все будет хорошо. – Что ж, пора приступать. Митяй, держи топор. Жди сигнала. Видишь вон тот валун? Как только чудище до него доползет, руби веревку.

– Пап, я думал, что пойду с вами.

– Успеешь еще навоеваться, – усмехнулся Борис. – Да, не все вернутся сегодня в логова. Но мы спасаем не только своих волчиц и волчат, мы стоим за всех жителей леса, а может, и мира. Это наш долг.

Он обернулся волком, старик и остальные тоже. Сойдясь в кружок, они вскинули морды и завыли. У Риты сжалось сердце: такой уж тоскливый вой разнесся над округой.

Глава 20. Горькие итоги

Стая черных птиц кружилась в воздухе, громко и хрипло