Лисья тревога - Корнелия Функе

Теперь отец Вилли стоял прямо за спиной у Фреда.

– Куда ни глянь, а дежурного учителя нет! Простыл и след! Делай что хочешь! – воскликнула Мелани. – Этот противный Айсбреннер. Никогда свои обязанности не выполняет!

Отец Вилли схватил Фреда за шиворот, словно кролика. Остальные Пигмеи испуганно встрепенулись, но отец Вилли просто отшвырнул их всех в грязь.

– Поганец какой! – заорала Шпрота. От ярости она задыхалась. Недолго думая, она в секунду пролетела оставшиеся метры до отца Вилли. Он ее не видел. Он был занят тем, что тряс Фреда и рычал на него.

Шпрота с такой силой с размаху обрушилась сзади на отца Вилли, что опрокинула его навзничь. Он отпустил Фреда и рухнул набок в лужу. Шпрота тоже упала, раскроив себе коленку об асфальт. Громко ругаясь, отец Вилли снова встал на ноги – и руки, и брюки у него были все в грязи. Он в бешенстве стал оглядываться – и обнаружил Шпроту, которая тоже с трудом поднималась.

– Так это ты, что ли? – прорычал он и хотел было ее схватить, но рядом со Шпротой внезапно встал Фред и оттащил ее чуть назад, в группу остальных.

– Лучше нам всем смыться! – сказал Стив, но мужественно остался стоять рядом с Фредом. Фред дрожал всем телом. Шпрота чувствовала это очень хорошо. Он тоже упал, когда отец Вилли выпустил его из лап, сбитый с ног Шпротой. Левая рука у него была в крови, но он не обращал на это никакого внимания. Сжав зубы, смотрел он на отца Вилли. Тот вытащил из кармана куртки платок и стал вытирать грязь с ладоней.

– За брюки ты мне заплатишь! – пролаял он. – Ишь, сопливое отродье…

– Убирайтесь отсюда! – пронзительно закричала Вильма и встала вплотную рядом со Шпротой.

Разумеется, она достала свой водяной пистолет.

– Что вы здесь потеряли, а? – заорала она, и лицо у нее раскраснелось. – Это школьный двор!

Трое старшеклассников, стоявших метрах в десяти, обернулись и с умеренным интересом стали смотреть на них. Потом, заскучав, повернулись к странной сцене спиной.

– Где он? – зарычал отец Вилли, убирая платок. – Где Вилли? Вы знаете, где он спрятался. Выкладывайте, иначе каждого схвачу и скручу. – Он сделал угрожающий шаг вперед.

Куры и Пигмеи стояли в тесной, очень тесной толпе.

– Вы что, считать не умеете? – Голос у Фриды дрожал только самую малость. – Нас восемь человек. Ваш рост вам тут не поможет. А если… если… – Голос у Фриды задрожал сильнее, потому что ярость в ней кипела ключом, – если вы хоть еще раз вот так схватите Фреда, то…

– Что тогда? – спросил отец Вилли. – Мне ведь позволяется спросить, где мой сын, или как? Что он там себе думает, сколько я буду терпеть, что он домой не является? Он что думает, я буду за него расхлебывать то, что он натворил?

– Вы обещаете, что пальцем его не тронете, если он вернется? – спросила Вильма.

Шпрота и Фред толкнули ее локтями в бок почти одновременно, но было поздно.

– Ну вот, видите. Вы знаете, где он. Я так и думал. – Отец Вилли самодовольно ухмыльнулся и похлопал себя по рукаву, сбрасывая грязь. – Ну, колитесь. С каждой минутой, что я здесь стою, ваше положение ухудшается.

Куры и Пигмеи смотрели на него враждебно.

– А если ему придется вот так стоять, пока мхом не порастет, тогда что? – пробормотал Тортик. – Не только Куры не выдают своих друзей. Или я не прав?

– Хорошо! – рявкнул отец Вилли. – Кого мне отдубасить первым? Может быть, этого маленького умненького засранца?

Тортик сжался. Мелани придвинулась к нему еще ближе.

– Глазам своим не верю! – Отец Вилли сделал шаг по направлению к Тортику. – Вы тут, парни, те еще герои. Прячетесь за девчонок, когда жареным запахло. Мне-то больше по душе такой сынок, который стекла в бульдозере бьет.

– А вы-то что за гусь? – Шпрота от злобы почти плюнула ему в лицо. – Нападаете на мальчишек, которые вас на полметра ниже, и собственного сына тоже избиваете! Это самое мерзкое, что только может быть. Вам место в клетке, вы…

Отец Вилли ударил ее по лицу. У Шпроты было такое чувство, будто ей оторвали голову, настолько сильный был удар. Оглушенная, она рухнула на Тортика, который так и стоял рядом с ней.

– Ого, вроде там что-то серьезное начинается! – услышала она слова одного из старшеклассников.

Дальше Шпрота помнила только, как она сидит на асфальте и держится за щеку. Фрида и Мелани с озабоченными лицами сидят на корточках возле нее. Отцу Вилли она была не видна, так как все остальные встали тесным кругом и закрыли ее. Фред сжал кулаки и рвался в бой, но Стив и Тортик его держали. Они боялись, что от ярости он сразу бросится на отца Вилли.

– Вы вонючий трус! – услышала Шпрота голос Фреда. – Подлая поганка!

И тут она услышала другой голос – это говорила госпожа Роза.

– Что здесь происходит? – крикнула она, отталкивая нескольких зевак из других классов.

– Он бил Шпроту, – сказала Фрида и выпрямилась.

– И Фреда он схватил и так его тряс, как будто все кости хотел сломать, – сказал Стив.

– Об этом я уже слышала, – сказала госпожа Роза. Она прищурилась. Так она делала только тогда, когда бывала в страшном гневе. – Один ученик, который сохранил остатки рассудка… – громко сказала она и повернулась к толпе окружающих детей, которые стояли и смотрели, – …всё мне рассказал, пока вел сюда. Он не стал просто так стоять и глазеть, когда били его одноклассников, как это сделали вы.

Она с тревогой склонилась к Шпроте, которая всё еще сидела на земле с распухшим лицом.

– Всё в порядке? – тихо спросила госпожа Роза.

Шпрота кивнула. Госпожа Роза бросила быстрый взгляд на Фреда, лицо которого было смертельно бледным, а потом встала перед отцом Вилли так близко, что ей пришлось закинуть голову. Госпожа Роза богатырским ростом не отличалась.

– Убирайтесь с территории школы! – сказала она. – Немедленно, иначе я вызову полицию. Того факта, что вы разгуливаете по школьному двору и избиваете детей, достаточно для судебного дела.

– Госпожа Роза, помощь нужна? – спросили три великана из старших классов, которые еще пару минут назад со скукой за всем наблюдали.

– А, наконец-то что-то зашевелилось и в вас, – сказала госпожа Роза. – Проводите мужчину к воротам. И проследите, чтобы он действительно туда дошел. Но без применения насилия, прошу вас.

– Вы-то тоже явно знаете, где скрывается мой сын! – проревел отец Вилли, когда великаны деликатно стали