Изумление Судзумии Харухи (Том 1) - Нагару Танигава

Полагаю, особой разницы нет. Была ли ошибка в проекте дома, или строитель занимался вредительством — это пусть суд решает.

— А раз природа Бога злонамеренна, то для него естественно позволять твориться злу. Но люди ведь не являются поголовно злодеями. Сама наша способность определять зло говорит о том, что мы ощущаем, как оно контрастирует с заложенным в нас добром. Если бы весь мир состоял лишь из одних злодеев, понятию добра в нём было бы просто неоткуда взяться.

Коидзуми зажал мячик меж двух пальцев и покрутил его.

— Таким образом, люди прошлого пришли к идее о том, что мир был создан ложным богом, а их способность это осознать была лучом света, исходящим от Бога истинного. То есть хоть Бога нет в нашем мире, но он наблюдает за людьми со стороны.

Что ещё им было думать? Иначе всё теряло бы смысл.

— Вот именно. Но раз они объявили создателя мира дьяволом, то разумеется, их стали преследовать приверженцы традиционной веры. Вы по истории уже проходили Альбигойский крестовый поход?[30]

Не знаю, могу у Харухи спросить.

— В целом, современное мировоззрение довольно схоже с гностицизмом. С доисторических времён человеческая психология особенно не изменилась. Как бы ни развивались технологии, как бы ни накапливались наши знания о мире, биологически наше мышление принципиально не изменится. Мы находимся в эволюционном тупике, причём довольно давно, чему свидетельствует история всего человечества.

Как-то резко мы перешли к этой теме, однако. Но научные дискуссии не мой конёк, а потому я предпочёл стратегически отмолчаться. Не в моих интересах уводить такой разговор в сторону своими глупыми комментариями.

— А если рассмотреть в данном ключе нашу текущую ситуацию…

То есть предыдущий спич — это только введение? Да, Коидзуми любитель ходить вокруг да около.

— Группа Татибаны-сан считает Судзумию-сан ложным богом. Возможно, Судзумия-сан и создала этот мир, но этого не осознаёт, что подкрепляет доводы группы оппонентов. Потому они и начали искать истинного бога, которому можно было бы поклоняться... и нашли. По крайней мере, думают, что нашли.

И это Сасаки. Чудачка из средней школы, которая объявила себя моим другом.

— Не стоит сбрасывать со счетов и фактор закрытых пространств, — продолжил Коидзуми таким тоном, будто вёл непринуждённый разговор. — Пространства Судзумии-сан полны существ, направленных на разрушение. Она — создатель, но не созидательный. Едва ли она сможет привлечь туда инвесторов, — вставил он вдруг в речь дурацкую шутку. — А вот закрытое пространство Сасаки-сан, насколько мне известно, очень стабильно, как в теории стационарной Вселенной, — там царит вечный покой. Многие, наверное, такой мир и предпочли бы — без всяких «аватаров». Эфемерное пространство тишины и безмятежности.

Я вспомнил пустынную улицу, окутанную рассеянным светом. Хотя там никого и не было, но ощущение она вызывала тёплое, уютное. Если не можете найти тихое место, в котором можно было бы спокойно готовиться к экзаменам, то стоит попроситься туда.

— И если бы, — продолжил чудо-экстрасенс, — новые закрытые пространства порождались Сасаки-сан, проблем было бы куда меньше. Но Судзумия-сан вполне благоразумна. Если что-то пошло не так, как ей угодно, она не взорвётся, и сама умеет справляться со стрессом. Ситуация с ней — как зажжённый фитиль: главное — затушить огонь на полпути, пока он не дошёл до пороховой бочки.

Как до Балкан в начале XX века?[31]

— Ба-бах, — Коидзуми развёл руками, — так и появляются закрытые пространства, а «аватары» этот процесс ускоряют.

Он почесал подбородок и высказался, словно детектив, мастерски пришедший к умозаключению:

— С другой стороны, у Сасаки-сан закрытые пространства не увеличиваются в числе, и там сохраняется порядок. Может, поэтому они её и выбрали.

Ну а что правильнее? Что для большинства лучше: иногда выпускать накопившееся или всё время понемногу стравливать?

— Ну, на этот счёт… — вместо ответа Коидзуми постучал по теннисному мячику пальцем, — я нахожусь на стороне Судзумии-сан, а потому мой ответ не может быть беспристрастным. Если кто-то объективный ответ и даст, то точно не я. У меня нет необходимости вмешиваться в дела вне сферы моей компетенции. Хоть я, можно сказать, специализируюсь на Судзумии-сан, её оценивание мной, скажем так, затуманено. Так что стоило бы скорее перенаправить этот вопрос тому, кто знаком и с ней, и с Сасаки-сан.

Интересно, кто же это...

— Мне бы хотелось сказать ещё кое-что, — голос Коидзуми был лёгок, как весенняя песня соловья. — Члены «Команды SOS» достигли беспрецедентного уровня взаимодействия. Практически все противоречия между внеземными существами, путешественниками во времени и придерживающимися Судзумии-сан обладателями некоторых экстрасенсорных способностей устранены. Наши намерения слились в общую цель; центральной фигурой для нас, конечно, является Харухи Судзумия, и кроме того…

Он сделал как будто полагающийся по сценарию театральный жест и тихо добавил:

— У нас есть ты.

Я ударил кулаком в свою перчатку, чтобы он перестал тянуть кота за хвост.

— Есть проблема, которая касается всех членов команды. Нагато-сан и Куё-сан, Асахина-сан и Фудзивара из будущего, наша «Организация» и группа Татибаны Кёко... ты и Сасаки-сан — всех нас связывает единая переплетённая нить, проходящая через одну центральную точку, в которой должно что-то произойти. И что бы это ни было, в итоге наступит некоторый общий для всех исход. Так что это уже не только твоя проблема.

— И что мне делать? Толпу развлекать? Или стараться стоять в стороне? Всё запоминать, чтобы потом написать для потомков мемуары?

— Что угодно. — Коидзуми стал крутить мячик в руках, будто выбирая между двухшовным и четырёхшовным фастболом. — Думаю, в нужный момент ты сам поймёшь, что́ тебе нужно сделать. А может, у тебя и выбора не останется. Нужно действовать в соответствии с собственной волей. Рассуждать, наверное, и не придётся: если суждение людей не замутнено, они обычно и сами могут выбрать наилучшее решение, и ты до сих пор всегда действовал правильно. Я отчасти уверен, отчасти надеюсь, что так же получится и теперь.

Похоже, на этом речь подошла к концу. Коидзуми снова метнул мне мяч, просто по прямой. Почувствовав мяч в своей перчатке, я решил, что спрашивать его мне больше было не о чем.

В самом деле…

Не Коидзуми, не Асахина-сан и не Нагато. И уж точно не Харухи.

Обязанность завершить этот сюжет выпала мне — так было установлено с самого начала.