Джейн из Лантерн-Хилл - Люси Мод Монтгомери

– Она смугленькая, – вздохнула Вайолет. – Хотя, говорят, сейчас это модно. Девочками мы очень заботились о цвете лица. Помнишь, мама всегда заставляла нас надевать розовые шляпки от солнца, когда мы выходили на улицу?

– Да разве розовые! Они были синими.

– Розовые, – уверенно возразила Вайолет.

– Синие, – не менее уверенно заявила Джустина.

Они десять минут спорили о шляпках, и Джейн, оценив постепенно накаляющуюся атмосферу, сообщила, что Миранда Гарланд через две недели выходит замуж. Восторженные сестры Титус тут же позабыли о шляпках.

– Через две недели? Так внезапно? За Неда Митчелла, конечно. Я слышала об их помолвке. Она тоже показалась мне чересчур поспешной: они встречались всего полгода… но я и подумать не могла, что они женятся так скоро, – восклицала Вайолет.

– Она не хочет давать ему шанса влюбиться в девушку постройнее, – предположила Джустина.

– Они назначили свадьбу пораньше, чтобы я смогла быть подружкой невесты, – гордо отозвалась Джейн.

– Ей ведь всего семнадцать, – неодобрительно проговорила Джустина.

– Девятнадцать, сестра, – возразила Вайолет.

– Семнадцать.

– Девятнадцать.

Джейн оборвала новый назревающий десятиминутный спор о возрасте Миранды известием о том, что ей восемнадцать.

– Что ж, выйти замуж нетрудно, – пожала плечами Джустина. – В наши дни гораздо сложнее остаться женатыми.

Джейн поморщилась. Она знала, что Джустина не хотела задеть ее. Но ведь папа и мама не остались женатыми.

– Думаю, – смягчилась Вайолет, – Острову Принца Эдуарда есть чем похвастаться в этом отношении. Всего два развода со времен Конфедерации – за шестьдесят пять лет.

– Всего два настоящих, – признала Джустина. – Но еще несколько – по меньшей мере полдюжины – поддельных. Уезжают в Штаты, там и разводятся. И, судя по всему, скоро появятся новые.

Вайолет остерегающе посмотрела на Джустину: взгляд, которого Джейн, к счастью для своего душевного покоя, не заметила. Джейн решила, что если она собирается говорить о цели своего посещения, то лучше сделать это сейчас. К чему ждать удачной минуты… надо сделать минуту удачной.

– Слышала, вы хотите взять на воспитание сироту, – начала она без обиняков.

Сестры вновь обменялись взглядами.

– Да, мы обсуждаем это уже несколько лет, – признала Джустина.

– Но пока сошлись лишь на том, что возьмем девочку, – вздохнула Вайолет. – Я предпочла бы мальчика, но Джустина права, никто из нас не знает, как одевать мальчиков. Было бы гораздо интереснее одевать девочку.

– Семилетнюю девочку с голубыми глазами, светлыми кудрями и маленьким розовым ротиком, – веско сказала Джустина.

– Девочку десяти лет с иссиня-черными волосами, карими глазами и кремовой кожей, – не менее веско высказалась Вайолет. – Я уступила тебе насчет девочки, сестра. Теперь твоя очередь уступить насчет возраста и внешности.

– Возраст – может быть, но внешность я не уступлю.

– Я знаю девочку, которая вам подойдет, – без обиняков вставила Джейн. – Это моя близкая подруга из Торонто, Джоди Тернер. Уверена, вы ее полюбите. Позвольте, я расскажу вам о ней.

И Джейн рассказала – не забыв ничего, что могло бы склонить сестер в пользу Джоди. Сказав все, что она собиралась сказать, Джейн прикусила язык. Джейн всегда знала, когда нужно вовремя остановиться.

Сестры Титус тоже молчали. Джустина продолжила вязать, а Вайолет, закончив с ирисками, взяла в руки крючок. Время от времени они поднимали глаза, переглядывались и опускали их вновь. В печи уютно потрескивали поленья.

– Она симпатичная? – наконец нарушила молчание Джустина. – Мы не хотим некрасивого ребенка.

– Джоди вырастет в красавицу, – серьезно отозвалась Джейн. – И у нее прелестные глаза. Только сейчас она совсем худенькая… и хорошей одежды у нее совсем нет.

– А она не слишком подвижная? – поинтересовалась Вайолет. – Я не люблю подвижных девочек.

– Совсем нет, – заверила ее Джейн. Но это оказалось ошибкой, поскольку…

– А мне нравятся в меру подвижные, – сказала Джустина.

– Она ведь не станет носить брюки? – спросила Вайолет. – Сейчас так много девочек их носят.

– Уверена, Джоди не станет носить то, что вам не нравится, – ответила Джейн.

– Я бы так не возражала против девочек в брюках, если бы они только не называли их брюками, – вставила Джустина. – Но ни в коем случае не пижама… никогда, никогда.

– Согласна, – кивнула Вайолет.

– А если мы возьмем ее и не сможем полюбить? – волновалась Джустина.

– Джоди невозможно не любить, – мягко отозвалась Джейн. – Она милая.

– А у нее же, – замялась Джустина, – не будет… не может ли такое случиться, что… у нее есть… неприятные насекомые.

– Конечно, нет! – воскликнула потрясенная Джейн. – Она ведь живет на Джой-стрит! – Впервые в жизни Джейн защищала Джой-стрит. Но и этой улице стоило отдать должное: уж в отсутствии неприятных насекомых Джейн была уверена.

– А если бы… и были… есть же расчески с частыми зубчиками, – героически проговорила Вайолет.

Джустина нахмурила черные брови.

– В нашей семье необходимости в таком предмете никогда не возникало, Вайолет.

И снова они принялись вязать и обмениваться взглядами. Наконец Джустина сказала:

– Нет.

– Нет, – присоединилась к сестре Вайолет.

– Она слишком темненькая.

– Она слишком взрослая.

– Теперь, когда вопрос решен, может, Джейн захочет попробовать корнуэльских сливок, которые я приготовила сегодня? – поинтересовалась Джустина.

Несмотря на корнуэльские сливки и охапку бархатцев, которые вручила ей Вайолет, Джейн шла домой с тяжким грузом разочарования в сердце. И очень удивилась, когда Перешагни-поле остался совершенно довольным.

– Согласись они сегодня, завтра ты, вероятно, услышала бы, что они передумали. А теперь жди обратного.

И все же Джейн испытала немалое изумление, когда на другой день получила от сестер Титус записку, в которой сообщалось, что они, вновь поразмыслив, решили удочерить Джоди – и не могла бы она зайти, чтобы помочь с необходимыми распоряжениями.

– Мы решили, что она не слишком взрослая, – признала Вайолет.

– И не слишком темненькая, – добавила Джустина.

– Вы ее полюбите, я знаю! – воскликнула счастливая Джейн.

– Мы постараемся стать для нее самыми лучшими и добрыми родителями, – заверила Джустина. – И обязательно будем брать для нее уроки музыки. Она музыкальна, Джейн?

– Очень, – утвердительно кивнула Джейн, вспомнив историю с фортепиано в пятьдесят восьмом доме.

– Только представь, как мы будем заполнять ее рождественские чулки, – мечтательно проговорила Вайолет.

– И нам нужно завести корову, – заявила Джустина. – Каждый вечер ей полагается по стакану парного молока.

– Мы обставим мебелью юго-западную комнатку, – прибавила Вайолет. – Думаю, бледно-голубой ковер отлично подойдет.

– Не стоит ожидать, что она найдет здесь волнения современной суматошной жизни, – торжественно проговорила Джустина, – но мы постараемся помнить о том, что молодежь нуждается в товариществе и хороших удовольствиях.

– Разве не здорово будет вязать ей кофты? – улыбнулась Вайолет.

– Надо достать тех маленьких деревянных уток, которые в детстве вырезал нам дядя, – заметила Джустина.

– Хорошо, что появится ребенок, которого можно любить. – Вайолет вздохнула. – Жаль