Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

Таким образом вскорости собрала она добрую сотню мальчиков и девочек. Грустное они являли собою зрелище. Кто был хром, кто слеп, кто еще как-нибудь искалечен. В рваной одежде. Голодные. Изможденные. Сердец их, однако, еще не коснулась скверна, а Фея, сочувствуя и сострадая им, могла творить чудеса. И она повела их прочь из города в прекрасную местность.

Никто не видел этого шествия. Фея сделала его невидимым для посторонних глаз. А дети шли, и с каждым шагом в измученные их души все отчетливее вливалась радость. Сильные помогали слабым. Зрячие рассказывали слепым, какая их окружает изумительная природа. Голодные ели сладкие ягоды, которых много росло у них на пути. Больные с жадностью вдыхали целительный воздух. И никому путешествие не казалось длинным и утомительным. Под ногами у них мягко пружинила зеленая трава, над головой сиял лазурный купол неба, и все вокруг золотили солнечные лучи.

Пройдя сквозь прекрасный лес, дети не смогли сдержать криков восторга, потому что открылось им совсем уж чудесное место, а Фея-Крестная назвала его новым их домом. Ведь стоило ей только чего-нибудь пожелать, как оно тут же и появлялось. А пожелала она Дом-для-Детей.

И он возник посреди роскошного луга. Вместительный, но невысокий. С множеством маленьких цветущих садиков перед ним и залитыми солнцем полями позади него. С этих полей навстречу детям устремилась масса ручных животных. И торопились они к вновь прибывшим так, словно хотели им сообщить, насколько счастливы их появлением.

Войдя в дом, дети затаили дыхание. Внутри он оказался не только красивым, но и на диво удобным. Здесь не было ни высоких лестниц, способных утомить ноги немощных и опасных для незрячих, ни прочих преград и препятствий. Четыре огромных зала анфиладой переходили один в другой. Широкие дверные проемы. С двух сторон высокие окна.

В одном зале стояла сотня белых кроваток. Около каждой висело по белоснежному ночному чепцу и белоснежной ночной рубашке. Темные шторы уютно приглушали свет. Невидимые музыканты наигрывали тихую мелодию. Едва услышав ее, дети начали дружно зевать, головы их сонно задвигались в такт музыке, как цветы от дуновения нежного летнего ветерка.

«Да-да, – покивала с довольным видом Фея-Крестная. – Именно так и задумано. Но пока до сна далеко».

Она дотронулась до едва различимой кнопки в стене, и колыбельную сменила мелодия, при звуках которой даже крепко спящий мигом проснулся бы и бодро вскочил с постели.

Во втором зале находился неглубокий бассейн размером с небольшое озерцо. Посередине возвышалась мраморная статуя ребенка, который выдувал мыльные пузыри. Белые и розовые куски мыла в форме ракушек были разложены по бортикам. Рядом лежали губки. И словно холмики, на берегах этого бассейна-озера высились стопки полотенец. Все это было устроено так, что каким-то чудом само скребло и мыло детей, пока они с удовольствием резвились в воде, а когда вылезли из воды, вмиг становились сухими.

Третий зал представлял собою столовую с длинным столом и низкими удобными стульями, с которых невозможно было упасть. Вдоль краев стола тянулись ряды серебряных мисок для каши. В центре бил молочный фонтан, окольцованный железной дорогой. Маленький паровозик тянул по ней платформочки. Крохотные подавальщики и подавальщицы стояли на них с подносами, полными хлеба и всевозможных вкусных вещей, которые детям не вредно есть, а миниатюрные забавные ослики протягивали желающим корзины, полные ягод. Едой детей наделяли быстро и ловко, и трапеза превращалась в веселую игру, свободную от неразберихи, гама и толкотни, которых обычно не избежать, когда пищи жаждет сотня голодных ртов.

Четвертый зал, самый большой из всех, предназначался одновременно для игр и для учебы. Все стены здесь были украшены картинами, сюжеты которых периодически менялись. На них возникали то цветы, то всевозможные звери и птицы, то страны мира, то различные эпизоды истории. Великолепные наглядные пособия для тех, кому предстояло очень многому учиться. Пол в зале был размечен для игр. И множество игрушек лежало наготове для тех, кто ни разу еще за короткую свою жизнь ни одной из них не держал в руках. Высокие окна по одну сторону зала пропускали множество света. Стена же напротив состояла из ниш, заполненных книгами. Одни из них предназначались для учебы, другие – для увлекательного чтения.

Ошеломленные дети сперва лишь изумленно вздыхали. Им просто не верилось, что все это существует специально для них. Но Фея-Крестная, подозвав их к себе, поторопилась развеять все сомнения: «Мои дорогие малыши! Всю предыдущую жизнь о вас никто не заботился, не любил и не старался сделать счастливыми. Теперь вы со мной. И скоро станете самыми веселыми и займетесь разными чрезвычайно интересными делами. Жизнь вашу здесь давайте начнем с купания в этом прекрасном бассейне, потом будут ужин и игры. А затем вы отправитесь спать, потому что завтра нам предстоит большой праздник».

И едва она это сказала, лохмотья, слетев с детей, куда-то исчезли, вся ватага мигом запрыгнула в бассейн, красивые ракушки были расхватаны, и, намыливаясь, подопечные Феи-Крестной с улыбками наблюдали, как мраморный мальчик пускает над их головами мыльные пузыри. Зал огласился плеском воды, звонким смехом и счастливыми воплями. А Фея-Крестная, пока здоровые плавали и ныряли, купала в тихой заводи больных и врачевала раны пострадавших от побоев.

Вымывшись, дети обнаружили, что на них сама собой оказалась новая одежда. Красивая, удобная, каждому впору, но без особых изысков, которые стесняли бы движения и помешали бы чувствовать себя свободно и наслаждаться играми.

Еще миг – и сияющие мордашки окружили стол в обеденном зале. Фонтан щедро сдобрил молоком кашу в серебряных мисках, из вагончиков выгружались на тарелки разные вкусности. Ослики, соскочив с платформ, зарысили к детям с корзинками, полными фруктов. Подавальщики и подавальщицы суетились с подносами. А Фея-Крестная аккуратно повязала вокруг шеи каждого едока салфетку, а затем принялась ободрять самых застенчивых и кормить самых маленьких, которые самостоятельно есть еще не умели. И до чего же веселым вышел этот ужин!

Наконец дети насытились. Фонтан перестал бить. Паровозик остановился и спустил пары. Ослики, подкидывая задние ноги, опустошили корзины. Салфетки сами собой слетели с шеи детей и сами собою сложились. Серебряные миски, подпрыгнув к потолку и совершив в воздухе сальто, опустились на стол совершенно чистыми. И в столовой настал идеальный порядок. Все здесь было готово к завтраку.

Следующий час дети провели в игровом зале, то от души веселясь, то задумываясь, не сон ли видят и не окажутся ли по пробуждении снова бездомными среди равнодушных прохожих. Фея-Крестная, следя за тем, чтобы новые впечатления не слишком уж взбудоражили их, уловила момент, когда детей следовало отправить в спальную. Там она научила их короткой молитве, любимой всеми