Добро пожаловать в Хтонь - Виталий Штольман

– Виталя! – Брови ее создали форму идеального прямого угла, что говорило о намерении пойти в лобовую атаку с применением грубой физической силы.

– Да все-все! Молчу!

– Вот и молчи. Бесишь!

– Спасибо тебе.

– Было бы за что!

– Ты даже не осознаешь, насколько…

– Все, Виталь, пока! – перебила она. – Рада была повидаться.

– И помни, что большинство устанавливает норму, третируя индивидов.

– Отстань, говорю!

– Давай-давай!

Попрощавшись со своей подругой, я отправился домой, где налил себе чая с клюквой и начал перечитывать заметки с листа.

«Роддом. Палата будущих матерей. Обшарпанная краска на стенах. Высохшие фрамуги».

– Надо добавить деталей интерьера, а то что-то скудно. Мне срочно нужно в роддом. Лучше один раз увидеть…

«Одна из них непутевая. Выросла в детдоме. В цвет заявляет, что залетела. Не хотела. Так вышло. Пьет водку втихаря, несмотря на то, что со дня на день рожать. Ворует еду у однопалатниц».

Я закурил прямо на кухне.

«Нарочно ведь так не придумаешь», – подумал я. Ведь как бывает, да? А кто-то годами не может ребенка завести. Стараются, по больницам ходят, кучу денег отваливают, и ничего – так и живут в несчастье. Или расходятся вообще. Как же несправедлив этот мир! А ведь эта бедная и запутавшаяся в себе женщина выросла в детском доме. Не ощутив на себе любви матери в детстве, она не может стать ей сейчас. Или не хочет? Вопрос, конечно, сложный. Где зарыт корень сей проблемы? А почему пьет? От горя? Или от безысходности? Или просто нравится? Ребенку же от водки хорошо не станет. Тут никакие оправдания о тяжелом детстве не подходят. Страшно все это, очень страшно.

– Ты что, на кухне куришь? – зашла жена и с ходу начала скандал.

– Да тут такая история намечается!

– Вся квартира уже провоняла. Сколько можно?

– Ладно. На балкон так на балкон.

– И дверь за собой закрой.

Прихватив с собой кружку, я ретировался за пределы кухни. Благо тепло. Лето.

– «Был не понят!» – всплыла в голове фраза из последней повести. – Впрочем, ничего нового. Что там дальше? – Я пробежался пальцем по кривым строчкам, написанным моей дрожащей рукой.

«Родила. Сказала, что некогда забирать ребенка. Свинтила на неделю. Вернувшись вдрабадан, написала отказ от дитяти».

Я закурил еще.

– Рак не за горами! – крикнула с кухни жена.

Я отвернулся. Выбросил сигарету. Никотин встал комом в горле. Женщины умеют отбить желание к счастливой жизни. Вернулся к истории.

– В чем же причина? Исходя из полученной информации, что она воровала еду у своих соседок, хотя могла бы просто попросить, ей бы не отказали, – может, все-таки финансовая сторона вопроса? Но разве это оправдание? Да нет. Дети – это ж большая ответственность, это ж не вещь какая, чтоб от нее отказываться. Вообще, эти слова в одном предложении-то ужасно смотрятся. Иногда люди сами не ведают, что делают. Будто пелена на глазах, все как в тумане, импульс, а затем вселенское сожаление. Но не в этот раз. Здесь все хуже! – Я перевернул листок.

«Через месяц ребенка усыновили. Хорошие люди. Через два горе-мать как-то пронюхала, кто родители».

– А как пронюхала? – Я почесал затылок. – Это ж тайна. По-любому поплакалась, какая она бедная и несчастная и вообще по глупости все совершила. Нет-нет-нет. Я-то знаю финал истории, потому и ненавижу людей. Почему? Ответ прост, ибо они чаще пытаются наебать ближнего, чем помочь ему.

«Нашла родителей своего ребенка и начала вымогать с них деньги, мол, я вам родила, вы мне должны и все такое».

– Это ж сколько наглости у человека? Наблюдая за картиной целиком, уже и не найти ни оправданий, ни причин. А может папка-забулдыга, гоняющей свою возлюбленную за водкой, во всем виноват? «Если не достанешь, поколочу. А уж как, это твои проблемы!» Бывает же такое? Да? Все равно страшно все это, очень страшно. Хорошо хоть у еще несмышленого дитяти это все в памяти не отложилось. А то б детских психотравм не избежать. Да и великая удача вырваться из лап горе-мамаши. Может, оно и действительно к лучшему. Но отпустит ли она? Вопрос! Не удивлюсь, если эта дамочка позже объявится, мол, здравствуй, я – твоя мамка, дай денег на водку. А что? Невозможно? Еще как возможно.

«По суду горе-мать получила запрет на приближение!»

Я вышел с балкона и ускоренным шагом отправился к компьютеру. Иногда первую строку написать сложнее, чем весь остальной текст. Она должна цеплять. Она должна бросаться в разум читателя, чтоб тот захотел узнать о второй, третьей и так далее. А сейчас все было иначе, это требовало немедленной записи, здесь и сейчас, пока мысль в голове крутится.

Пальцы активно застучали по клавиатуре: «Дело было в роддоме, дело было страшное…»

Во-о-от…

Брошенные люди

Когда-то здесь была большая деревня. Молодежь приезжала из города поднимать лесное хозяйство и оставалась. Строили дома. Женились. Растили детей.

По соседству с лесхозом была военная часть. Большая. С кучей офицеров и солдат, а также вакансий для местного населения. Некоторые военные находили себе тут жен-красавиц и оставались жить после выхода на пенсию.

Все верили в счастливое будущее. Однако Советский Союз пал, затем пал и лесхоз, не выдержав конкуренции рыночной экономики. Множество людей осталось без работы.

Одни нашли себе место в части, другие не нашли занятия для заработка и уехали. В старых домах доживали свой век пенсионеры. Молодежь сразу после школы поступала в техникумы и институты и старалась больше не возвращаться в свою малую родину. Лишь изредка. Набегами. Пополнить провиант овощей и закруток на зиму. Те, кто не смог обосноваться в городе, возвращались и сидели на шее у своих и так древних родителей, спиваясь и деградируя.

Военную часть перевели в другое место. Дома их опустели. Со временем начали выпадать стекла. Бетон осыпался. Ворота были открыты настежь, а красная звезда на них с годами выцвела. Часть привлекала лишь мальчишек, ищущих приключения среди домов-призраков.

Деревня лишилась последних рабочих мест. Началась массовая миграция. Больницу закрыли, оставив лишь старого фельдшера. Все врачи тоже уехали. Уехали и учителя. Закрыли школу. Лишь пенсионеры доживали свой век, ибо прикипели душой к этой деревне. Деревне, которая стала для них больше чем домом. Именно здесь они встретили свою любовь. Именно здесь родились их дети. Именно здесь прошел их жизненный путь. Все здесь такое знакомое и родное. Как уехать отсюда? Зачем? А что там? Чем всех тянет этот город?

По ночам свет горел лишь в редких домах.