Добро пожаловать в Хтонь - Виталий Штольман

как бы случайно зацепив одну. Первая была прямо пропорциональна, вторая – обратно, она же и начала буксовать на нарушителя своего спокойствия.

– Ты че, широкий, шо ль?

– Дамы, прошу меня простить. Вышло все случайно. – Взор его переключился на бармена. – Мэри! Кровавых! Три! – Затем он резко вытащил из заднего кармана джинсов госзнак с Петром Первым и лупанул им по стойке.

– Мешать? – буднично спросил бармен.

– Пацаны не мешают, братишка! – встрял подошедший Валёк.

Алкогольных дел мастер посмотрел сурово на Валентина, Валентин сурово посмотрел на алкогольных дел мастера, затем они расхохотались и крепко с показательной значимостью пожали друг другу руки.

– Братишка-братулешка! – завопили оба Ивановых.

– Санёчек! – Кольцов протянул руку бармену.

– Антоха! – он ответил на рукопожатие.

– От души, брат!

– Да было бы за что?

– Было бы не за что, мы б тут не стояли.

– Кузьма! – Гусёк решил не отставать во всеобщем знакомстве.

– Ну че, пацаны, понеслась? – Антоха поставил три многогранных стакана на стойку.

– Агась! – хором ответили жаждущие.

Разница в плотности напитков подняла всю водку наверх, отчего пацаны поперхнулись, но виду пред девицами не подали. Гусары ж пьют с локтя, негоже им пред горячкой пасовать.

Дамы с интересом наблюдали за происходящим.

– А нам по пиву!

– «Балтика», «Туборг», «Жатецкий гусь»? – на автомате спросил бармен.

– Гуся!

– А вот он я, гусь! – Пред девицами нарисовался Кузьма, поставив меж ними свой стакан и попытавшись слегка приобнять прямо пропорциональную, но был бит сопротивлением приличия, отчего пришлось отступить. Девочки многозначительно переглянулись, но промолчали. – Вернее, Гусёк, так меня кличут на районе, – похоже, это судьба!

– Какая еще судьба? – дерзанула дородная.

– Малая, а ты не дерзи! Предлагаю объединить наши компании во имя приятного времяпрепровождения.

– Ишь ты, как стелешь! Катерина, чего скажешь?

Изумрудные глаза Катерины бегали из стороны в сторону, она ожидала подсказки от своей подруги, но та перевалила ответственность в принятии решения о дальнейшем кутеже на нее, да еще и взглядом давила, мол, давай уже быстрее.

– Наверно, – неуверенно выдавила из себя стройняшка. – Давайте.

– Ну вот и отлично! – завопил Кузьма, забрав свой стакан, осушив его до дна. – Пацаны, айда знакомиться будем. Девочки, это Санёчек, это Валенти… – Валёк вмиг посуровел и выстрелил недружелюбным взглядом в товарища, что Гусёк аж поперхнулся. – Валёк.

Антоха удовлетворил алкогольные потребности дам. После «Кровавой Мэри» пацаны решили поддержать назревающий Белосветский декабрьфест. Они бы и рады жирануть от души, но цены кусались.

– Так, ты – Катерина, да? – продолжал врубать роль тамады Кузьма. – А тебя?

– Еленка!

– Давайте въебем уже! – не выдержал Санёчек.

– Алекса-а-а-андр! – хором выпалили девочки, а затем Еленка добавила: – Ну что за манеры?

– А че тут сюсюкаться? Вы, шо ль, принцев в Белске видели?

– Санёчек, осади! – встал на защиту женщин Валёк. Катерина заинтересованно посмотрела на его крепкое тело.

– Валь, а ты качаешься? – Девчушка начала трогать его мышцы.

– Он у нас почти женатый! – решив не проигрывать конкуренцию, выдал Кузьма.

– Че это женатый? Кольцо на пальце видишь? – Иванов продемонстрировал свой безымянный палец. – Нет? Все!

– Жена – не шкаф, подвинется! – Еленка заржала, как ретивая кобылица.

– Ну, будем! – заорал Санёчек и приобнял толстушку-веселушку. – Слышь, королева, а вы тут надолго?

– До утра, а че? Собрался куда, шо ль? – снова громогласно расхохоталась та.

– Вероятно.

– Может, потанцуем?

– Волтожиться – не по-пацански. Ты че, епт?

– Так вон же мальчишки танцуют?

– На то они и мальчишки! – буркнул Кольцов и картинно выпил пивка, смачно выдохнув на финише. – Вы идите, только не далече, мы приглядим. Не ссы, малая, если че-то и кто-то, то мы тут как тут, сечешь?

– Какая я тебе малая?

– Такая и малая!

– Никакая и не малая.

– Лады, не пыли. Нравишься ты мне.

– Взаимно.

Еленка жахнула в десны Санёчка как в последний раз. Пацаны заулюлюкали, Катерина закрыла глаза и лишь прошептала: «Боже, какой позор!»

Девчушки отправились предаваться развратным танцам, Санёчек, Кузьма и Валёк продолжили дегустацию пива.

– Че по финансам, пацаны? – спросил Иванов.

– Негусто! – ответил Гусёк.

– Может, свалим отседа? – предложил Кольцов. – С бабами.

– А пойдут они, че ль? Сниматься ж пришли! Поди с деревки какой. Тут до первых электричек. Да и какая разница. Отсюда уйдем, там тоже плати, а на улице, чай, не май месяц.

– Пошлите ко мне! – предложил Валёк. – У меня, правда, родаки спят, но если тихо, то все норм будет.

– Тухляк! Не пойдут! Да, а если родаки проснутся? Пизды получишь сначала ты, а потом и все остальные.

– Да ладно, я так тысячу раз делал.

– А чего-то мы только сейчас об этом узнаем?

– Ну не тысячу раз, но делал.

– А че? Я за, – поддержал посыл и Кузьма. – Пиво только допью. – Он обозначил свой стакан, что был наполовину полон или пуст.

– Тоже мне проблема! – заржал Валёк.

Гусёк молча осушил стакан и бахнул им о барную стойку.

– Не проблема!

– Учитесь, покуда я жив! – Санёчек подмигнул пацанам и пошел на танцпол.

– Иди уж, ловелас херов! – крикнул ему вслед Кузьма.

Естественно, Еленку с Катеринкой не оставили без внимания, отчего вокруг жертв кружили коршуны, но ворвавшийся в небеса орлан распихал всех, обозначив свои намерения и претензии на владения этими самками. Перья полетели в стороны. Кричали. Махали крыльями. Когти пытались вспороть телеса конкурентов. Налетели еще хищные птицы. Из местных. Из хозяйских. И выпроводили всех причастных из заповедника любви и страсти. Покудахтали еще немного друг на друга у входа в «Мегаполис» и разбежались каждый в свою сторону.

– Ну и чего ты натворил, Санёчек? – бухтела Еленка.

– Да-да! – возмущенно вздыхая, поддержала подругу Катерина. – До электрички еще три часа.

– Нам что, на вокзале теперь тусить?

– А пошли в «Прохладу»! – предложил Кольцов.

– Ты че, опух? Мы, вообще-то, девочки приличные, по «Прохладам» всяким не ходим.

– О как! А по «Мегаполисам», значит, ходим, че ль? – встрял Кузьма.

– Че ль, да-а-а-а-а! – передразнила его дородная.

– Может, спирту возьмем для сугреву, че ль?

– Я за! – обозначил свою позицию Валёк.

– Я тоже! – Санёчек приобнял Еленку, приблизившись на максимальное для поцелуя расстояние. – Девочки?

– Хитер бобер! – расхохоталась она и чмокнула Кольцова. – А че бы нет, если да! Не на вокзале ж сидеть…

– Ле-е-е-е-ена! – возмутилась Катерина.

Кузьма предпринял попытку повторить маневр друга с ней, но та шарахнулась от него.

– Мне Валя больше нравится.

– У него вообще-то… – начал было Гусёк.

– Понял? – Иванов обнял Катеринку, та расплылась в его объятиях. – Сегодня просто не твой день.

– Козел!

– Чего сказал?

– Мальчики, не ссорьтесь! – осадила их пыл Еленка. – Кто-то спирту предлагал жахнуть… мы так и будем тут стоять, да?

– У меня идея! – Глаза Валька засветились. – Берем спирт, сочку там,