Виланд - Чарлз Брокден Браун

Я должна была либо идти вперед, либо вернуться. Я выбрала первое и начала подниматься по лестнице. Ничто больше не нарушало тишины в доме, никто больше меня не окликал. Дверь спальни была закрыта, но не заперта, и собрав все свое мужество, я распахнула её и заглянула в комнату.

В ней не было ничего страшного или необычного. Конечно, мой враг мог таиться где-нибудь в углу, и если бы я вошла, то могла бы оказаться в его железных тисках, но я решила не думать об этом и вступила в комнату, стараясь, однако, быть настороже.

Там всё было на своих местах. Однако не было видно ни свечи, ни лампы. Сначала у меня возникли сомнения относительно природы того свечения, которое я видела. Возможно ли, чтобы существо с этим странным лицом сопровождало ослепительное сияние, которое происходило по его воле и было похоже на свечение, сопровождавшее смерть моего отца?

Чулан был рядом, и я вспомнила о тех ужасах, источником которых он для меня явился. Возможно, там крылась и опасность, и там же было объяснение всего того, что возбуждало моё любопытство. Отважусь ли я снова заглянуть туда? Такое решение нелегко было принять. Я колебалась и раздумывала; взглянув на стол, я увидела лист исписанной бумаги. Я моментально узнала почерк Карвина и, схватив бумагу, прочитала следующее:

«Глупо было с моей стороны ожидать, что Вы согласитесь встретиться со мной. Судите же теперь, как я был разочарован, увидев Вас в другом месте. Я ждал Вас, но ждать дольше становилось опасно. Я все же буду искать другого случая встретиться с Вами, хотя это, возможно, произойдёт в другое время и в другом месте. Тем временем, я напишу эту записку... Как Вы сможете вынести это... Какой необъяснимый случай! Какой неожиданный... Какое жуткое зрелище!»

Такими были эти отрывочные и непонятные мне строки. Чернила ещё не успели высохнуть, почерк принадлежал Карвину. Отсюда следовал вывод, что он ушёл только что или всё ещё находится в доме. Я оглянулась, ожидая его внезапного появления.

Что он такое имел в виду? Что тут произошло? О каком ужасном зрелище он пишет? Я еще раз осмотрелась вокруг себя, но не увидела ничего особенного. Я снова вспомнила о чулане и решила, что разгадка тайны кроется именно там. Возможно, там я и должна увидеть то жуткое зрелище, которому суждено напугать меня до смерти или совсем сбить с толку.

Я уже говорила, что вход в чулан находился рядом с моей кроватью, которую с обеих сторон плотно занавешивал полог. С той стороны, которая была ближе к чулану, полог был отдёрнут. Проходя мимо кровати, я бросила на нее взгляд. Я остановилась и снова посмотрела в ту сторону. В руке у меня была горящая свеча, и я подняла ее повыше, чтобы рассеять обманчивую сгустившуюся тьму. Я снова уставилась на кровать в надежде при более тщательном осмотре не увидеть того, что, как мне показалось, я увидела там.

Так вот какое было то жуткое зрелище, о котором говорил Карвин! Вот каким был тот необъяснимый случай! Вот какая судьба ожидала меня, но по несчастью, настигла совсем другого человека!

Мои страхи были не напрасны. В этой комнате меня ожидали насилие и смерть. Какая-то непонятная случайность привела её сюда до моего прихода, и безжалостные когти, добычей которых должна была стать я, перепутали свою жертву и вонзились в ее сердце. Но перестала ли грозить опасность мне? Куда делся тот, кто совершил это злодейство: истощил ли он после этого свои силы или скрылся? Здесь всё еще оставались следы убийцы, он не мог убежать далеко, в любую минуту он мог вернуться, и мне грозила смерть от той же грязной и страшной руки!

Я вся дрожала, ноги не держали меня. Я переводила взгляд с дверей чулана на дверь спальни. Через каждую из них мог войти тот, кто мог лишить меня жизни и чести. Я готовилась защищаться, но теперь, когда опасность была неминуема, мои средства защиты и способность прибегнуть к ним оказались тщетными. Ни по своему характеру, ни по воспитанию я не была способна отразить опасность таким образом. Я лишилась сил, потому что была поражена до глубины души, я не была готова к созерцанию подобного зрелища.

Страх за свою собственную жизнь отступил перед этой сценой. Я посмотрела на ее лицо. Судорога и синюшность не смогли изменить хорошо знакомые и любимые черты моей невестки. Какой жестокой хитростью тебя заманили сюда? Что будут делать без тебя твой муж и твои дети? Потерять тебя так, как обычно теряют близких, и то было бы тяжко, но погибнуть так неожиданно — стать жертвой столь ужасной смерти! Как Виланд сумеет пережить такое? Злодею мало было просто задушить тебя. Сначала он подверг тебя мучениям, и после них смерть была счастливым избавлением, о котором ты молила его. Он не испытывал к тебе никаких враждебных чувств: я должна была стать его жертвой. Однако по какой-то ужасной ошибке его ярость пала на тебя. Но почему ты пришла сюда? И где был Виланд, когда все это случилось? Я приблизилась к кровати, подняла ее еще не охладевшую руку и поцеловала бездыханные уста. Ее ниспадающее складками платье было растерзано. Я привела его в порядок, и присев на кровать, снова внимательно посмотрела на ее лицо. Не могу отчетливо вспомнить, о чем я тогда подумала. В моём смятенном мозгу настойчиво билась мысль о том, что все надежды навсегда ушли из жизни Кэтрин. Счастье и достоинство навеки покинули дом и семью Виландов, все, что нам оставалось, это влачить в муках свое краткое существование и оставить миру память о разбитых надеждах и изменчивом счастье. Плейел был уже потерян для меня, и все же, пока Кэтрин жила, жизнь была мне не так ненавистна, но теперь, потеряв подругу детства, которая разделяла все мои мысли, заботы и желания, я стала походить на человека, пустившегося в плавание по бурному морю и доверившего свою жизнь деревянной доске: над ним сгустится ночь, и внезапный вал оторвет его от спасительной доски и скроет навеки под собой.

ГЛАВА XVII

У меня не было ни желания, ни сил сдвинуться с места. Казалось, больше часа я просидела в таком оцепенении. Внизу скрипнула дверь, и на лестнице послышались шаги. Звук этих шагов заставил меня собраться с духом,