Блаженство - Джей Криммер

Посмотрев на свою руку, я вижу красное пятно на верхней части возле костяшки пальца.

— О... Боже! — кричу я, царапая руку рукавом толстовки Ронана.

— Гребаный Христос Эверли! — прорычал Ронан, вильнув машиной, чтобы выехать на обочину и припарковаться. — Ты не можешь так кричать из... Черт возьми, только не снова!

Он рычит, когда я вываливаюсь из машины, но не для того, чтобы бежать, нет, мне нужно вырвать.

Мои колени ударяются об асфальт, я пытаюсь встать, но уже слишком поздно, рвота прорывается сквозь меня, и я вываливаю свои кишки на обочину, всхлипывая между каждым болезненным рыданием.

— О, Ангел, — сочувственно вздыхает Ронан, подходя ко мне и помогая встать, одновременно откидывая мои волосы назад. — Детка, с тобой все в порядке.

Я держусь за его руку, чтобы поддержать, пока продолжаю выть. Как у меня хватает сил на то, чтобы вырвать, я не знаю.

— Вы в порядке? — окликает мужской голос, и я застываю, пытаясь закончить отхаркивание. Я сплевываю в последний раз, прежде чем повернуть голову. Это другой человек. Еще один нормальный человек с автомобилем. Я поднимаю глаза и вижу стройного мужчину перед его внедорожником. Он не так накачен, как Ронан, но все равно очень хорошо сложен под своей... о боже, это военная форма. Я снова смотрю на Ронана, который отказывается смотреть на меня. Его глаза смотрят прямо вперед, а острая челюсть отвисает. Он знает. Он знает, что я могу бежать, и он ничего не сможет сделать, чтобы остановить меня.

Мужчина подходит ближе, и я встаю прямо, заставляя руку Ронана опуститься на бок. Он даже не попытается остановить меня? Это что, испытание? Как такое может быть? Ронан не может убить этого человека, если он военный. Он не какой-нибудь безымянный лесник, живущий за счет земли. У этого человека есть места, куда он должен докладывать, и, если он этого не сделает, его будут искать. Я делаю шаг к мужчине и чувствую, как у меня сжимается сердце.

— Вы в порядке, мисс? — осторожно спрашивает он, оглядывая меня с ног до головы. Должно быть, я представляю собой зрелище с поцарапанным лицом, всклокоченными волосами, отсутствием обуви и штанов.

— Утренняя тошнота, — слабо отвечаю я и чувствую на себе пристальный взгляд Ронана. — Клянусь, днем хуже, чем утром. — Я улыбаюсь, обхватывая руками живот. Мужчина расслабляется, и на его губах появляется легкая улыбка.

— О, я знаю об этом, моя жена сейчас беременна третьим ребенком. Эти красные и белые мятные конфеты помогают ей, когда она находится в машине и ей становится плохо. У меня есть несколько конфет в бардачке, если хотите.

Он начинает идти к своей машине, и я делаю шаг, ожидая, что Ронан остановит меня, но он этого не делает. Я делаю еще один, и еще, пока не оказываюсь у машины мужчины, вне пределов слышимости от моего похитителя. Мужчина возвращается из машины с небольшой горстью мятных конфет в большой руке.

— Вы уверены, что с вами все в порядке? — шепчет он, с улыбкой протягивая мне мятные конфеты. — Зажми нос, и я смогу тебя защитить. Обещаю.

Мое сердце сжимается, а пульс учащается. Он может спасти меня, и все это может стать ужасным воспоминанием. Но я не могу уйти от Ронана... Не знаю почему, но оставить его сейчас, вот так, кажется предательством. Это бессмысленно, я ничего не должна этому придурку, я даже не могу сказать, что он спас меня, потому что, если бы он не забрал меня в первую очередь, я бы не оказалась в такой ситуации! И все же...

— О! — облегченно смеюсь я. — Из-за моего лица? Я пошла в поход, споткнулась и ударилась лицом о дерево, а потом упала в ручей! Мне так плохо, потому что мой бедный муж весь день получал по этому поводу грязные взгляды. Я сказала ему, что мы можем прервать нашу поездку, так как я, похоже, не прочь все испортить, но он твердо решил устроить мне последний отпуск. — Я дружелюбно улыбаюсь ему, стараясь не зажать нос. — Спасибо за мятные конфеты. Это наш первый раз, и я не знаю, что делаю. — Мужчина смотрит на меня еще мгновение, затем кивает и садится в машину.

— Позаботьтесь о себе, — говорит он, и я отхожу в сторону, когда он выезжает на дорогу. Как только он скрывается из виду, моя улыбка исчезает, и я направляюсь к Ронану. Его глаза расширены, а челюсть слегка отвисла, как будто он в шоке от того, что я стою здесь.

— Что? — спрашиваю я, засовывая в рот мятную конфету. Прежде чем я успеваю закрыть губы, Ронан засовывает пальцы мне в рот и вырывает мятную конфету, вытаскивая при этом как кляп. Он забирает конфету и бросает ее на землю, после чего его рука мягко обхватывает мое горло и перемещает меня так, что я оказываюсь спиной к его машине.

— Ты не берешь конфеты у незнакомцев, Ангел. — Я закатываю глаза, что, похоже, раздражает его еще больше. — Ладно, хорошо, но ты ничего не берешь у другого мужчины. Достаточно того, что ты подошла туда в одной лишь моей толстовке.

— И чья это вина? — Я огрызаюсь, заставляя его наклониться, и его губы оказываются в двух сантиметрах от моих.

— Следующий ублюдок, который предложит тебе руку помощи, потеряет ее. А теперь садись в эту гребаную машину, — прорычал он. Однако его глаза выдают его. Он выглядит нервным, растерянным, но в то же время облегченным. Его челюсть не так напряжена, а глаза не такие темные. Но почему? Почему он нервничает?

Я заношу ногу в машину, когда он отпускает мою шею, чтобы позволить мне занять свое место. Он закрывает мою дверь и идет к водительскому сиденью, садится в машину, а затем переводит ее в режим движения и снова едет по дороге.

— Ты не ушла. — Его голос мягкий и почти робкий. Это нервирует.

— Ты выиграл игру, — тихо отвечаю я, глядя на свою руку: пятно крови исчезло, но я как будто все еще чувствую его. Ногтем я царапаю пятно, пытаясь заставить его исчезнуть.

— Не морочь мне голову, — огрызается он, выруливая на парковку отеля. Я в шоке: на самом деле это более симпатичный отель, чем тот, в который он собирался нас отвезти. Не знаю почему, но в моем будущем я видела номер с почасовой оплатой.

— Ронан, я не могу пойти туда в таком виде, — говорю я, жестикулируя. Ронан смотрит на меня и пожимает плечами.

— Тогда оставайся в машине, а