Умри тихо, мой ангел - Андреас Гётц

Я на складе спортивных снарядов. Натали.

Возможно, потом я пожалею об этом, подумал он, собрал свои вещи и отправился в сторону спортивного зала.

Натали ожидала его в полумраке зала, сидя на стопке резиновых матов. Казалось, она обрадовалась, что он пришел. По меньшей мере, то, что промелькнуло на ее лице, можно было с некоторой натяжкой назвать улыбкой.

— По-видимому, ты охотно рассылаешь подобные записки, — язвительно заметил Саша.

Она пожала плечами. Было неясно, поняла ли она намек на Андроша?

— Ну и? Чего ты хочешь? — намеренно грубо спросил он.

— Ничего определенного. Только чтобы ты побыл со мной. Иди сюда, присядь рядом.

Все выглядело так, словно Халк-Натали снова превратилась в Брюс-Беннер-Натали. Тем не менее он медлил.

— Мне действительно жаль, что я ударила тебя.

Она опустила глаза и уставилась на свои руки, лежавшие на коленях и нервно теребившие бумажный носовой платок.

— Ну, хорошо.

Он вскарабкался к ней на стопку гимнастических матов.

— Да нет, ничего хорошего. Ты единственный приятный человек во всей школе. А теперь из-за меня они будут распускать всякие сплетни про тебя.

— Мне без разницы, что болтают обо мне другие.

— Не пори чушь. Если все плохо отзываются о ком-то, это любого доконает. Ты не должен был вмешиваться.

— Но я подумал, что ты прикончишь ее. Видела бы ты себя со стороны. Ты полностью потеряла контроль над собой. Как Лара Крофт во время неудачной вылазки.

Но на его попытку пошутить не последовало никакой реакции.

— Кто-то же должен был защитить тебя от самой себя.

Она посмотрела на него. В полумраке склада спортивных снарядов ее глаза казались еще темнее, а ее губы были почти черными.

— И почему же именно ты решил защитить меня?

— Понятия не имею.

Саша почувствовал, что покраснел, и надеялся лишь на то, что при таком плохом освещении она этого не заметила.

— Значит, ты у нас по своей натуре заступник, да? — сказала она. — Я нахожу это просто замечательным. Ведь все остальные думают только о себе. Это невозможно выносить. — Она кивнула на его сэндвич. — Можно мне откусить?

— Конечно. — Саша протянул ей свой сэндвич.

Она взяла сэндвич и посмотрела, что представляла собой начинка. Салями и сыр, по-видимому, ее вполне устроили. Откусив кусочек, она вернула ему сэндвич, и он тоже откусил от него. Откусывая кусочек за кусочком, они разделили сэндвич между собой, а затем поделили таким же образом и яблочный сок. Все это они проделали, даже не обменявшись друг с другом ни словом.

Когда ничего съестного больше не осталось, Натали склонила голову на Сашино плечо, а свою руку вложила в его руку. Ошибался ли он или это было началом чего-то серьезного между ними?

— Как ты думаешь, когда-нибудь нам все-таки удастся вместе сходить в кино? — спросил он после несколько затянувшегося молчания.

— Конечно, почему нет?

В этот момент такую уютную тишину разорвал пронзительный школьный звонок, возвестивший об окончании большой перемены.

— Давай посидим еще немного, — попросила Натали.

«Сколько тебе будет угодно», — мысленно ответил Саша.

Когда Саша подошел к кинотеатру, Натали уже была там. Через широкое стекло входа в кинотеатр он увидел, что она стоит в фойе у колонны и самозабвенно грызет ноготь большого пальца правой руки. Она его заметила только тогда, когда он почти вплотную подошел к ней.

— Я уже купила билеты, — сказала она после краткого приветствия. — Ты купишь нам попкорн и колу? Мне надо еще кое-куда забежать на минутку.

В то время, когда Натали в своих тяжелых ботинках вышагивала в сторону туалета, Саша встал в очередь перед буфетной стойкой. Через некоторое время он обратил внимание на парнишку в ядовито-зеленой бейсболке, который заглядывал в фойе через широкое окно с улицы. Он стоял на том самом месте, на котором он сам стоял менее десяти минут тому назад. Прежде чем Саша успел рассмотреть его лицо, парнишка отвернулся. Саша не знал, почему, но ему показалось, что этот парнишка наблюдал за ним. Словно ему было что-то от него нужно.

— Что желаете? — спросила в этот момент девушка, стоявшая за стойкой.

Саша купил две огромные порции попкорна и колы. После этого он бросил еще один взгляд на окно. Но парнишки в зеленой бейсболке там уже не было.

— Эй, я здесь! — Чей-то палец коснулся его плеча.

Он резко обернулся. Это была Натали.

По-видимому, в туалетной комнате она подкрасила губы. Они выделялись на ее бледном лице, словно спелые вишни.

— Пойдем в зал? — спросила она.

Их места оказались в предпоследнем ряду. Натали поставила свой попкорн на подлокотник кресла между ними, а оба пластиковых стакана с колой в специальные держатели кресел. Она взяла целую пригоршню попкорна, положила немного себе в рот и опустилась в свое кресло.

— Что касается меня, то уже можно начинать, — сказала она с полным ртом.

Но вскоре она резко перестала жевать и как зачарованная уставилась на что-то в зрительном зале.

— Что с тобой? — спросил Саша, но она его не слышала.

Тогда он посмотрел в ту же сторону, куда смотрела Натали. На одном из передних рядов он заметил парнишку в ядовито-зеленой бейсболке. Был ли это ее знакомый?

— Кто это такой? — спросил он Натали, но она опять не слышала его. Он толкнул ее в бок. — Эй, Земля вызывает Натали! Пожалуйста, вернитесь!

Она вздрогнула и передернула плечами, словно сбрасывая с них какую-то тяжесть.

— Что?

— Тип в зеленой бейсболке, на которого ты так уставилась, — кто это?

— Я не на кого не уставилась. Просто задумалась.

Потом свет погас, и сеанс начался.

По-видимому, пока шел фильм, прошел дождь, так как в свете фонарей улица влажно блестела. Когда Саша и Натали вышли из зала, дождя уже не было, однако им в лицо дул прохладный ветер. Саша поднял воротник своей куртки.

— Тебе действительно надо быть дома уже в десять? — спросил он.

— Обязательно. Иначе у моей матери будет сердечный приступ.

Саша молчал. Его разочаровал не только фильм. Но и между ним и Натали тоже ничего не завязалось. Он надеялся, что она снова прижмется к нему, как тогда в спортзале. Но у него сложилось впечатление, что она скорее избегала его. О’кей, утешал он себя, ведь это наш первый совместный вечер. Который, между прочим, еще далеко не закончился.

— Тогда, по крайней мере, я провожу тебя до дома.

— Разве тебе не нужно в другую сторону?

— Нет