Королева Лета, умри - Любовь Минеева

Зеленоглазая красавица явно заволновалась. Она отвела взгляд, уже не сверкавший так решительно, и принялась поправлять идеально уложенные волосы.

– Слушаю внимательно.

– С чего бы начать… С женатого любовника Япрынцевой, возможно? Не стал расспрашивать об этом у ее подруги, чтобы не травмировать нежную психику ребенка. Или они у вас не такие уж и нежные? Не такие уж и «ребенки»?

Марина окончательно сдулась и со стоном опустила лицо в ладони. Булат не собирался давать ей время на сочинительство.

– Знали вы об этом или нет? Вы же понимаете, что я все равно скоро это выясню.

Она подняла голову, и Акманов увидел смятение, мелькнувшее в ее глазах.

– Точно я не знаю. Но слухи ходили, да. Таня была… своеобразной девочкой. Эта роль Королевы лета совсем свела ее с ума. Она просто помешалась на том, чтобы никто не смог занять ее место! И ради этой… должности была готова на многое. Бедняжка…

– Кто принимает решение о том, кому достанется роль Королевы?

Глаз Марина Игнатьевна больше не поднимала, предпочитая рассматривать край стола.

– Бероев, наш главный местный меценат. Он спонсирует поселковые праздники, поддерживает школу, СПК, культурные мероприятия клуба…

– Он единолично?

– Ну разумеется, играет роль и согласие директрисы, родителей участников фестиваля. Мнение главы сельсовета… Ну и председателя СПК, само собой.

– Кто председатель?

Марина посмотрела на него и с вызовом ответила:

– Мой муж.

– Понятно. Вы, значит, проводили что-то вроде анонимного письменного опроса?

Учительница явно обрадовалась смене темы и оживилась, поудобнее устраиваясь на стуле.

– Да, мне показалось, это хорошая идея. Прочитала на одном педагогическом форуме. Дети могли без опаски рассказать все, что их волнует…

– Почему же записки не отнесли биишевским следователям, которые вели дело Япрынцевой?

– Я не нашла там ничего интересного.

– Хотелось бы взглянуть.

– Разумеется.

– Марина Игнатьевна, я вижу, что вы очень умная женщина с неординарным мышлением. Так что мне хотелось бы узнать ваше мнение еще по одному поводу.

– Да?

– Красовская Мария Петровна. Может ли она иметь какое-то отношение к этим убийствам?

По той волне чувств – от ужаса до паники, – что за пару секунд промелькнули на лице Марины, Акманов понял, что попал не в бровь, а в глаз.

– Мария. Петровна? Вы о бабке, которая на низах живет? Я хочу сказать, в том конце, на спуске к реке… Ну что вы, она совсем старенькая. Из дома носа не кажет. С чего вы это взяли?

– Тело Бондаревой нашли в ее огороде.

Марина вздохнула с облегчением и улыбнулась.

– Ерунда. Она и мухи не обидит.

Что ж, может, и так. Но мухи Акманова интересовали меньше всего.

Глава 14

Ленька пробирался к мотелю словно диверсант – к линии фронта.

Чтоб наверняка никого не встретить, он шел не привычной дорогой, а глухим переулком, заросшим высокой травой и кустами сирени. Выбравшись на окраину поселка, он пошел вдоль трассы на север, подходя, таким образом, к мотелю с другой стороны. Офис, кафе и перекресток с остановкой – все осталось вне его маршрута.

В сумерках шагая вдоль ряда дверей с золотистыми номерками, он старался как можно тише шуршать гравием. Будет глупо попасться, когда он почти достиг цели. Вот и десятый. Поозиравшись, как герой в шпионских фильмах, он коротко постучал. Потом еще раз.

Дверь широко распахнулась, следователь Акманов радостно улыбнулся:

– А, царь Леонид пожаловал! Проходи, гость дорогой!

Леня поморщился от его громогласности и быстро шмыгнул внутрь. Разве им не нужно соблюдать осторожность?

Леня еще ни разу не бывал внутри мотельных номеров. Довольно уютно, хоть и тесновато. Одноместная кровать, телевизор на высоком комоде. Слева от двери, у окна – столик и два кресла, в дальнем углу – небольшой шкаф рядом с дверью в туалетную комнату. Акманов между тем подобрал полотенце с одного из кресел и жестом предложил присесть.

– Чаю хочешь? Или, может, сок? У меня и лед есть. Тяжелый денек выдался, еще и жара.

– Спасибо, не нужно.

– Ну тогда к делу. Так что за история с пропажей Майи Дьячковой?

– Расскажите сперва, откуда вы узнали, что это мои листовки?

– Так ты сам написал моей племяннице, Алинке, что Майя, девушка твоя, пропала. Она сразу мне звонить, я пробил – никаких заявлений. А потом увидел эти листовки и понял, что тут что-то не сходится. Почему от родственников нет запроса?

Ленька рассказал все как на духу. И про их сговор, и про появление Майи на вокзале, и про то, что она пыталась снять тут номер, и что он нигде не может ее найти, даже у бабки она не появлялась. Умолчал только о странных словах старухи насчет Плачущей Эльзы. Он говорил и чувствовал, как тает груз на его душе, наконец-то он знал, что делает все правильно, делает хоть что-то, что может помочь. Он уже не сомневался, что Майя встряла в какую-то большую беду, и никакие доводы Камилы на него больше не действовали.

Выслушав, следак наморщил лоб.

– Поиски без официального заявления от родственников не начать. Но думаю, я выбью из них заяву. Не переживай, найдем мы твою Майю. Раз она решила сбежать из дома, то, скорее всего, так и сделала.

– Да не побежала бы она без меня! – вспылил Ленька. Его уже бесило, что все пытаются его успокоить, хотя, наоборот, надо бы пошевеливаться.

– Разберемся. Расскажи-ка мне теперь про расследование, что вы тут затеяли с этой пигалицей с растрепанным хвостом.

Вика с размазанной подводкой и сползшей набок копной волос так и встала перед Ленькиными глазами, и сердце грустно заныло.

– Да мы решили, что эти дела связаны. Убийство Тани и то, что Майя пропала. Это ведь странное совпадение – обеих в один день не стало.

– Понимаю. Я такие совпадения тоже не люблю. Ну и чем занимались? Что выяснили?

– Листовки вот расклеивали. Бабку Майкину искали. А, нашли еще какое-то странное место в лесу на той стороне реки. Но вряд ли это связано, ерунда какая-то.

– Что за место?

– Да там поляна была, с венками на деревьях. Может, кто какой ритуал женской силы проводил, не знаю. Сейчас же это модно. Ретриты там всякие, «будь в потоке» и так далее. Там еще знак был на березе вырезан.

– Нарисуй.

Булат двинул ему раскрытую записную книжку. Ленька нарисовал круг, перечеркнул его крест-накрест наверху и внизу, чтобы перекладины образовали ромб в центре круга, и показал Акманову. Тот кивнул.

– Видали такой?

– Чир Лады[10]. Видел.

– Что он означает?

Булат