Королева Лета, умри - Любовь Минеева

– Была, была. Вот, в воскресенье…

– Вчера, что ли?

– Погоди ты. Сегодня что у нас? Вторник? А, ну тогда, может, в среду? Дня три назад.

Леня не стал говорить, что три дня назад была пятница, а не среда. Похоже, в днях баба Луиза заблудилась окончательно и бесповоротно. На его памяти Майя навещала бабушку чуть ли не в прошлом месяце. Могла ли старуха так сильно путаться во времени?

– Одна она была? Что говорила?

– Да прям, одна. Они ее разве пустят! С этой! Шалавой!

Асие Рауловне можно было придумать разные обзывательства, но шалава? Смиреннее женщины он в Юмаково не встречал. Может, она про Камилу?

– Все шастает тут, мечтает о моих деньгах! Не получат!

Бабка вскочила, зацепила Леньку острыми пальцами и усадила рядом с собой.

– Слушай, у меня денег – полные сундуки! Вон тот сундук видишь? Полный, до краев. Они за сундуком и охотятся. Хотят меня убить! Приносит свои кульки да тарелочки, тоже мне святоша! А я все в фикус выливаю. Через месяц засох!

В комнате не было никаких сундуков. С грустью слушая старуху, Ленька понял, что она основательно, совершенно очевидно съехала с катушек.

– …всё Майке, всё! До копеечки! А эта шалава со своим шайтаном пусть издохнет, как собака, под забором! Пусть издохнет!

– Ты что тут делаешь?

Строгий голос, прозвучавший откуда-то сверху, заставил вздрогнуть их обоих. В проеме стояла полноватая женщина лет сорока в деловом костюме – довольно измятом.

– Ты кто такой? А вы, баб Луиза, чего дверь не закрываете?

– Я друг ее внучки…

– Нет у нее никаких внучек, иди отсюда, а то щас милицию вызову.

– Майкин жених! – гордо представила старуха.

– А, этой внучки. Ну так скажи ей, пусть хоть навещает бабушку-то! А то она, бедняжка, только о ней и говорит.

Не прекращая болтовню, бойкая тетечка подхватила Леню под локоть и красноречиво повернула в сторону выхода.

– Я – соцработник, Ирина Ивановна. Приставлена к вашей бабушке, приглядываю за ней. Совсем плоха. Все путает, деменция это, старческая. Ей бы постоянную сиделку. Ты поговори с родными. Если надо, мы подскажем, подберем человечка.

Искать сиделку для бабки Луизы – последнее, чем он собирался заниматься. У нее есть целое семейство родственников, если что. Натягивая кроссовки, Ленька снова почувствовал эту тяжесть – безысходность, тупик. Зря только три сотни отдал той соседке. Ну, сделал все, что мог.

Соцработница гремела посудой на кухне, и старуха, словно бы тайком, скользнула в прихожую и снова вцепилась в него.

– Ты Майку-то мою найди.

– Постараюсь.

– Я-то не доживу уже, верно. Так что ты скажи ей правду.

– Какую?

Ленька готов был подыграть чему угодно, лишь бы старуха отстала и дала ему уже выйти из этой палаты психбольницы.

– А я ее на могиле написала. Всю правду. Найдешь могилу-то?

– Какую могилу?

Старуха наклонилась, и на секунду Ленька вновь заглянул в ее глаза. Абсолютно холодные, хитрые – ни искры безумия. И она прошептала ему на ухо:

– Плачущей Эльзы.

* * *

Вернувшись домой, Ленька получил суровый втык от матери.

Пришлось пропустить ближайшую «газельку» на Кумерташ, так как все билеты были раскуплены, и сорок минут торчать на вокзале. Телефон сел, и он ко всему прочему остался без связи. Пытался привести мысли в порядок, думая о бабке Луизе, Плачущей Эльзе и всем том, что она сказала. Где найти истоки этой легенды? Покопаться в интернете, а может, в школьном архиве? Но как он туда попадет? Обшарить все кладбище в поиске могилы некой Эльзы? Вика бы сейчас точно что-то придумала, но Вики не было рядом.

Он понял, что ему сейчас влетит, едва переступив порог. Мать, ясное дело, увидела его из окна, и по тому, как яростно звенела посуда, было ясно, что она злится. Заглянув в кухню, он тихо поздоровался. Мать – маленькая, кругленькая, похожая сейчас на разъяренного дракончика – мыла посуду.

– Явился?

Она зыркнула на него и снова загромыхала тарелками.

– Совсем от рук отбился, все шляется где-то, нет чтоб матери помочь… Огород зарос – жопой не влезешь, на картошке палец о палец не ударил, бардак развел по всему дому!

Ленька покорно присел за стол, ожидая, пока она выпустит пар. Мать ругалась очень редко: особо повода не было – учился он прилежно, ночами по деревне не шарахался, пьяным ни разу пойман не был. Вся мужская работа типа колки дров для бани и чистки снега лежала на нем, да и вообще он давно чувствовал себя настоящим мужчиной в доме, и мать неофициально это признавала, советуясь с ним по поводу крупных расходов или хозяйственных дел.

– Подработку бросил, дома тоже никакой помощи… Вот какого ляда поперся вчера к этой Сашке? Нашлась подружка! Да о ней вся деревня болтает, на дойке бабы о ней такое рассказывают – слушать стыдно!

– Не нашлась она?

– Нет!

Теперь понятно. Мать боится. Переживала за него, перенервничала – и теперь выплескивает накопленное.

– Связался с этой Бероевой… Тебе девочек мало? То Кабирова эта таскалась сюда! Хороша невестушка! Такой поганой родни врагу не пожелаю!

– Она не Кабирова!

– Да какая разница?

– Я думал, Майя тебе нравится…

– Индюк тоже думал, да в суп попал! Вот с Сашкой случилось что-то, а ты и рядом был! Хочешь, чтоб тебя козлом отпущения сделали? Я не богатей Бероев, откупиться не смогу!

– С чего ты взяла, что с Сашкой что-то случилось?

– Весь день ее ищут. Телефон на месте, все вещи на месте, а ее – нету.

В этот момент Ленька похолодел. На Сашку это совсем не походило. Несмотря на все свое отвязное поведение (бо́льшая часть которого – сплошное показушничество!), Сашка никогда не сбегала из дома, не пропадала ни у каких подруг, да и вообще… Снова пропавшая девушка. Как и Майя.

Он поднялся из-за стола.

– Схожу к ним, может, помощь нужна с поиском.

– Сиди уже, сыщик! Без тебя разберутся.

Помедлив, Ленька покорно сел. Конечно, он мог настоять на своем, но ругаться с матерью хотелось сейчас меньше всего.

– Слушай, мам. Ты знаешь о Плачущей Эльзе?

Мать, не поворачиваясь от мойки, бросила через плечо:

– Как будто и сам не знаешь. Этой Эльзой меня еще твой отец пугал. Старая сказка.

– Она правда тут жила?

– Понятия не имею. Я же не местная. Как твой отец меня из Мустафино забрал к себе, так и узнала про эту страшилку.

– А кто тут дольше всех живет? Бабка Красовская?

– А тебе зачем?

– Да так… Девочке одной с проектом по