Я убиваю убийц - С. Т. Эшман

— Ну так вот, — сказала Хизер. — Ларсен закрыл дело.

Если бы она ударила Лиама в лицо, это произвело бы меньший эффект.

— Что значит — закрыл? Ты хочешь сказать, он передал его Ковбою? — голос Лиама стал напряжённым, натянутым до предела.

— Нет. Закрыл, — ответил Мартин. — Отпечатки на орудии убийства совпали с отпечатками одного дилера из мексиканского картеля.

— Что? — Лиам резко откинул голову, как от пощёчины.

— Дико, да? Дело само по себе решилось, — сказала Хизер.

Всё это звучало слишком… просто. Подозрительно просто. Всё как будто не клеилось, а потом — бац — и к каждой тупиковой развилке вдруг находилось какое-то лёгкое, гладкое объяснение?

— Кто его держит под арестом? — настаивал Лиам.

Если бы этот тип хотя бы заговорил, можно было бы вытащить из него что-то важное.

— Его держит Ад, — бросил Тони. — Парня вымыло на Карсон-Бич. Какой-то пацан тыкал его синее, разбухшее лицо палкой, пока не подбежала мама с криками и не поняла, что это труп.

Хизер покачала головой:

— Дети нынче — сплошь бездушные монстры.

— Моему племяннику пятнадцать, и он заставил меня смотреть с ним «Пилу». Я был в ужасе весь фильм, но не мог оторваться, — пробормотал Мартин, уставившись поверх монитора, словно снова переживал ту травму.

Лиам резко развернулся и пошёл прочь.

— Не делай этого! — крикнул ему вслед Тони, но Лиаму было всё равно. Что-то здесь было не так. Всё, над чем он работал, всегда заканчивалось катастрофой, но ни одно дело ещё не закрывалось вот так — тихо, под ковёр.

Дверь в кабинет Ларсена была приоткрыта. Когда Лиам вошёл и закрыл её за собой, Ларсен тяжело вздохнул. Он выглядел вымотанным, обессиленным, как и все с момента дела Харриса. Но сегодня — как будто после ночной пьянки: та же одежда, что и вчера, мутный взгляд.

— Пожалуйста, не…

— Ты закрыл дело? — перебил его Лиам. — Просто вот так? А как же возможные жертвы, которых мы всё ещё не нашли? С каких пор мы стали работать спустя рукава, Ларсен? Потому что, видимо, мне никто не сообщил.

Ларсен снял очки, потер покрасневшие глаза и, нахмурившись, повернулся к Лиаму:

— Давай я скажу это языком для ясельной группы, чтобы эта перепалка закончилась так же быстро, как сегодня у меня иссякает терпение. МакКорт позвонил мне и сказал, что Организованная Преступность нашла совпадение по отпечаткам. Убийца Похитителя из колледжа. «Закрой дело», — сказал он. Конец истории.

Он снова надел очки и сосредоточился на папке перед собой. Лиам подождал, надеясь, что тот скажет что-то ещё. Но Ларсен молчал.

— Конец истории? — повторил Лиам, раздражённо.

— Конец истории, — устало подтвердил Ларсен.

— А девушки из колледжа, исчезнувшие на территории, где охотился Похититель, — для них тоже конец истории?

Ларсен нахмурился:

— Ага. Конец истории, — снова повторил он.

— Я снова навещал Лию Нахтнебель, помнишь? Ту, что была в том же туалете в то же самое время, когда исчезла наша Дама в красном. Жертва наркопреступления. В ту же ночь, что и Луко Домицио был там.

— И? — впервые в глазах Ларсена вспыхнул интерес.

— Она лжёт. Я это знаю. Между ними что-то есть. А может, между всеми тремя, если женщина в красном всё ещё жива. Тебе не хочется докопаться до сути? Если МакКорту всё равно, возможно, генеральному прокурору штата не всё равно. Я знаю, что он с ума сходит по этому делу. Он хочет справедливости для этих семей. И рассчитывает, что мы её обеспечим.

Ларсен тяжело вздохнул:

— Ладно. Тогда выкладывай, что у тебя есть.

Лиам замялся. Манера, с которой это было сказано, напоминала ловушку.

— Ты настаиваешь, что здесь что-то не так — так дай мне хоть что-то. Что угодно.

Лиам прикусил нижнюю губу, взгляд опустился к полу.

У него ничего не было… пока что.

Ларсен кивнул:

— Значит, ты хочешь, чтобы я обратился к прокурору штата, чтобы он оспорил решение заместителя директора ФБР, чтобы мы пошли против женщины, играющей на фортепиано для президента, и против мужчины, у которого пол-Вашингтона в кармане — и всё это на основании чуйки у тебя в животе?

Повисла тишина.

Ларсен снова сделал это — так извернул ситуацию, что Лиам выглядел безумцем.

Ларсен начал постукивать пальцами по столу.

— Хочешь, я скажу тебе, что ответит прокурор штата? Он скажет мне, при всём уважении, выпей, блядь, слабительное от своей чуйки и иди нахуй дальше!

Последние слова он буквально выкрикнул.

— Значит, — осторожно сказал Лиам, смягчив голос, — мы просто игнорируем правду и оставляем других жертв Харриса гнить в земле? Позволим их семьям провести всю оставшуюся жизнь в мучительном незнании? Мне каждый день звонит мать одной из пропавших девушек из того же колледжа, где похитили Саманту Хэйден, — плачет в трубку, умоляет найти дочь. А отец одной из них прямо сейчас стоит перед этим зданием. Что мне им сказать, Ларсен? «Простите, ребята, дело закрыто»?

— Я ненавижу это так же, как и ты, — процедил Ларсен, рывком открывая ящик стола и с грохотом бросая на него толстую папку. — Но вот тебе реальность, Рихтер. Это всего лишь Бостон.

Лиаму не нужно было спрашивать, что в папке. Каждый агент знал эти зловещие чёрные папки, полные фотографий пропавших людей — глаза на снимках смотрели в душу, обвиняя в том, что ты их бросил. Залезть в одно из таких дел — это шаг в бездну. В городе пропадали тысячи людей. Без зацепок. Без надежды.

— У нас нет столько рук, чтобы спасти всех, — сказал Ларсен. — Так что, пожалуйста, послушай меня хоть раз в жизни. Не лезь на рожон с МакКортом. Не понравится тебе то, что потом ветер принесёт. Возьми пару выходных. Остынь. Я не могу позволить себе потерять одного из лучших.

Воздух в комнате стал вязким, душным. Повисла тяжёлая тишина.

Поражение.

Кислый привкус разочарования жёг язык, как кислота.

Ларсен был прав. Сейчас ничего нельзя было сделать. Вся пищевая цепочка только что хлопнула Лиаму по щеке. Дарвинов закон постучался в дверь. Всю славу снова сняли крупные рыбы.

Лиам повернулся и открыл дверь.

— Рихтер, подожди! — крикнул Ларсен ему вслед.

Но на сегодня с Лиама хватило. Он пахал с утра до вечера, включая выходные, с тех самых пор, как всплыло дело Харриса. А сегодня весь день возил больную дочь по городу, чтобы сдать тест на ковид — в то время как в городе закончились все тесты.

Довольно. Он послушает Ларсена. Возьмёт несколько дней перерыва. А потом вернётся — другим человеком.