Final Kill - С. Т. Эшман

Сожаление, направленное на меня.

Я не нажимала на курок ни в агента Тони Руссо, ни в Тео Маккорта, но, втянув Рихтера в свой тёмный мир, потребовала от него большего, чем он мог вынести.

А может, это я не могла вынести, глядя, как он это несёт.

Ян Новак лишил меня единственного, что было мне по-настоящему дорого, — и я поняла это слишком поздно. Это был Лиам Рихтер.

Холодный узел стянул желудок, когда эта истина ударила меня, как таран.

Возврата не было. Для меня — никакого спасения.

Может быть, два зла и могли бы сложиться в «правильно». Но кто решает, что такое это правильно?

Пока Лиам лихорадочно говорил по телефону, приказывая искать Тео Маккорта во всех больницах Бостона — нет, всего Массачусетса, — в памяти вспыхнуло лицо матери.

Вспомнилось детство. Длинные, острые ногти матери впиваются мне в маленькие плечи. Я всего лишь ребёнок, промокшая до нитки, и случайно нанесла грязь на ковёр.

«Если возишься в дерьме — испачкаешься, дура, — заорала мать, прежде чем дать пощёчину. — Тогда я думала, что речь о грязи. Но теперь, как бы грубо и просто это ни звучало, я наконец поняла.

Как я могла отрицать такую простую истину?

Как ни старайся, возишься в дерьме — испачкаешься.

Роуз уже ушла, вся в звонках по больницам. Ни секунды она не потратила на меня.

Лиам медлил, с телефоном в руке, будто хотел что-то сказать, но не мог. Мы стояли, запертые в тишине, которая тянулась вечность.

Я сделала неуверенный шаг к нему:

— Лиам…

— Не смей! — его ладонь шлёпнулась по столешнице. Звук рассёк напряжение, как кнут.

Тишина вернулась — ещё тяжелее. Это было мучение.

Та девочка из психблока наконец нашла то, что искала всю жизнь, — только чтобы уничтожить это.

Уничтожить его.

— Клянусь, — голос Лиама дрогнул, — если Новак причинил… — Он оборвался, едва сдерживая ярость. Сделав выдох, попытался снова: — Убить невиновного, такого, как Тео, — против всего, за что мы боролись, Лия. Ты разве не видишь?

— Вижу, — быстро ответила я.

Его взгляд потемнел:

— Надеюсь. Потому что клянусь всем, что мне дорого, я не буду стоять и смотреть, как Новак ради своей извращённой «лучшей» картины мира режет невинных. Если Тео пострадает, я убью Яна Новака. И когда я посмотрю в его мёртвые глаза, это не будет отличаться от любого другого серийного убийцы, которого мы валили. Потому что в конце концов, Лия, он именно это и есть — хладнокровный убийца, прячущий изломанный мозг под лоском, как яд, завернутый в шёлк.

Боль в его глазах не оставляла сомнений — это был не просто предупреждающий сигнал. Это было обещание.

Я больше не смогла выдерживать его взгляд. Опустила глаза в пол. Вес его разочарования был слишком тяжёл.

— В следующий раз, когда увидишь его, передай, что я иду за ним, — прорычал Лиам.

Не сказав больше ни слова, он резко развернулся и вылетел за дверь.

Я стояла, прикованная к месту, грудь сводило от такой острой боли, что едва перехватывало дыхание.

Я сделала всё это. Сыграла в Бога и заплатила цену как человек. И теперь оставалось одно решение. Два зла должны были ещё раз сложиться в одно «правильно». Всего один раз.

Потребуется план. Потребуется всё, что у меня есть. Но марионетка должна стать кукловодом.

Я обязана это Рихтеру.

Обязана миру.

И обязана себе.

Глава тридцать девятая

Лиам

Я вдавил газ внедорожника ФБР в пол, сирена выла, пока я мчался по городским улицам. Лия, возможно, была права, но мне нужно было увидеть самому. Искра надежды не давала остановиться. Может, Тео просто спит, телефон выключен.

GPS вёл меня по извилистым дорогам Ньютона. С каждым поворотом напряжение росло. Я подъехал к скромному кондоминиуму. Внедорожник со скрипом встал.

Я взлетел по дорожке и так забарабанил в дверь, что мелкая коробка задрожала.

— Тео!

Ничего. Ни звука, ни движения.

Не думая, я ударил плечом в дверь, затем обрушил град ударов ногой. Адреналин перебил разум.

— Тео! — крикнул я; голос отдавался по тихой улице, в соседних домах зажигался свет.

Мне было наплевать.

— Тео! — снова заорал я. С каждым ударом щепки летели во все стороны, дверная коробка начинала сдавать. Последний толчок — дверь треснула и ударилась о стену. Деревянная труха рассыпалась по полу.

Я ворвался внутрь — накрыла удушливая тишина. Темно, тихо, безупречно. Слишком идеально, слишком по-домашнему. Типичный Тео — всё у него всегда чересчур. Агент ФБР до мозга костей.

— Это я! — крикнул я, входя в гостиную. — Это Лиам!

Я проверил кухню, потом коридор, быстро заглянул в две маленькие спальни.

Пусто.

Его не было.

Раздражение вышло из меня, уступив место скачущему страху. Я отпрянул, ударился спиной о стену коридора, ноги подкосились, и я сполз на пол. Прижав ладони к голове, я пытался выровнять дыхание.

— Чёрт побери, Тео, — прохрипел я.

Это на моей совести.

Чем я думал? Играть в бога, решать, кому жить и кому умереть, бросать вызов самому могущественному человеку в стране.

Волна самоненависти накрыла меня, как штормовой прилив. И всё же даже сейчас я не мог заставить себя ненавидеть Лию. Несмотря ни на что, я всё ещё надеялся, что она не тот монстр, каким считает себя сама.

Это безумие? Я, наконец, пересёк черту?

Вой сирен выдернул меня из мыслей. Свет замелькал в щели двери.

— Полиция! Руки, где я их вижу! — крикнул кто-то.

Фонарь ослепил, луч полоснул по коридору, и я прищурился.

— ФБР! Агент Лиам Рихтер. Это жильё агента Тео Маккорта. Потянусь за жетоном, ладно?

— Рихтер, это ты? — знакомый голос отозвался из конца коридора. Другой луч нашёл моё лицо.

— Томпсон? — откликнулся я, пытаясь сопоставить голос.

— Ага, — ответил офицер Томпсон. Он включил свет, показав свою коренастую фигуру и редеющую линию волос. Рядом стояли ещё трое, опустив оружие. — Всё нормально, парни. Он из ФБР.

Я поднялся, отряхивая адреналин.

— Рад видеть, — мы быстро пожали друг другу руки; с Томпсоном у нас была общая история по делу об убийстве много лет назад. — Мы ищем агента Тео Маккорта, — объяснил я, и в голосе проступила спешка. — Карл Карр всё ещё на свободе. Поступил звонок, что его видели сегодня ночью в Бостоне.

Лицо Томпсона помрачнело:

— Я подниму всех, чтобы быть начеку на этого ублюдка.

Я кивнул и уже собирался спросить, не было ли ДТП с участием агента, как завибрировал телефон.