Умри тихо, мой ангел - Андреас Гётц

Саша пожал плечами. Что такого важного на ней могло быть? Еще больше фотографий? Видео? Возможно, такие, на которых девушки сняты во время переодевания или в душе. Что бы там ни было, у него не возникло ни малейшего желания это смотреть. Но с другой стороны, на этой флешке могло быть записано и нечто совсем другое. Что-то, указывающее на мотивы Тристана.

— Давай, по меньшей мере, глянем, что там такое, — решил он.

Марайке обнаружила под кучей бумаг на столе закрытый ноутбук и включила его.

Саша подошел к ней поближе.

— Это все так противно, — сказала она, содрогнувшись от отвращения.

От напряжения у Саши сдавило горло.

Они молча ждали, пока ноутбук загрузится. Потом Марайке протянула ему флешку.

— Хочешь сам?

Он покачал головой. Она вставила флешку в USB-порт, кликнула по значку «Съемный диск», открылось окно, в котором появились четыре папки. Каждая папка носила имя одной из мертвых девушек. Марайке кликнула по папке с именем Натали, папка открылась, появился список фото- и видеофайлов.

— Какой мне открыть?

— Понятия не имею. Любой.

Главное, чтобы она сделала это побыстрее и они, наконец, покончили с этим!

Медиаплеер включился автоматически, вскоре начался фильм. Саша затаил дыхание. Он не мог смотреть на монитор. Но и оторваться от экрана он тоже не мог…

Натали сидит на своей кровати и пьет что-то, похожее на колу. Она открывает глаза и смотрит на кого-то, потом в объектив видеокамеры, потом на что-то рядом с камерой. Она выглядит сбитой с толку. Кажется, что-то пошло не так, как она ожидала.

«Счастливого пути», — говорит приторно-нежный голос за кадром. Затем лицо Натали искажается, словно от сильной боли, она опрокидывается на бок, камера не выпускает ее из виду, безжалостно увеличивает ее лицо. Натали сипит, раздается истошный крик, она издает предсмертный хрип, теперь ее глаза широко открыты…

Только теперь Саша до конца осознал, что увидел: агонию Натали. Он вскрикнул и почувствовал, как сжался его желудок. Его ладони горели, но он никак не мог снять эти проклятые резиновые перчатки. В панике он бросился вон из комнаты. Ванная! Где здесь ванная? Слева? Кухня. Значит, справа. Он распахнул дверь, включил свет — верно, это была ванная. Он упал на колени перед унитазом, сделал рвотное движение. Но ничего не получилось, давление в его желудке спало, и тошнота отступила.

— Саша?

Марайке. Она стояла в двери и озабоченно смотрела на него.

— Я в порядке, — сдавленным голосом ответил он. — Мне лишь надо пару минут… побыть одному.

Она кивнула и ушла.

Он встал, снял перчатки, склонился над умывальником и подставил руки и пылающие щеки под струю ледяной воды.

Дерьмо, подумал он, что все это может означать?

Он снова выпрямился и вгляделся в лицо, смотревшее на него из зеркала. Оно было знакомым и в то же время каким-то чужим. Таким, словно с ним что-то произошло, словно оно изменилось, всего лишь на какую-то малость, но решающую.

Однажды он уже пережил похожий момент: после смерти своего отца.

Какой-то шум вывел его из задумчивости. Тяжелые шаркающие шаги на лестничной площадке. Они приближались.

— Выключи свет! — приглушенным голосом воскликнул он и ударил кулаком по выключателю. — Кто-то идет сюда!

Марайке тоже среагировала молниеносно, квартира погрузилась в темноту. Сашино сердце бешено колотилось в груди, внезапно его бросило в пот.

Шаги приблизились. Кто-то остановился перед дверью квартиры. Раздалось позвякивание связки ключей.

Тристан, подумал Саша. Что теперь?

Он услышал, как кто-то ковырялся ключом в дверном замке, дверную ручку несколько раз нажали вниз, сначала спокойно, потом сильнее, яростнее. Кто-то грубо выругался. «Что за дерьмо, твою мать!..» Что там происходило? Потом снова шаркающие шаги. Наконец — тишина.

Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он отважился спросить в темноту:

— Что это было?

— Понятия не имею, — донесся из гостиной голос Марайке. — Возможно, какой-нибудь пьяный сосед ошибся дверью.

Только теперь Саша с облегчением перевел дух.

— Нам надо сваливать отсюда, — сказал он.

Из гостиной в ванную упал свет. Марайке снова включила торшер.

— Я тоже так считаю, — сказала она.

Он вышел из ванной. В этот момент он что-то заметил краем глаза. У него вырвался приглушенный крик, и он тотчас отпрянул назад.

Кто-то стоял в проеме входной двери и из полумрака смотрел на него.

Фигура в дождевике оливкового цвета.

Как они могли так ошибиться! Никакой не сосед, который ушел в квартиру по соседству. Тристан!

Но почему он не двигался? Почему он просто стоял там?

Саша пригляделся — и облегченно вздохнул.

Никакого Тристана. И вообще никого. Всего лишь висящий на вешалке дождевик. С длинным надрывом сбоку.

Но этот дождевик он уже где-то видел. И он тотчас вспомнил где.

Когда он с дождевиком в руках вошел в гостиную, то нашел Марайке, сидящую за ноутбуком Тристана.

— Посмотри сюда, — сказал он и поднял вверх куртку.

Она повернулась к нему, однако не обратила никакого внимания на его находку, а сразу спросила:

— Где твои перчатки?

— Видимо, я забыл их в ванной. Такую куртку я уже однажды видел. После нашей первой встречи в «Рокки». Тогда какой-то тип в подобной куртке поспешил убраться, когда я заметил его. Тогда я ни о чем таком не подумал, но теперь… Возможно, это был Тристан. Может быть, уже тогда он держал нас на примете.

Даже страшно представить себе: в то время, когда он искал Тристана, Тристан уже давно нашел его.

— Дерьмо… Давай, наконец, смоемся отсюда, мы и так торчим здесь слишком долго.

Саша вернулся в ванную, чтобы забрать свои перчатки. Когда он уже снова собирался уходить, его нога наткнулась на какую-то коробку, стоявшую под умывальником. Звон стекла заставил его остановиться. Минутку, подумал он, если это не… Он снова надел перчатки, открыл коробку и нашел, как и ожидалось, целый набор химических пробирок и прочих стеклянных емкостей, а также лопаточек и горелку Бунзена. Кроме того, баночки и бутылочки с химикатами. На этикетке одной из бутылочек он прочел: Красная кровяная соль (Гексационоферрат (III) калия); на другой: Поташ; на одной из бутылочек было написано: Серная кислота. Разве не эти же самые названия встречались в видеоклипе об изготовлении цианистого калия?

— Я только что наткнулся на химическую лабораторию Тристана! — крикнул он в гостиную.

— Я здесь тоже кое-что нашла, — донеслось оттуда.

— Правда? Сейчас подойду.

Он снова сложил все в коробку, закрыл ее и задвинул на старое место.

Когда он вошел в гостиную, Марайке по-прежнему стояла у ноутбука