Дом Зверя - Ричард Карл Лаймон

– Отлично, – сказал Горман. – Так гораздо лучше. – Он обошел Дженис и поднялся повыше. – Почти на месте.

Когда до верха оставалось три ступеньки, девушку охватил новый приступ слабости. Ее желудок скрутил спазм. Дженис дернулась вперед, прижалась лбом к доскам, и ее стошнило в щель между ними. Потом она какое-то время просто лежала, всхлипывая и хватая ртом воздух.

– Скорее! – сказал Горман. – Боже мой, он садится!

Дженис рывком подняла голову и посмотрела вниз, на вход в туннель. Отсюда она вообще не видела зверя.

И, как она тут же сообразила, не мог и Горман.

Дженис подняла голову и сморгнула слезы.

– Ты не можешь…

– Да черт побери! – завопил Горман. – Двигай уже!

Дженис подняла руку к следующей ступени. Горман схватил ее за запястье и потянул, дернув вверх и вперед. Девушка ударилась щекой о край верхней площадки. Горман продолжал ее волочить, обдирая и ударяя о ступеньки. Последним рывком он выдернул ее на площадку.

– Отлично, – сказал он. – Подымайся.

Девушка не могла заставить себя пошевелиться.

Горман встал над ней так, что его стопы оказались по обеим сторонам от ее тела, и схватил за бока. Палец впился в рану у нее подмышкой, оглушив девушку пронзительной болью. Горман поднял ее. Сначала на колени. Потом на ноги. Когда она попыталась выпрямить колени, он развернул ее и толкнул.

Дженис головой вперед полетела вниз. Ей казалось, что она падает целую вечность, глядя, как мимо проплывают ступени. В ее груди зародился вопль. Она попыталась защитить лицо рукой. Рука онемела. Доска, которую она зацепила, разлетелась в щепки. Дженис ударилась о следующую ступеньку макушкой, ее ноги взметнулись высоко вверх и она перекувырнулась. Края ступенек впечатались ей в спину, ягодицы и икры. Они ободрали ей затылок и спину, когда она съехала по ним вниз. Наконец девушка остановилась, задом на полу, спиной на ступеньках.

– Боже мой, – произнес голос откуда-то сверху. – Ты упала.

Дженис приподняла голову и почувствовала смутное облегчение от того, что все еще может двигаться. Ее ноги были вытянуты перед ней на земляном полу. Ей показалось, что они принадлежат кому-то другому. Одна кроссовка слетела во время падения. Дженис пошевелила голыми пальцами.

– Но ты все еще жива. – Она услышала шаги на лестнице. – Можно подумать, что ты наполовину кошка. Уж не кошка ли ты, Дженис? Тебя убить труднее, чем твою мать. Настоящий Распутин.

В дальнем углу подвала рядом с грудой корзин из-под земли показалась рука.

Из дыры в полу.

Мертвенно-белая рука, измазанная землей, но поблескивающая в свете лампы. Рука с длинными загнутыми когтями.

Дженис рухнула вперед, когда что-то – нога Гормана? – толкнуло ее в спину. Со стоном она ничком распласталась на полу.

Горман перекатил ее на спину.

Он сел ей на живот и улыбнулся, глядя сверху вниз.

– К сожалению, – сказал он, – ты сломала шею, упав с лестницы. – Он схватил ее голову с двух сторон. – Не уверен, что у меня достаточно для этого сил, но я уж постараюсь.

Дженис ударила его кулаком в бок. Горман крякнул и поморщился.

– А ты все не сдаешься. – Он снова улыбнулся, потом поднял голову, и у него отвисла челюсть. На Дженис упала чья-то тень. Зверь стоял над ней и тянулся к Горману. Писатель длинно вздохнул и вытянул вперед руку, чтобы отгородиться от твари. Другая его рука потянулась к поясу. Подняв голову, Дженис увидела, как он пытается выдернуть из кармана револьвер. Он сумел достать оружие, когда зверь схватил его с двух сторон за голову. С силой, которой она в себе и не подозревала, Дженис выпростала правую руку, схватила поднимающееся дуло и вырвала револьвер у Гормана из рук.

Зверь поднял писателя за голову. Ноги писателя пронеслись над лицом Дженис. От его верещания у нее болели уши.

Девушка откатилась в сторону. Опершись на локоть, она подняла револьвер и взвела курок.

Зверь все еще держал Гормана за голову. Писатель размахивал руками, лягался и орал, пока существо его трясло. Потом зверь швырнул свою жертву на полки. Затрещало дерево. Писатель рухнул на землю вместе с лавиной банок.

– Пристрели его! – сдавленно выкрикнул он. Горман кое-как сумел подняться на ноги и отпрянул, когда зверь, пригнувшись, шагнул вперед.

Дженис выстрелила.

Пуля подсекла Горману ногу.

Писатель упал на спину. Зверь бросился на него. Горман издал пронзительный вопль, когда длинная морда впилась ему в промежность. Щелкали зубы, что-то рвалось. Вскоре писатель только скулил. Зверь поднял голову и как будто бы несколько секунд его рассматривал. Потом он взобрался выше по его телу, широко разинул пасть и вцепился Горману в лицо.

Дженис наблюдала.

Она смотрела до тех пор, пока Горман перестал скулить и стонать, пока не прекратились конвульсии и он не замер неподвижно.

Зверь слез с трупа. Его тело покрывала кровь Гормана. Он развернулся и уставился на Дженис.

Его член стал толще, вытянулся и встал торчком.

Девушка выстрелила.

Пуля срикошетила от каменной стены у зверя за головой. Он пригнулся и замер в нерешительности. Дженис прицелилась ему в грудь. Когда она нажала на спусковой крючок, зверь дернулся в сторону. Он метнулся через подвал к туннелю, туда, где лежал труп второго существа. Дженис направила на него револьвер, стреляя снова и снова. Наконец курок сухо щелкнул. Зверь пропал в туннеле.

Глава 29

Тайлер резко остановилась, услышав единственный хлопок у себя за спиной, который эхом разнесся по туннелю.

– Выстрел? – прошептала она.

– Да, – сказал капитан Фрэнк.

Некоторые время Тайлер неподвижно стояла в темноте, вцепившись в руку старика, и гадала, что это может значить. У Норы было оружие, но она ушла из дома и, скорее всего, еще не вернулась. Оставался только Горман. В кого – или во что – он стрелял?

– Там что-то случилось, – сказал капитан Фрэнк.

– Да.

– Не будем возвращаться.

Тайлер кивнула, хотя он и не мог видеть этого в темноте, потянула его за руку и пошла вперед. Ударившись плечом о стену, она отодвинулась правее и продолжила путь.

По туннелю разнеслось эхо еще одного выстрела, затем целой канонады; выстрелы следовали один за другим, три или четыре вместе.

Что там происходит, в подвале Дома Зверя?

– Боже мой, – пробормотал капитан Фрэнк.

Тайлер замерла. Она прислушалась, ожидая новых выстрелов, но могла различить только собственное сердцебиение и быстрое дыхание старика.

– Странно, – сказала она.

Рука Фрэнка была горячей и скользкой. Тайлер сжала ее покрепче и пошла дальше. Она водила перед собой револьвером, нащупывая дорогу. Когда костяшки ее пальцев зацепили сырую стену, она слегка свернула.

Она жалела, что оставила керосиновую лампу в подвале.

Будь у них свет, они давно бы выбрались из этого туннеля вместо того, чтобы вслепую тыкаться среди изгибов и поворотов.

Выход должен быть уже близко.

Но туннель будто бы тянулся бесконечно.

Эйб двигался впереди, Джек прикрывал. Так они прошли по всему коридору на верхнем этаже. Все двери