Леший. Дух огненных озер - Артур Гедеон

– он мирно спал. Верблюд вез его осторожно, видимо, интуитивно поняв бодрого старика; тот сказал: «Уронишь меня, Красавчик, пристрелю». То и дело одолевала дрема и Кассандру.

– А как укачивает между этих горбов, – пробормотала она, – жуть. Как в колыбельке. Как мы все это провернем, Андрей?

– Пока что понятия не имею. Но уверен, у нашего творческого руководителя есть план. Хотя в последнее время он ведет себя весьма необдуманно и экстравагантно.

– Я все слышу, – сквозь дрему пробормотал тот. – Я бодрствую… – Но тревожная дрема уносила его все дальше. – Пушки к бою… Построиться в каре… Легионеры, приготовиться!.. Цель-с… Огонь!.. – И сам же очнулся от своей команды. – Что?! Что?!

– Антон Антонович, – окликнул бодрого старика Крымов.

– Что? – тот стал озираться. – Приехали?

– Нет, не приехали. Меня вот что беспокоит: а если у нее были свои источники, я о заклинании, и если она прочитает их и каким-то образом заберется в саркофаг? Что мы будем делать в этом случае?

Долгополов широко зевнул, даже не прикрыв рот и став похожим на маленького взлохмаченного щенка неясной породы.

– Да взорвем его, и все.

– Как это взорвем? – удивился Крымов.

Управляя покорным верблюдом, Кассандра тоже уставилась на старика – в ее взгляде читался тот же вопрос.

– А мы с собой что, динамит не прихватили? – посмотрев на друзей, тоже удивленно спросил Антон Антонович. – Это ваше упущение, Андрей Петрович. Вы у нас за динамит всегда отвечали. В каждой из прошлых жизней.

– Все шутите, – кивнул Крымов. – Ну-ну. А если нам будет не до шуток?

– Такого быть не может, – ответил бодрый старик, – помню, стоял на эшафоте с петлей на шее один шутник, звали его…

Но рассказ Антон Антонович не закончил и вскоре вновь стал уходить в тревожное забытье.

Они подъехали к Харарусу за полчаса перед рассветом. Древний город погрузился на две трети в пески. За столетия его просто занесло по самые крыши дворцов. Дома давно ушли в песок. Остатки дворцовых построек белели под луной, как кости скелета древнего ящера. За долгие века Харарус тысячи раз грабили, облазили тут все что можно, вытащили все ценности, по крайней мере, до которых смогли дотянуться завоеватели, а еще аборигены, пираты, а позже французы, англичане и даже итальянцы, делившие между собой Африку.

У одной из старых крепостных стен, до середины засыпанных волнами песка, три новых конкистадора оставили верблюдов и наскоро разбили лагерь. Еще приближаясь, Крымов осмотрел всю округу через прибор ночного видения, но никого не обнаружил. Спешившись, он просканировал мертвый город и тепловизором.

– Вот они, – указал он на три фигуры, светящиеся рдяным цветом посреди тьмы и огней. – Но там кругом факелы – они сбивают…

Одна фигура стояла на коленях и, насколько можно было понять, запрокинув голову, то и дело воздевала руки к небу; две другие неподвижно остановились каждый на своем месте. Тут было большое скопление факелов, и они очерчивали прямоугольник, который, несомненно, являлся саркофагом.

– Судя по нашей монографии «Культ Хорора», они в жертвенной зале, – констатировал Крымов. – Преемник и два жреца Хорора. И, кажется, Аделаида уже приступила к своему ритуалу…

– К нашему ритуалу, – поправил его Долгополов. – К нашему, Андрей Петрович. – Как раз истекают трое суток на молитвы. Сейчас она призывает громы и молнии и пытается оживить силу Хорора. А значит, нам стоит поторопиться!

Теперь сам Крымов стал похож на верблюда, взвалив на себя кучу аппаратуры, которая смогла бы им стократно облегчить операцию, и прихватив самое серьезное оружие. Три конкистадора устремились к воротам, через которые ранее проникли сюда Аделаида и ее слуги. Входя через тайный проход, также указанный в книге, Кассандра окликнула своих друзей:

– Но ведь у них тоже может быть тепловизор, и они также могут увидеть нас?

– Могут, – согласился Антон Антонович. – Но понадеемся на удачу. Они сейчас заняты привлечением всех темных сил земли, всех ее стихий на свою сторону, и кусочек грозного неба тоже хотят отхватить, кстати, им сейчас не до тепловизора!

Ближайшие десять минут они пробирались через пустые коридоры, все глубже уходя под землю. Разумеется, когда-то эта часть дворца была на поверхности, но песок заставил все эти хоромы стать сетью подземелий. Наконец они приблизились к коридору, который и должен был вывести их в ритуальную залу с саркофагом Хорора. На последней остановке трое гостей дворца вновь уставились на экран и вот что они увидели. Двое жрецов уже сдвигали крышку саркофага, готовя его для своей хозяйки, для нового Хорора, как колыбель, где она и должна была заполучить великую силу древнего бога.

– Ну что, влетаем и убиваем всех? – спросил Долгополов. – Как казачки, поигрывая сабельками?

– Казачок вы наш… Не нравится мне все это – нельзя было ее допускать до саркофага. Итак, жрецов я беру на себя, Касси на подхвате, а вот Аделаида – ваша. Титаны должны сражаться друг с другом.

– Благодарю за комплимент, – кивнул бодрый старик. – Кассандра, не страшно?

– Страшно, конечно. Но и я не лыком шита, Антон Антонович.

– Молодец, девочка. Идемте! – скомандовал Долгополов. – Нас ждут великие дела!

– Как всегда, Антон Антонович, как всегда, – скептически заметил Крымов.

И они двинулись дальше по каменному коридору. Они уже слышали впереди голоса и в первую очередь – пророчествующий громкий голос Аделаиды. Впереди уже мелькали огни факелов. В начале тройки шел Крымов с коротким автоматом, в рожке которого были серебряные пули, за ним Кассандра, шествие замыкал Долгополов, оба вооружились револьверами.

Но на самом последнем рывке посмотреть в свой тепловизор они поленились…

Оставалось шагов двадцать, уже хорошо был виден стоящий впереди саркофаг, освещенный факелами, когда что-то заскрежетало у них над головой и сверху обрушилась одна тень, за ней другая, а потом третья и четвертая. Это были гигантские толстенные решетки, и они с чудовищным грохотом ударились в пол. Взвилась черно-рыжая пыль.

– Андрей Петрович! Вы живы? – тихо окликнул своего коллегу откуда-то сзади Антон Антонович.

– Жив! А вы?

– Кажется.

– Кассандра! – это окликнул их подругу Андрей.

– И я жива, но передо мной стена.

– И передо мной! – жалобно сказал Долгополов. – Что за чертовщина?

– Передо мной тоже стена, – мрачно заключил Крымов.

Только чудом никого не разрубило пополам, не проткнуло насквозь, не искалечило. Но четыре решетки самым роковым образом разделили их. Первым оказался заперт Крымов, за ним – Кассандра, и в последнюю клетку попал Антон Антонович.

– Сложите оружие и передайте его нам, – где-то рядом сказала Аделаида. – Иначе я сожгу вас из огнемета заживо. Повторять не буду.

Диспозиция поменялась практически мгновенно. Их ждали и теперь посадили в клетку – буквально.

– Будем