Последний свет - Энди Макнаб

Вертолёт взлетел, прогремев над крышей, когда совещание закончилось. Они снова потоком хлынули в гостиную, Чарли впереди, мой пакет с документами в руке. Он направился прямо ко мне. Я попытался уткнуться лицом в плечо.

Его грязные кроссовки остановились в футе-другом от моих глаз, такие новые, что на нейлоне ещё не было складок. Я сосредоточился на плече, когда он присел на корточки с хрустом коленей и схватил меня за волосы. Я просто подчинился: какой смысл сопротивляться?

Наши глаза встретились. Его были тёмно-карими и налитыми кровью, несомненно, из-за силы взрыва. Его кожа была усеяна засохшими следами от осколков стекла, а бок шеи был перевязан, как у того парня из Land Cruiser. Но, несмотря на всё это, он выглядел не злым, а просто главным.

Он уставился на меня, его выражение было непроницаемым. Я чувствовал запах его одеколона и слышал, как бренчит стальной ремешок часов, когда он схватил меня за подбородок свободной рукой.

Ладонь была мягкой, ухоженные пальцы вдавились в мои щёки. Всё ещё не было ни гнева, ни каких-либо эмоций в его глазах.

— Почему вы, люди, такие глупые? Всё, что я хотел, — это некоторые гарантии, что устройство не будет использовано внутри Панамы. Тогда вы могли бы получить систему управления. Какие-то гарантии, вот и всё. — Он бросил мои документы на пол. — Вместо этого мне угрожают моей семье...

Я позволил тяжести своей головы лечь в его руках, мои веки опустились, когда он потряс меня ещё немного.

— Поэтому я соглашаюсь и беру остальные ваши деньги, вы затем заверяете меня, что всё в порядке, просто бизнес. Но вы всё равно пытаетесь убить мою семью. Ты знаешь, кто я? Что я могу сделать с тобой, со всеми вами, людьми?

Он держал меня, глядя на меня, его глаза ничего не выражали.

— Вы собираетесь использовать «Санбёрн» против корабля в Мирафлоресе — это цель, не так ли? — Он снова потряс меня. — Почему вы это делаете, мне всё равно. Но это вернёт США — вот что меня очень волнует.

Когда моё лицо двигалось из стороны в сторону, я мельком видел свой паспорт и бумажник, брошенные в пластике на полу у книжных полок, и Аарона с Керри, всё ещё прикрывающих Луз в кресле, их лица красные и застывшие от страха.

Чарли приблизил рот к моему уху и прошептал:

— Я хочу знать, где находится ракета и когда состоится атака. Если нет, что ж, некоторые из моих людей здесь всего на несколько лет старше того ребёнка в кресле и, как все молодые люди, стремятся проявить свою мужественность... Это справедливо, не так ли? Ты устанавливаешь правила — дети теперь тоже цель, не так ли?

Он держал мою голову в руках, ожидая ответа. Я посмотрел в его глаза, и они сказали мне то, что мне нужно было знать: никто из нас не уйдёт отсюда живым, независимо от того, что мы скажем или сделаем.

Именно Аарон нарушил молчание, усмехнувшись:

— Он просто наёмник.

Его голос был сильным и авторитетным.

— Его послали, чтобы заставить тебя передать систему наведения, вот и всё. Он ничего не знает. Никто из нас не знает, где «Санбёрн», но я могу выйти на связь сегодня вечером в 8.30 и узнать. Я сделаю это — просто отпусти этих троих.

Я изучал лицо Чарли, когда он уставился на Аарона. Это была хорошая попытка со стороны Аарона, но немного наивная.

Керри взбесилась.

— Нет, нет, что ты делаешь? — Умоляла она Чарли, всё ещё нависающего надо мной. — Пожалуйста, он—

Аарон сразу же перебил:

— Заткнись. С меня хватит, это должно закончиться. Это должно прекратиться сейчас же!

Чарли отпустил мою голову, и я позволил ей упасть на половицы, правая сторона лица приняла удар. Ему не слишком понравилось пачкать руки моим жирным волосами, и он наклонился вытереть их о мою рубашку, прежде чем направиться к журнальному столику.

Аарон следил за ним глазами.

— 8.30. Я ничего не могу сделать до тех пор. Я смогу связаться и узнать только в 8.30. Просто отпусти их. — Он гладил волосы Луз.

Чарли пробормотал указания окружающим его людям, направляясь к кухне, не глядя на меня.

Аарон и Керри, очевидно, поняли, что происходит, и начали вставать вместе с Луз, когда двое охранников пересекли комнату. Керри всё ещё пыталась вразумить Аарона.

— Что ты делаешь? Ты знаешь, он просто—

— Заткнись! Просто заткнись! — Он был резок с ней. — Я люблю тебя. Держись. — Затем он наклонился и поцеловал Луз, прежде чем охранники потащили его к компьютерной комнате.

— Помни, Ник, — рассмеялся он, — однажды викинг — всегда викинг. Некоторые вещи никогда не меняются.

Он исчез, бормоча какое-то объяснение или извинение по-испански мужчинам, которые тащили его за руки.

Сетка со скрипом открылась за мной, и команды были выкрикнуты парням на веранде. Двое других уже были загнаны в спальню Луз, и дверь закрылась.

Чарли осматривал кофейник и теперь проверил кружки. Он, очевидно, решил, что смесь дерьмовая или кружки недостаточно чистые, поэтому он снова направился ко мне и снова присел на корточки, наклоняя голову, чтобы соединить свои глаза с моими.

— Лондон, воскресенье? Ты был там?

Мой взгляд оставался прикованным к его. Это было похоже на игру в гляделки двух детей, я держал рот на замке.

Он пожал плечами.

— Это не важно, не сейчас. Важен «Санбёрн». Я хочу его вернуть. Ты знаешь, сколько ты за него заплатил?

Мне пришлось моргнуть, но я продолжал смотреть на него. К чёрту, мы всё равно все мертвы.

— Двенадцать миллионов долларов США. Я подумываю перепродать его — хороший бизнес, я думаю. — Он встал, снова хрустнув коленями. Он помедлил и вздохнул. — Похоже, война на юге скоро обострится. Думаю, ФАРК очень заинтересуется возможностью купить «Санбёрн», чтобы подготовиться, скажем так, к тому, когда американцы пришлют авианосную группу для поддержки своих войск. — Он улыбнулся. — В конце концов, русские разработали эту ракету с одной-единственной целью: американский авианосец.

Меня толкнули к спальне Луз, и я открыл дверь, увидев их обоих, сбившихся на кровати в кучу. Керри гладила волосы Луз; она подняла взгляд в ужасе, когда дверь со скрипом открылась, её выражение изменилось, только когда она увидела, что это я.

Дверь захлопнулась. Я подошёл к кровати и сел рядом с ними, приложив палец к губам.

— Нам нужно выбраться отсюда, пока эти парни не организовались.

Она посмотрела на дочь, поцеловала её в голову и заговорила шёпотом.

— Что он делает? Он ничего не знает. Джордж не скаже—

— Не знаю, тсс...

Я только начинал понимать, что