Ищи дурака - Харлан Кобен

– Можно, я сперва заеду домой, посмотрю, как там Молли?

– Позвонишь ей по дороге.

Марти вешает трубку.

Это мне тоже не нравится.

Я иду к метро и, прежде чем спуститься на станцию, набираю номер Молли. Она приветствует меня веселым:

– Привет, красавчик.

Должен сказать вам неприятную правду. Мы с Молли наслаждаемся жизнью с новообретенной финансовой свободой. Мы расслаблены. Дышим полной грудью. Лучше спим. И это мне не по душе. Повлияли ли деньги Белмондов на мое решение относительно Виктории? Сложно сказать. Впрочем, деньги способны искажать восприятие, так что, возможно, я слишком к себе снисходителен.

– Я сегодня буду поздно.

– Три Убийственные Красотки все-таки затащили тебя в клуб?

– Они пытались, но нет, я еду к Марти.

– Он хочет тебя видеть?

– Угу.

– А до утра это никак не может подождать?

– Он говорит, что нет.

– Мне это не нравится, – говорит Молли.

– Мне тоже, – говорю я и, повесив трубку, ныряю в метро.

На Восемьдесят первой улице я выхожу, и лифт возносит меня в пентхаус на последнем этаже Бересфорд-билдинг. Марти уже меня ждет.

– Ну что там у тебя?

– Видео с места убийства Виктории Белмонд, – говорит он.

– И оно только сейчас всплыло? Прошел почти месяц.

– Знаю. Я только что сам его получил. – Марти плюхается на диван. Я следую его примеру, и он запускает на своем ноутбуке видео. – Помнишь ребятишек, которые играли в бейсбол на площадке по соседству с вами?

– Угу.

– Отец одного из них снимал на видео тренировку сына – прямо перед тем, как вас с Викторией подстрелили. Он не сразу сообразил, что стоит отдать его полиции, потому что камера смотрела в другую сторону. – Марти набирает что-то на клавиатуре. – Взгляни на типа, который стоит, прислонившись к ограждению.

Он разворачивает ноутбук экраном ко мне.

Я ожидаю увидеть Брайана Пауэлла или Теда Грейсона.

Это не тот и не другой.

На экране Реймонд.

Много часов спустя я стою перед входом в хоспис «Транкил-Пайнз».

Я вхожу. Охранник за плексигласовым стеклом играет во что-то на телефоне. Он явно не ожидал увидеть посетителя в столь неурочный час. При виде меня охранник убирает телефон и выпрямляется.

– Мы закрыты, – сообщает он мне.

Я наклоняюсь ближе:

– В какой комнате лежит миссис Грейсон? Я пришел к ее сыну Теду.

Со стороны коридора доносится голос:

– Что тебе от меня нужно?

Я оборачиваюсь и вижу в пятнадцати футах Теда Грейсона. Глаза у него красные. Щеки ввалились.

– Она только что умерла, – говорит он мне. – Моя мама. По крайней мере, она увидела меня на свободе. Теперь может покоиться с миром.

Я ничего не отвечаю.

– Что ты здесь делаешь, Кирс?

– Мне нужно поговорить с тобой.

Тед Грейсон качает головой:

– В такое время?

Я ничего не отвечаю.

– Я не хочу с тобой разговаривать, – говорит он. – У меня только что умерла мать.

– Ясно, – говорю я.

– Я сыт по горло, Кирс.

Я жду.

– Мне плевать, веришь ты мне или не веришь. Я сыт по горло.

Я молчу.

– Я пытался показать тебе правду. Меня подставили. И потом еще Пауэлл. По-твоему, я настолько тупой, чтобы нанять не кого-нибудь, а его? Я вышел из тюрьмы и немедленно побежал нанимать моего же бывшего сокамерника? Нет, все, я сыт по горло. Мне плевать, веришь ты мне или нет. Кто ты мне вообще – сват, брат? Ты не видишь очевидных вещей.

– И что же это за очевидные вещи, Тед?

– За всем стоит настоящий убийца.

– Я в курсе, – говорю я.

Мои слова становятся для него неожиданностью.

– В самом деле?

– Потому я и здесь. Я знаю, кто это сделал. И у нас есть доказательство.

Я показываю ему распечатанный стоп-кадр из видео. Грейсон поначалу колеблется, потом выхватывает фотографию у меня из руки. Я жду, пока он внимательно ее изучит.

– Это же ты, так ведь? – говорю я.

Мы с Дебби битый час разыскивали Реймонда. Обнаружился он в шелтере в Вашингтон-Хайтс. В полном соответствии со своими обещаниями он решил «летать в одиночку», как ведьма на крыле самолета. Выражалось это в том, что Реймонд повсюду таскался за Тедом Грейсоном и постоянно снимал его на видео. Реймонд запечатлел Грейсона в тот момент, когда тот вылезал из окна палаты его матери в хосписе. Он был свидетелем того, как Грейсон в переулке натягивал балаклаву и черное худи. Он даже последовал за Грейсоном на свалку на Стейтен-Айленд, где тот избавился от маски и одежды после того, как стрелял в нас с Викторией.

Когда я спросил Реймонда, почему он не показал все это мне, тот просто пожал плечами и сказал:

– Так ты же не спрашивал.

– С твоей стороны это был очень умный ход, – говорю я Теду Грейсону. – Я имею в виду, нанять Пауэлла. Всё настолько очевидно указывало на тебя, что любой мало-мальски разумный человек пришел бы к выводу: это никак не мог быть ты.

Грейсон с улыбкой просматривает фотографии.

– Мои адвокаты на это купились, так ведь? И полицейские тоже.

– Купились, да.

– Впрочем, Пауэлл сослужил мне хорошую службу. Он проследил за тобой до парка.

– Поэтому ты его и убил.

– Я и так бы его убил.

– Ты убил Николь. Убил Викторию. Убил Пауэлла.

– Не знаю, имеет ли смысл все это отрицать.

– Нет, – говорю я. – Не имеет. Но мне любопытно. Тогда в парке ты пытался убить меня или целился в нее?

– По правде?

Я пожимаю плечами:

– Почему бы и нет?

– Я никак не мог решить, кого убить. В том-то и была закавыка. Разумеется, я всегда хотел убить тебя. Но тогда твоя боль закончилась бы. Поэтому я решил сперва убить эту бабу, которая явно была тебе небезразлична. Потом, пожалуй, я убил бы твою жену. За ней твоего мальца. Это было бы слаще всего. А уж потом, напоследок, прикончил бы и тебя. Но я не был уверен, что оно того стоит. Думаю, все эти размышления меня и подвели. Слегка сбили прицел. – Грейсон ухмыляется. – И все равно я не жалею, что убил ее. Она что-то для тебя значила, так ведь?

– Значила.

– И это по твоей вине она погибла, – говорит он. – Эта мысль будет греть мне душу в тюряге. Ты ведь наверняка все записываешь на диктофон.

– Нет, зачем, твоя пламенная речь транслируется через микрофон кому надо в режиме реального времени. – Я похлопываю себя по груди и добавляю: – Давайте, ребята.

В холл вбегают полицейские, но я не остаюсь смотреть, как его будут арестовывать. Мне это неинтересно. Я выхожу в прохладную ночь. Поднимаю воротник куртки и вижу Марти. Киваю ему, но мне нужно попасть еще в одно место. Марти меня не останавливает. Я на метро еду к Крейгу, беру свою машину