Время закрытия и другие истории - Джек Кетчам

Так он и встал в очередь - на этот раз внутри, слава Богу, потому что этот вечер был таким же паршивым, как и первый - в комплексе "Sony" через дорогу - и наблюдал, как появляются таблички "РАСПРОДАНО". 17:45. 20:00. 22:10. Чертов фильм стал хитом, а это Нью-Йорк. Придется подождать.

В его размеренной жизни внезапно появилась его бывшая любовница, и ему пришлось ждать до начала декабря, чтобы попробовать снова. Мэгги приехала в город из Вермонта, чтобы первый раз в жизни сделать покупки к празднику на Манхэттене, и намеревалась посмотреть достопримечательности, а не фильмы ужасов. Но прелесть писательской работы заключалась в том, что у него было время сопровождать ее. Они отправлялись за покупками на 5-ю авеню и Мэдисон и посещали Планетарий, Рокфеллер-центр и Музей Метрополитен. После ужина заваливались в отель к Мэгги. Она отдавалась ему с такой страстью, какой он не знал у Мэгги в те времена, когда они хипповали, несмотря на мужа и двоих детей, для которых она делала покупки.

В субботу вечером он посадил ее в такси до аэропорта, а в воскресенье пошел в кино.

На этот раз очереди почти не было. Блокбастеры, призванные поднять настроение, составили серьезную конкуренцию фильму. Ожидая открытия дверей с билетом в руке, Ковелант почувствовал легкую ноющую боль в пояснице, ощущение сдавливания там, поэтому он подвигал туловищем влево-вправо, чтобы ослабить боль. Когда очередь тронулась, ему хватило всего одного шага, чтобы почувствовать острую, пронзающую боль от бедра до шеи и плеча. Второй шаг подтвердил, что он в беде.

К тому времени, как он добрался до блондинки с кольцом в носу и четырьмя пирсингами в каждом ухе, собирающей билеты, боль электрическим угрем пронзила всю правую сторону его тела.

Девушка протянула ему корешок. Затем улыбнулась.

- Эй, вы...

- Иисус, - выдохнул он. - Я должен сесть.

Он надеялся, что девушка не подумала, что он имел в виду, что он Иисус. Хотя ему было все равно.

Последнее место у прохода было свободно, и он занял его. Обычно он садился ближе. Может, пересяду позже, - подумал он. - А может, и нет.

Сидеть было еще хуже.

Теперь угорь проник в голову. Казалось, что он там расширяется, одновременно сжимая шею, вдавливая ее в плечи. Плечи, в свою очередь, как будто хотели проникнуть в поясницу. Кожа на плечах казалась слишком тугой для его проклятого тела. Он даже не был уверен, что сможет встать с этого проклятого сиденья, но знал, что лучше попробовать. Это было не так просто. Он ухватился за подлокотники и приподнялся. Правая рука была слабой, как у котенка.

Стоять было лучше. Не хорошо, но лучше.

Зрители все еще входили в зал, поэтому он медленно продвигался мимо них, боясь, что малейшее прикосновение может сбить его с ног. У входа билетерша снова улыбнулась ему.

- Попкорн вон там, - сказала она. - Мужской туалет, вон там. Эй, послушайте, как вас зовут? Я забыла.

Ее голос звучал серьезно. Он не мог понять, с чего бы это ей так волноваться. Неужели она думала, что знает его? Он не собирался снова произносить "Иисус" или что-то в этом роде. Он просто хотел уйти.

К счастью, его квартира находилась прямо через улицу. Если он туда доберется.

Ему хотелось лечь в постель.

Швейцар странно посмотрел на него. Это его не удивило. К тому времени он практически согнулся пополам. Он поднялся на лифте на двадцать седьмой этаж.

И только когда он, не запивая проглотил пригоршню "Ибупрофена" и лег в постель, то подумал: Не могу поверить, я снова пропустил этот фильм. После визита к терапевту, неврологу, МРТ и двух месяцев электротерапии, ультразвука, холодных и горячих компрессов и различных манипуляций с глубокими мышцами, "Грязь во сне" уже давно исчезла из кинотеатров, но через три месяца фильм стал доступен на кассетах. Он взял напрокат кассету в "Тауэр видео". Принес ее домой и вставил в видеомагнитофон. После титров, в которых кричащего, окровавленного мужчину средних лет тащат за ноги в то, что было похоже на спускной желоб для белья в отеле, он услышал треск, доносившийся из видеомагнитофона, и экран погас.

Он нажал кнопку извлечения на пульте, но ничего не произошло. То же самое он сделал и на самом видеомагнитофоне. Открыл кассетный отсек вручную и попытался вытащить кассету, а затем поднять ее пальцами. Наконец он вытащил ее с помощью ножа для масла. Внутри кассеты он увидел спутанную ленту.

На следующий день он отнес ее в "Тауэр видео" и спросил, можно ли заменить ее на другую. Клерк ввел информацию в компьютер.

- Ни одной нет, - сказал он. - Вечер пятницы. Фильм популярен. Но он есть на DVD.

- У меня нет DVD-плеера.

Парень посмотрел на него так, словно тот только что признался в растлении детей.

- Попробуйте после выходных. В среду, может, в четверг. В эти дни берут мало, знаете ли.

Тихие дни для тихих клиентов, - подумал он. - Точно.

По дороге домой он зашел в супермаркет "Food Emporium". Купил сыр, колбасу и свежую ржаную буханку. Пухленькой испанке за прилавком пришлось практически встать на цыпочки, чтобы взвесить кольца болонской колбасы. Он подумал, что у нее милая улыбка.

- Я вас знаю? - спросила она.

- Не думаю.

- Вы мне знакомы.

- Я часто захожу сюда. Живу прямо напротив.

- Да, наверное, так и есть. Что ж, хорошего вам дня.

- Вам тоже.

Он работал над книгой все выходные, а во вторник вернулся в "Тауэр видео" и купил копию "Грязи во сне", расплатившись кредиткой. Продавец, молодой парень, с пирсингом в брови и бритой головой, посмотрел на него поверх очков и рассмеялся.

- Хочешь на себя посмотреть, да?

- Прошу прощения?

- Лично я думаю, что ты потрясающе сыграл, чувак. Конечно, роль маленькая, но ты был великолепен. Разве актерам не дают копии? Я думал, дают.

- Я тебя не понимаю.

Продавец снова посмотрел на него, более пристально.

- Так это не ты?

- Где?

- В фильме. Я имею в виду, ты мог бы сойти за его брата-близнеца.

- У меня нет брата-близнеца.

- Понимаешь, я думал, ты - тот актер, тот парень из фильма. Потрясающая сцена смерти. Просто прекрасная. Не могу поверить, что ты не он. Извини, чувак.

Он