Время закрытия и другие истории - Джек Кетчам

Старая шутка совсем не смешила. Ни капельки.

Ему повезло с арендой квартиры у друга-актера в Нижнем Ист-Сайде. Но даже это пошло прахом к концу лета. Его друг возвращался из Массачусетса, где играл в театре. Так что Фил каждую свободную минуту искал что-нибудь, что он мог бы себе позволить. То, что он видел, совсем не внушало оптимизма. Скорее всего, он окажется в какой-нибудь дыре на авеню А, на краю света, если так пойдет дальше. Или, что еще хуже, ему придется вернуться в родной самодовольный городок, поджав хвост, и устроиться на работу к отцу.

Он думал, может, Линдси поможет, может, они смогут жить вместе. Ее квартира находилась всего в нескольких кварталах к северу от ресторана. Он мог бы ходить на работу пешком. Это сделало бы, по крайней мере, эту часть его жизни приятной и уютной. Он затронул эту тему накануне вечером за пивом в "World Café".

- Ни за что, - ответила она. - Трахаться - это одно. Но жить вместе? Я видела твою квартиру, Фил. Без обид, но ты неряха. Ни за что на свете даже через миллиард лет.

Он не знал, что ответить на эту херню, поэтому заплатил по счету и ушел.

А сегодня она весь вечер была с ним холодна.

Как будто он оскорбил ее своим вопросом.

Сука.

Его уже порядком разозлило ее холодное отношение, а тут еще Тео на него накричал - это было особенно обидно, учитывая, что он собирался спросить у Дианы, которая переехала в новую квартиру всего пару дней назад, не нужен ли ей сосед по комнате - так что к тому моменту, когда он пролил оливковое масло на розовую кожаную куртку этой блядской блондинки, он уже был в бешенстве. А когда уронил мусаку, разозлился еще больше. Увидев ее размазанной по полу, он почувствовал, как мозг гудит, словно камертон, и ему пришлось заставить сердце перестать колотиться.

Это напомнило ему что-то, что он видел ребенком в лесу в старых добрых Афинах, штат Теннесси.

В общем, вечер у него выдался еще тот. Тео не сводил с него глаз, как будто боялся, что он украдет столовые приборы. Это было странно, ведь он был актером и должен был привыкнуть к тому, что на него смотрят, но это было другое.

Тео как будто подталкивал его к тому, чтобы он снова облажался.

Ну и черт с ним, он больше не собирается опростоволоситься. Ему не нужна была эта дурацкая работа, но, видит Бог, она ему была необходима. Он ненавидел нуждаться в ней, но нуждался, и все.

Линдси и Тео могут пойти на хрен.

Этот маленький жирный греческий хер даже не американец.

Обойди клиентов, - подумал он. - Улыбнись им. Ты же это умеешь.

Он думал обо всем этом, моя руки в мужском туалете после того, как помочился, и, застегнув ширинку, поглядел на себя в зеркало и улыбнулся, видя, что выглядит хорошо, просто отлично, что никто не узнает, как он зол, никто ничего не заподозрит. Чаевые потекут рекой. Когда он снова вышел в ресторан, старая побирушка как раз входила с тротуара, направляясь к его секции.

* * *

Из бара Диана увидела, как та села за пятый столик сразу за парой мужчин, которые были слишком хороши собой, чтобы быть кем-то иным, кроме геев, и поставила у своих ног пару набитых грязных хозяйственных сумок. Тео, сдвинув вместе два столика, рассаживал компанию из шести человек в секции четыре. Он оказался спиной к женщине и не заметил ее. Линдси ее заметила и подумала, не нужна ли Филу помощь. Конечно, она собиралась с ним расстаться, в этом парне было что-то детское и эгоцентричное, даже больше, чем можно было ожидать от актера, но они работали вместе, и это не было поводом оставлять его наедине с проблемой старухи. Она колебалась, наблюдая, как двое мужчин и восточная пара через два столика от нее сначала почувствовали исходящий от нее запах, а затем и само ее присутствие. Пара средних лет, сидевшая прямо рядом с ней, отставила бокалы с красным вином и старалась не пялиться на нее. Линдси пробралась между столиками и подошла к Филу как раз в тот момент, когда он, краснея, но вежливо, спрашивал ее, есть ли у нее деньги, чтобы заплатить за то, что она заказала. На это женщина встала и начала кричать. Линдси инстинктивно попятилась.

- Ты думаешь, у меня нет денег? Ебаный сукин сын! Ты их спросил, есть ли у них деньги? Их ты спросил? - oна обвела комнату рукой. - Ебаный хуесос, говноед, долбоеб, шлюхоеб! Ты у них спросил?

К тому времени Тео быстро пересек зал, и, если не считать бормотания Фила, пытавшегося ее успокоить, и хриплых криков женщины, можно было услышать, как падает булавка. Все взгляды в зале были прикованы к ним, когда Тео подошел сзади, а Фил потянулся, чтобы взять ее за руку, и тут она его толкнула. Он этого не ожидал, как и Тео, и оба упали на шестой столик, сильно ударились и съехали на пол. Бутылка красного вина, которую пила пара, слетела со стола и взорвалась, как бомба, у ног двух геев. Полупустой бокал женщины прыгнул ей на колени. Бокал мужчины был у него в руке, и он, должно быть, непроизвольно сжал его сильнее, потому что ножка хрустнула, и внезапно у мужчины потекла кровь.

Диана схватила чистую льняную салфетку, нырнула под стойку и поспешила к нему.

К тому времени Тео пришел в себя. Он уже был на ногах и выводил женщину, которая все еще кричала "хуесос, мать твою", но уже почти не сопротивлялась, за дверь. Фил поднялся и застыл с ошеломленным видом. Линдси занималась женщиной, вытирая винное пятно на ее юбке, не замечая, что мужчина истекает кровью. На самом деле Диана добралась до него как раз в тот момент, когда жена это заметила.

- Боже мой, - сказала она.

- Вот, давайте я обмотаю это вокруг раны. Пойдемте в туалет.

Рана была между большим и указательным пальцами и выглядела глубокой. Она туго обернула рану салфеткой и помогла ему встать. Мужчина побледнел. Его жена встала и последовала за ними. Диана повернулась к Линдси.

- В кабинете наверху, в столе, есть аптечка. Принеси ее.

Линдси кивнула.

Один из двух геев протирал смоченной водой салфеткой манжету своих некогда