Его вера - твоя смерть - Софи Мур

Травяное зелье начинало действовать. Чёрная белена прогоняла тени и волчий вой сквозь моё затуманенное сознание. Голоса шептали сквозь стволы деревьев, и… туман сгущался?

Не паникуй, Нора! Оставайся в настоящем! Это Йоль в честь наших богов; твоим страхам здесь нет места!

Силуэты людей вокруг меня яркими полосами прорисовывались в свете костра. Миниатюрная девушка с рогами косули в чёрных волосах и нарисованными углём рунами на её точёном лице. Нос у неё был маленький и острый, а глаза сверкали вдалеке. Почему я никогда не видела её раньше? Так же, как и того красивого бородатого мужчину, который смотрел на меня, словно голодный медведь на добычу. Мимо меня в лес проскользнула тёмная четвероногая тень. Чёрный волк…

Его движения были странно вытянутыми, а глаза сверкали, как янтарь, когда он повернулся ко мне.

Как эта деревянная фигурка…

От судьбы не убежишь, Стьерна Ми.

Когда я подняла глаза, миллионы звёзд мерцали среди верхушек деревьев, а небо казалось чёрным, как бесконечная бездна. Моё тело согрелось, а кожу покалывало. Рождественское полено взмыло так высоко, что его пламя окутало меня чудесным одеялом уюта.

Мы такие маленькие, — бездумно сказали мне мои мысли. Такие маленькие, но такие значимые.

— Позволь мне дать тебе твою руну.

Черноволосая девушка стояла передо мной с куском угля в руке.

— Раздевайся! — её голос был ярким и мелодичным.

На долю секунды мой разум прояснился, и я задумалась, откуда она знает, с какой руной я связана. Затем туман и огонь снова проникли в мои синапсы.

Мы все едины.

Я медленно позволила плащу соскользнуть с плеч. Мы все были обнажены под ним, и холод мгновенно схватил меня, словно две жадные, нежные руки.

Глубоко вздохнув, я откинула голову назад, наслаждаясь ледяным зимним холодом и редким жаром огня на своей обнажённой коже. Затем я снова открыла глаза и взглянула на улыбающееся лицо незнакомой красавицы, которая нежно рисовала углём по моей ключице.

По другую сторону пламени стояли Бьёрн и темноволосый мужчина и с трепетом наблюдали за нами. Мы все связаны друг с другом и знаем все обо всех здесь.

— Райдо, — прошептала она мне на ухо. — Путешествие в твою самую глубокую суть, которое подтолкнет тебя к судьбоносной трансформации. Смелый выбор.

Ее серые глаза смотрели на меня, а холодные тонкие руки сжимали мои щеки.

— Выбора нет, — выдохнула я, дыхание сжалось. — Оно выбрало меня.

— Да, так и есть.

Её губы коснулись моих в едва заметном намёке на поцелуй. Очень мягко и нежно.

— Так всегда происходит.

Моя руна плясала перед внутренним веком. Мой Райдо. Руна души и самосознания. Она заключала в себе значение солнца. И это было уместно. Горящее полено высекло искры, когда чья-то рука схватила меня за волосы, грубее, чем прежде, требовательнее.

Моё лицо было слегка повёрнуто вбок, и я посмотрела в темные, суровые глаза бородатого мужчины. Он тоже был обнажён. Я чувствовала его твёрдую эрекцию у своих ягодиц, и он грубо поцеловал меня. Казалось, будто угли безудержно рассыпались по моей ледяной коже, когда незнакомец потянулся свободной рукой к моему бедру и, глубоко вздохнув, вошёл в меня сзади.

Его кулак всё ещё был зарыт в мои волосы, и он скользнул губами по моей шее, полностью войдя.

Его дрожащие стоны сотрясали моё лицо, и он с хрипом вышел из меня, но мгновение спустя снова вонзился в меня так глубоко, что моё тело задрожало.

... Яркий звук сорвался с моих губ и смешался с его лихорадочным бормотанием. Бьёрн внезапно встал передо мной; всё происходило как будто в определённом ритме, то замедляясь, то вновь ускоряясь. Этот большой, твёрдый член погружался в меня и снова выходил, в непрерывной симфонии опьянения и похоти. Твёрдые чресла шлёпали меня по ягодицам, жадные пальцы впивались в плоть моей талии, а я просто закрыла глаза и наслаждалась тем, как они несут меня по всё более высоким волнам, к сияющему горизонту.

Мои мышцы напряглись, каждое сухожилие напряглось. Внутри меня нарастало жгучее покалывание, затем бородатый мужчина прекратил свои толчки, глубоко войдя в меня и замерев, чтобы ещё крепче схватить меня за волосы и притянуть к себе.

— О да, — простонал он. — О Боже, да!

Когда я снова открыла глаза, Бьёрн направил на себя раскрашенное лицо моей богини солнца и засунул свой толстый член ей в глотку. Он не был особенно нежен, когда дело касалось овладения женщиной, могу сказать по собственному опыту, но ей, похоже, это нравилось.

Она с привычной лёгкостью орудовала его стволом тонкими пальцами, и мышцы его широкого тела заметно напрягались каждый раз, когда она принимала его так глубоко, что он почти полностью исчезал в её глотке.

Он поднял её на ноги и прижал ко мне спиной, в то время как другой мужчина всё ещё был полностью во мне, слегка вращая бёдрами, чтобы стимулировать меня. Задыхаясь, он слегка отстранился и схватил меня за плечо, а через мгновение уже трахал меня так и сильно, что я застонала под ним.

Моё тело прижималось к узкой спине девушки, а соски терлись о её обнажённую кожу.

Бьёрн схватил её за бедро, обхватил её ногу вокруг своего бедра и медленно скользнул внутрь, принимая её длинными, глубокими толчками.

Она тихо застонала. Он посмотрел на меня через плечо, и я почувствовала его большой палец у своего пульсирующего центра.

С каждым движением он прижимал её ближе ко мне, а его палец все сильнее стимулировал мой клитор.

Затем я внезапно повернулась, и Лукас стоял рядом, лихорадочно глядя на меня, как на сокровище, к монетам которого ему никогда не разрешалось прикасаться, хотя он всегда видел сверкающее золото издалека. Его пальцы коснулись моих губ, почти заворожённые, пока меня безжалостно продолжал брать сзади незнакомец.

Большой палец Бьёрна ускорял круговые движения в моём самом чувствительном месте, и я тихо застонала, прижавшись губами к губам Лукаса.

Он лишь смотрел на меня, когда мой центр напрягся, а бородач застонав вышел из меня, кончая на мои ягодицы.

Всё внутри меня сжалось, кожа покалывала, пальцы вцепились в большую руку Бьёрна, который все еще терпеливо обрабатывал меня. А затем я взглянула мимо разгорячённого лица Лукаса и увидела его.

Он стоял за факелами среди деревьев, мрачно глядя на меня, словно демон, несущий смерть.

Мы встретились взглядами, словно наши ауры притянулись друг к другу, словно два непреодолимых магнита, и жар прокатился по моему животу.

Бьёрн ахнул, трахая незнакомку быстрее и усиливая