Его вера - твоя смерть - Софи Мур

сквозь чёрно-белые стволы. Это была моя тетя, бредущая по снегу в сторону церкви? Она накинула широкий капюшон мантии на лицо, но я узнала её походку в вечерних тенях.

Я поспешно спряталась за деревьями. Она не могла видеть меня в таком виде. За ритуальное одеяние меня бы только отчитали, а я была слишком стара для этого дерьма.

Изнутри часовни послышались голоса, и я без страха направилась вдоль прохладной каменной стены.

Белена избавляет от страха.

Распятый Иисус с болью смотрел на чистое звёздное небо. В витражах виднелись освещенные образы христианства, и они снова сияли таким количеством неземных красок, что у меня потеплело на сердце. Что со мной не так? Почему мне вдруг так понравилось это место? Желудок сжался, наверное, чтобы побороть это чувство. Или от белены, кто знает?

— Вот черт!

Покачав головой, я вытерла лицо. Я была в замешательстве. Никогда больше не буду пить это травяное пойло! Голоса эхом доносились из церкви. Отец Айзек вошёл туда прямо перед моей тётей, и я последовала за ним, словно затаившийся сталкер.

Они спорили?

Спор становился всё более яростным.

Твоя племянница...

Я застыла.

...Как ты смеешь...

Порыв ветра унес остаток его слов, но, Боже, как же он был зол. Мне это даже понравилось. Эти проклятые лицемерные священники! Сплошные мерзавцы! Ярость обрушилась на меня с почти болезненной ясностью, и мне пришлось на мгновение закрыть глаза, чтобы отогнать её и снова стать человеком. От этой дряни всё обрушилось на меня совершенно неотфильтрованным, прямо в голову.

Иди и поговори с ней! Но остерегайся грязи, которая к ней прилипла!

Простите?! Я правильно расслышала?

Как он смеет?

Я так сильно стиснула зубы, что стало больно. Этот высокомерный крестоносец. Какое право он имел?

Я сердито ждала, когда выйдет Альма, но дверь так и не открылась.

Что это значит?

Когда после нескольких минут тишины никто не вышел из этого логова беззакония так никто и не вышел, мой гнев сменился тревогой. Почему она не выходит? Она всё ещё там... с ним! Может он собирается что-то с ней сделать? Из-за меня? Я попыталась вглядеться в витраж, но не увидела ничего, кроме силуэтов. Может, позвать её? Постойте... если я не ошибаюсь, я вижу там лишь его тень. Этот дьявол, я с самого начала почувствовала, что с ним что-то не так. Он был... У меня перехватило дыхание, когда я вспомнила пронзительный взгляд, которым он меня одарил там, в лесу. Огонь в его глазах обжег моё обнажённое тело. Я всё ещё чувствовала покалывание. Иди к чёрту, раб Божий!

— Чёрт возьми!

Моё лицо исказилось от боли, я посмотрела на луну. У меня не было выбора! Мне нужно было попасть в эту церковь.

Ну же, Нора, ты уже делала это раньше.

Моя рука дрожала на серебряной дверной ручке.

Да, дрожала, но на этот раз всё было иначе.

Ты под опьянением. Позволь этому подействовать и прогнать твой страх!

Дерьмо, какая жалость!

Мой взгляд упал на мои босые ноги на последнем пороге перед церковной дверью. Ещё один шаг. Я не чувствовала боли. Мой разум онемел так же, как пальцы ног.

Давай! Вытащи оттуда свою тётю!

Дверь тихонько скрипнула, медленно открываясь передо мной.

Меня охватило успокаивающее тепло.

Успокаивающее?! Нет, обманчивое!

Глубокий вздох поднял мою грудь. В маленьком нефе церкви никого не было видно. Ни священника, ни Альмы.

На долю секунды я удержалась от желания позвать. Неужели это место поглотило мою тётю? Свечи на алтаре мерцали. Они всегда горели? Круглосуточно?

Деревянный Иисус над алтарём кровоточил от ран, нанесённых терновым венцом, и от его страдальческого взгляда у меня побежали мурашки по коже.

Ты её видел? Где моя тётя?

— Альма? — тихо прошептала я, направляясь к исповедальням. Это место заставляло моё тело бунтовать. В детстве в этой церкви у меня регулярно случались панические атаки, пока я наконец не перестала сюда ходить. Да и вообще в любую церковь мира. Мои колени неконтролируемо дрожали, и если бы не жар травы в моих венах, я бы точно не сделала ни шагу. Я бы просто осела на пол, и, если бы повезёт, на следующее утро меня нашёл бы кто-нибудь, кроме проклятого священника.

— Альма, ты здесь?

За алтарём находилась узкая деревянная дверь. Она была приоткрыта, и изнутри мерцал тёплый свет свечей.

Этот запах... затхлый запах свечного дыма. А ещё прохладная аура каменных стен. Чистый ужас! Собрав все силы, я отогнала образы, преследовавшие меня с детства.

За этой сомнительной дверью раздался громкий хлопок, как будто что-то упало. Я вздрогнула от ужаса. И еще один, за которым последовал стон. Неужели там кого-то пытали?

— Тётя...

Я осторожно приоткрыла дверь чуть шире. Факелы беспокойно мерцали на шершавой стене подвала, и лестница вела вниз. Снова стук, и на этот раз от него по спине пробежали мурашки.

Недра церкви... я реально хочу это сделать? Пока я колебалась, моя нога уже стояла на первой ступеньке. Неприятное ощущение, совсем неприятное.

Как будто по собственной воле меня тянуло всё ниже и ниже, и вдруг... у меня перехватило дыхание... я увидела его. Он стоял на коленях, совершенно голый, перед большим каменным крестом, увитым плющом, его татуированная спина была покрыта кровавыми рубцами, в руке он держал кожаный хлыст. Что, ради трех дьяволов...

В ужасе я прислонилась к холодной стене позади меня. Кожаный хлыст снова соскользнул по его голой плоти, и он содрогнулся, задыхаясь. Кровь сочилась из узкой трещины над основанием креста на его спине. Этот крест... мое тело задрожало. Я видела этот самый крест. Во сне. На нем. Но... как мое подсознание могло узнать о его татуировке? Это было просто невозможно. Это было невозможно!

Дрожа, я пыталась на ощупь вернуться к двери, но ноги не слушались, а взгляд был прикован к нему, словно я под гипнозом. Его подтянутое тело блестело от пота; Я видела, как он вздрогнул от следующего удара, согнувшись вперёд и глубоко вздохнув, чтобы выдержать боль. Какого чёрта кто-то мог так поступить с собой? Неужели этого требовал их бог? Что это за бог?

Горло сжалось, и я с трудом сглотнул. Милосердный бог? Благосклонный бог?

Бог, который лишь наблюдал за тем, как ОН отнимает у тебя детство!

Ярость снова вскипела во мне. Мои руки сжались в кулаки, и я пристально смотрела на огромный каменный крест, отбрасывавший на меня тень. Очевидно, когда-то это был какой-то алтарь. Возможно, для тайных молитв? Природа уже отвоевывала