Это сплаттерпанк, мать его! - Джон Скипп

что мне есть что вам сказать, понимаете? Но я постоянно смотрю ваше шоу, и оно меня очень трогает. Вы такая смелая, сильная и веселая. Я бы хотела быть такой, как вы. Я считаю, что вы – самая великая женщина в мире. Я правда так считаю.

Но проблема в том, что я совсем на вас не похожа. У меня совсем нет смелости. Думаю, самое смелое, что я сделала, – это написала вам это письмо, и, наверное, у меня даже не хватит смелости отправить его по почте.

Видите ли, у меня есть проблемы. Я знаю, что в большинстве из них виновата сама, но я просто не знаю, как их решить. Когда я думаю о том, насколько запутанной стала моя жизнь, мне иногда кажется, что надежды нет. Все слишком сложно, понимаете, о чем я? Но потом я смотрю ваше шоу, и у меня появляется надежда. Я вижу, как все эти женщины преодолевают невероятные трудности, как они честно и открыто говорят о своих чувствах, и мне бы хотелось так же, но я не могу. Иногда я по-настоящему пугаюсь, как тогда, когда вы два дня подряд показывали истории о насильниках или о людях, написавших книги об убийцах, вроде "Сына Сэма". А иногда вы меня смешите, как тогда, когда вы показали историю Мела Гибсона и того чернокожего мужчины. А иногда вы заставляете меня задуматься, как тогда, когда вы показали историю Ширли МакЛейн. Я имею в виду, что это было настолько невероятно, что я не знала, что и думать! Но чаще всего я плачу. (Не то чтобы мне нужна была помощь, спасибо!) Просто я вижу в этом так много от себя, от того, что происходит в моей жизни, и не знаю почему, но чаще всего это только еще больше сбивает меня с толку. Думаю, сегодня я пишу вам, потому что вы снова показали ту женщину, доктора Сьюзан Форвард. Знаете, ту, что написала "Мужчины, которые ненавидят женщин, и женщины, которые их любят"? Я никогда раньше не слышала слово "мизогиния", но теперь оно у меня в голове, потому что мой парень такой же. Он постоянно меня унижает. Не разрешает мне ни с кем дружить. Когда я пытаюсь выглядеть красиво, например покупаю новое платье, крашусь, делаю прическу или что-то в этом роде, он говорит что-то типа: "И что это вообще за шлюха передо мной?" Клянусь, иногда это сводит меня с ума. Проблема в том, что я могла бы дать ему отпор, но у меня плохо с головой. Мой врач, доктор Химмлер, говорит, что у меня случаются приступы в лобной доле мозга. Вот почему мои мысли скачут как сумасшедшие. Лекарства, которые он мне прописал, очень помогают: 1600 мг лития и 500 мг нового препарата под названием тегретол, который, по его словам, подавляет судороги. Но я все равно не могу контролировать свои действия, к тому же мой парень еще более неуравновешенный, чем я. У него другой врач, и он принимает много перкодана и сиропа от кашля, который, кажется, называется "Гикатус". Я знаю только, что в нем много кодеина, и когда он его принимает, то становится таким безумным и злым, что я боюсь за свою жизнь. Хуже всего то, что у меня есть маленькая дочь. Ее зовут Николь, но я зову ее Никки. Ей всего шесть лет, и она не понимает, что происходит, но я знаю, что она ненавидит Дейла, и думаю, что она ненавидит меня за то, что я позволяю ему жить здесь. Я бы выгнала его, но боюсь, что он не уйдет, а просто будет бить меня еще сильнее и, может быть, причинит вред Никки. Не думаю, что смогу жить, если он хоть как-то навредит Никки. Вот в чем моя проблема. Я не знаю, что делать. Я даже не знаю, зачем пишу вам, но если бы вы были на моей стороне, я бы смогла все. Я понимаю, что прошу слишком многого, но если бы я однажды попала на ваше шоу, клянусь богом, я бы выложила все как на духу, и, может быть, кто-то узнал бы, как мне больно, и помог бы мне, а может быть, и другим женщинам, оказавшимся в такой же ситуации. Это самое прекрасное в вашем шоу. Ты понимаешь, что ты не одна. Это самое прекрасное, что может быть в жизни. Я люблю вас, Опра, и надеюсь, что вы прочтете это письмо. Если вы не сможете ответить, я пойму. Я желаю вам всего самого прекрасного в мире и благодарю вас за то, что вы мне дали.

С любовью,

Дороти Эбигейл Нефф

ПОМЕТИТЬ КАК ВЕЩЕСТВЕННОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО "А"

После того как ее вырвало и она выпила таблетки, к ней начало возвращаться самообладание. Она ощущала его как холодную силу, разливающуюся по позвоночнику. Она чувствовала его в своих движениях, в их уверенности, в ощущении, что она сама управляет собой, а не просто плывет по течению. Она обращалась к тем своим сторонам, которые уже давно не проявляли себя. Но они все еще были там. И они все еще работали.

Она посмотрелась в зеркало в ванной. Лицо опухло и приобрело неестественный цвет. Она была уверена, что это будет отлично смотреться в выпуске новостей на 8-м канале. Одна картинка стоит тысячи слов... и, конечно же, она вспомнила бедного Базза Ройера, его мертвенно-бледные глаза в те последние мгновения на экране. В том, как он приоткрыл губы, чтобы проглотить смерть, было что-то от любовного поцелуя... а потом она снова оказалась в ванной, и часы продолжали тикать.

08:11

Пора двигаться дальше.

Все начиналось неплохо. Отец был менеджером по продажам в компании, одной из крупнейших мировых производителей строительной и горнодобывающей техники, и зарабатывал 50 000 долларов в год. Мама с пышной прической посещала садовые клубы и церковные мероприятия. Они любили ее, но всегда держались на расстоянии. Они учили ее быть вежливой, послушной, чистоплотной и, самое главное, всегда улыбаться.

Дотти училась посредственно, не видя в этом особого смысла, и в этом не было ничего плохого. Она была достаточно способной, но ей было трудно проявлять энтузиазм. Главное – быть милой, не высовываться и улыбаться. У нее всегда были друзья, она всегда ходила на вечеринки, и когда-нибудь она встретит мужчину, который будет о ней заботиться.

Но примерно через год после окончания школы она начала серьезно увлекаться легкими наркотиками. Время потекло по