Ненормальность - Нина Море

Слышу, как Матвей ухмыльнулся за спиной, и склонился к моему уху, почти прикасаясь губами к мочке.

- Они не смогут сделать больше того, что им позволено… - говорит, улыбаясь, я это чувствую… Как и ту дрожь, что резонирует во мне от голоса Матвея. Но мне слишком страшно, чтобы оценивать свою реакцию. - Им позволено не много...

Матвей ведет себя иначе. Он никогда еще не говорил с такой мягкой интонацией, и не улыбался так часто за раз… Неужели, это из-за уменьшенной дозировки лекарства? И Матвея совершенно не пугает то, что кто-то шевелит ручку с обратной стороны двери. Как и то, что кто-то смотрел в окно моей комнаты… Их много!

Матвей, все также, стоя у меня за спиной, берет мою ладонь и кладет ее себе на руку, а после проводит ею ближе к своему локтю. Я ощущаю подушечками пальцев его кожу, мышцы, пока Матвей не останавливает мою ладонь на шраме. Понимаю, что это шрам, словно от укуса.

- Они могут только пугать… Но иногда, когда проявишь слабость, кусают. – Матвей ведет моими пальцами по очертаниям шрама.

- Это волки? – голос дрожит.

- Они…

- Но… как они могут… касаться ручки? – не могу отвести взгляд от хлипкой деревянной двери, ощущая нарастающую панику. Там точно не животное. Там… за дверью тот, кто имеет руки.

- Когда побеждаешь одного, он убегает, поверженный… Но позже, приходит не один… Но берет с десяток вместе с собой… Которые намного злее него…

Сглатываю тяжело от слов Матвея. А ведь произносил он это все с улыбкой, спокойно. Словно метафору. Словно так уже было, а он победил их. Словно это под силу каждому. И уже совершенно теряюсь, и понимаю, как меня сильнее прижимают к телу… А ручка движется все более отчётливее, но также плавно. Словно дразня… дразня страхом...

Все похоже на какой-то сюрреалистичный сон. Так не бывает. Я схожу с ума… Это место сводит с ума…

- Что им нужно? – спрашиваю, ощущая согревающие объятья Матвея… Он утешает, проводя носом о мой висок… унимая мою дрожь... только ту, что отвечала за страх перед страхом.

- Сейчас? Им нужен наш страх, доведенный до отчаяния. А у слабого заберут и все остальное…

- Что?

- Душу.

Вздрагиваю от его последней фразы. Заберут не жизнь, но душу… Моя душа, по факту, слабее, даже чем тело. Неужели все это взаправду.

- Но здесь им нечем поживиться… Ты же не боишься их, Катя, - говорит на ухо, опаляя дыханием. – Ты сильнее их…

Матвей открывает дверь справа от себя, напротив двери моей комнаты, в которую я уже не смотрю, чтобы никого не увидеть в окне. Тянет меня в новую комнату, которая была закрыта до сих пор.

Помещение напоминает библиотеку, старую и захламленную. Здесь темно, кажется, есть небольшой диван, окна занавешены гардинами.

- Переночуем сегодня здесь, - сообщает спокойно Матвей, запирая дверь на ключ.

- Они проникнут в дом? – я немного в панике и в замешательстве.

- Возможно… Но только сегодня, - так обыденно и запросто сообщает, обернувшись.

Матвей смотрит на меня спокойно, облокотившись о дверь, засунув руки в карманы брюк.

- Как это возможно? Они… они…

- Уйдут ни с чем, как и всегда. Один из них укусил меня… но завтра… они потеряют след к нам. – Матвей оттолкнулся от двери и подошел ко мне, немного наклоняясь к моему лицу. – Ты же не будешь больше убегать? – вопрос или констатация фактов?

Отрицательно кручу головой, получая оценивающий взгляд Матвея. Но затем, он оборачивается и ложиться на диван.

- Нужно дождаться утра. И их не будет. А пока, нужно отдыхать, Катя.

Я правильно поняла, что мне нужно лечь с ним рядом? Но я согласна. Лишь бы не быть одной. Поэтому, ложусь с Матвеем, спиной к нему, на предоставленную мне часть собранного старого дивана. Стараюсь не касаться его, но меня резко притягивают, обхватив живот, а следом обнимают, уткнувшись мне в шею...

- Тебе страшно, Катя?

Глава 12

- Тебе страшно, Катя? – шепчет Матвей мне на ухо, а я лишь прикусываю свой ноготь, не позволяя отвечать сразу… Нужно подумать…

Что Матвей хочет слышать… Что мне страшно? Для чего? Я все еще помню его причинно-следственные связи. Так… Зачем он хочет меня поцеловать? Зачем спросил? Из вежливости? А теперь он так серьезно ждет ответа. Ждет, когда я скажу, что «мне страшно». Но я не буду. Я боюсь… утонуть в этом…

Вторая рука Матвея скользит у меня под шеей, прижимая меня к нему уже сильнее, двумя руками. Одновременно с этим ощущаю… Я ощущаю присутствие в нашем доме посторонних. Жмурю глаза и хочу превратиться в материальную точку, потому что ощущаю… Нет не слышу… Все именно на уровне ощущений. Будто я глухая, но способна различить вибрацию на уровне шестого чувства от топота, что возник от великого множества… От топота, что ощущается на полу, стенке и потолке в соседних комнатах, вихрем, смерчем, круговертью.

Да… Мне страшно… было бы… Но от того, что рядом Матвей, я не боюсь, лишь сильнее обнимаю себя вместе с руками Матвея. А после, поворачиваюсь к нему, утыкаюсь в грудь. Я не хочу, чтобы мое лицо было открыто. Я хочу максимально спрятаться, как тогда, в заброшенном здании, в его куртке и объятьях. Матвей опять – мой мир в этом мгновении.

- Их много… - шепчу Матвею в грудь.

- Они пугают своим количеством… Но все равно, нас - большинство.

- Почему им позволено войти к нам в дом и пугать нас? – вспоминаю о том, что им что-то позволено… но только в определенной мере.

- Чтобы они ушли ни с чем. Чтобы мы верили, - Матвей опять говорит загадками…

- Чего они хотят?

- Принести отчаяние, отобрать надежду… растерзать… - вздрагиваю от последней фразы Матвея, но меня прижимают крепче.

- Зачем? Почему? – я не понимаю, что ими движет.

- От зависти, - ухмыляется Матвей. Он говорит так мягко, так спокойно, и я стараюсь слушать его убаюкивающую речь, а не вихрь и присутствие толпы, что будто собирается разнести в щепки все содержимое наших комнат.

- Чему они завидуют, Матвей? - осторожно протягиваю руку и