Мегаварево. Вдохновленная алкоголем антология экстремальных ужасов. - Рэйчeл Нюссбaум

Может, разойдется после пары пивасиков, - думал Кэмпбелл. - Может, я уговорю ее потанцевать, потрусь своим стояком об нее. Это ее заведет? А если я кончу случайно? Он глотнул "Сэма Адамса", как и троица сзади. Попытался придумать что-нибудь гламурное, чтобы сказать водительнице, открыл рот - и не издал ни звука.

Отчаянно пытаясь произвести впечатление на Кэндис, Норм и Энди соревновались в историях из серии "Я как-то раз так нажрался, что...". Объект их воздыхания, наблюдая, как они поглаживают костяшками пальцев ее открытые ноги, едва ли их слушала.

∿

"Ягуар" вывез их с шоссе на главную улицу, затем начал петлять в сети переулков. Наконец они припарковались перед домом, который Кэмпбелл узнал.

- Это же дом Мендельсонов, - сказал он с ужасом.

Действительно, остроконечное строение в виде буквы "А", с зеленой черепичной крышей и сломанными перилами крыльца, было узнано им мгновенно; он видел его раньше. И несколько раз, кстати, они с друзьями брали родительские тачки и приезжали к дому Мендельсонов, планируя проникнуть внутрь, но всякий раз трусили, швыряли пару камней в окна и удирали. Некогда веселый желтый фасад давно выцвел и посерел. Пень дуба, вырезанный в виде примитивного трона, торчал из заросшего сорняками газона.

В этот вечер все окна в доме были заменены на новые, а вечная табличка "ПРОДАEТСЯ" исчезла. Подъездная дорожка и обе стороны улицы были забиты машинами. Сквозь стены гремела канонада музыки, визги и вопли.

- О, так вы слышали об этом месте? - заметила Хестер.

Из-за ее спины Энди трубно рыгнул и сказал:

- Бля, да все слышали про дом Мендельсонов. Как там звали того чувака? А, точно... Эверетт Мендельсон. Он привез семью из Германии, ну, типа, лет сто назад что ли. Построил этот дом сам из какой-то особой древесины, которую вез с собой. А потом, по слухам, он свихнулся и задушил всю свою семью за одну ночь - жену и двух детей, да? А сам свалил, и больше его не видели.

- Потом въехали другие, - подключился Норм. - Та безумная телка, которая сунула руку в блендер, а после нее - те педики, которые совершили самоубийство вместе... засунули стволы в рот, пока драли друг друга в задницу, и разнесли мозги во все стороны. "Задница-разрядница" - поняли прикол? Были и другие жильцы - настоящие ублюдки. Но никто подолгу не задерживался.

Обернувшись к Кэндис и встретившись с ней взглядом, Кэмпбелл спросил:

- Ты и правда знаешь людей, которые въехали сюда... по своей воле? Они что, психопаты что ли?

- Ну, - ответила она, - они начинающие писатели, так что, наверное. Но пиво у них офигенное. Они варят... как его там... Эфирный IPA. Оно такое вкусное, что остановиться невозможно. Серьезно, я засыпала с кружкой в руке, просыпалась утром и допивала. У меня слюнки текут, как только вспоминаю.

- Да брось, - простонал Кэмпбелл. - Не может быть пиво настолько вкусным, чтобы оправдывать визит в это проклятое место, - повернувшись к хозяйке машины, он сказал: - Может, вы нас лучше отвезете обратно, Хестер... э-э, мисс Вэнс.

Она положила руку ему на плечо. Она прикасается ко мне! - подумал Кэмпбелл, будто пронзенный током. Все его страхи вмиг испарились.

- Не будь такой тряпкой, - сказала кинозвезда, изогнув губы в самой сексуальной усмешке. - Зайдем ненадолго... выпьем... потусуемся... познакомимся поближе. Будет весело.

От каждого ее слова у него дрожь проходила волнами по коленям.

- Ладно, - сказал он, желая накрыть ладонью ее руку и застыть в этом мгновении навечно.

- Вы двое идите, - сказал Энди. - А мы втроем расслабимся и... ну, "покайфуем" минутку.

Из кармана он достал трубку - прозрачное стекло помутнело.

Кэмпбелл никогда не любил мет. Хестер, видимо, разделяла его неприязнь.

- Ну что, идем? - спросил он ее, уже открывая дверь.

∿

У входа их встретила массивная смуглая фигура: лысый здоровяк в майке и слишком тесных джинсовых шортах. На платиновой цепочке болталась бриллиантовая соска. В руке он держал мешок из грубой мешковины, на лице серьезное выражение. Он был такой широкий, что полностью заслонял разгульную сцену за спиной.

Мужик не сказал ни слова, только половина его моноброви вопросительно приподнялась. Кэмпбелл ждал, что Хестер скажет хоть что-то, но кинозвезда лишь нежно положила ладонь ему на поясницу - словно он был куклой чревовещателя, которую она могла заставить заговорить. Судя по всему, она оказалась права: Кэмпбелл услышал, как сам произносит:

- Э-э, привет. Мы здесь на... вечеринку.

Им вручили черные повязки. Хестер и Кэмпбелл переглянулись и пожали плечами. 

∿

Их передали незнакомой женщине, которая взяла каждого за руку и повела сквозь толпу гуляк, оказавшихся весьма щедрыми на прикосновения и ощупывания.

- Эй! - протестовал Кэмпбелл раз двадцать, пока его задницу и причиндалы грубо лапали незнакомцы.

Наконец они добрались до перил.

- Подвал внизу, - пропела их проводница самым зловещим тоном, едва различимым из-за басовитой музыки, и скрылась там, откуда пришла. - Снимете повязки внизу, - были ее последние слова.

∿

Когда повязки были сняты, Кэмпбелл первым делом увидел на стенах ультрафиолетовую краску: планеты и созвездия, пентаграммы и свастики, пиктограммы и жуткие каракули - и все неоновых цветов, режущих глаза. Чувствуя себя чужеземцем в чужой стране, будто он окончательно покинул Землю, Кэмпбелл повернулся к Хестер.

Она сияла своей кинозвездной улыбкой и кричала, стараясь перекрыть шум:

- Давай возьмем себе выпить!

Оттесненная на периферию, утварь для варки пенного - ложки, воронки, сифоны, ферментеры и котлы - стояла немытая, заброшенная, бездействующая. Там же валялись хмель, солод и дрожжи, а также открытые коробки с сотнями пустых бутылок - стражей, чьи стеклянные горлышки, казалось, застыли в беззвучном вопле. Главное же внимание привлекали стопки пластиковых стаканчиков и возвышавшиеся на отдельных деревянных стойках из тропического дерева кувшины с мутно-янтарным зельем, увенчанные пенными шапками - главное средство для общения на этой вечеринке. Десятки незнакомцев толпились со всех сторон, пробуя питье. Одетые в официальные костюмы и хипстерские тряпки, они потягивали и нажирались - с лицами, казавшимися смутно знакомыми.

Кэмпбелл и Хестер взяли себе по стаканчику, наполнили и осушили. Когда Кэмпбелл уже собрался налить себе еще порцию того напитка, который показался ему довольно вкусным, кинозвезда приблизила лицо к его, словно собираясь поцеловать.

-