Кровавое месиво: Мерзкие истории - Торстен Шайб

- Да, сговорчив за пачку купюр, - угрюмо ответил он.

Она заставила его платить и даже не собиралась компенсировать хотя бы часть расходов. Видимо, он должен был считать потраченные деньги как инвестицию в долю от будущих находок.

Она кивнула на блокнот в руках Кристофера. Это был потрепанный молескин с бесчисленными вклеенными и вложенными между страниц листками. Выглядел так, будто принадлежал Индиане Джонсу.

Археология, поиск сокровищ, грабеж могил - это все как-то связано, да? Причем она олицетворяла Лару Крофт. Настоящую и реально офигенную. Что-то вроде того. Может быть.

- Нет, я скажу тебе, как все было. Он и все остальные охотники за сокровищами десятилетиями безуспешно пытались найти это место. А удалось нам - одним-единственным.

От этой мысли она казалась взволнованной.

Он уставился на нее с недоумением.

- Скажи только, что ты правда веришь, будто там есть сокровище?

Это было нелепо. Впрочем, не более нелепо, чем заблуждение, в которое впал он сам. Он и вправду поверил, что Штирия - прибрежный штат, как утверждалось в интро к старому фильму с Николасом Кейджем[10].

И еще он, очевидно, неправильно понял тот знаменитый, но унылый музыкальный фильм и посчитал Зальцбург отдельной страной[11].

- Думаешь, там нацистское золото?

Он на мгновение мысленно посмеялся над неожиданной и странной наивностью женщины. Затем вспомнил, что минутами ранее заплатил деньги за право искать золото, и это изрядно подпортило ему удовольствие.

Она улыбнулась. Мягко и снисходительно. Очевидно, он снова совершенно неверно истолковал ее мотивы. Она забавлялась над ним, а он ненавидел поднимающееся внутри чувство маленького мальчика, который только что набедокурил и получил нагоняй.

- Если ты думаешь о золоте и драгоценностях, то ты на ложном пути. Это идиотизм. Но все, что находится в том убежище, - настоящее сокровище. Уже одна история того, что здесь случилось...

Ну да, ну да. Какой ему интерес до той херни, что случилась десятилетия назад? Это просто страшилка из далекого прошлого, и ничего больше.

Что ему нравилось во всей этой истории, помимо самой поездки на машине, - это аспект охоты за сокровищами. Неожиданно, но ему это понравилось. И теперь, когда он "отведал крови", он хотел довести эту проклятую охоту до победного конца.

При этом он прекрасно понимал, что его дурят. С первой же встречи с Кассандрой его член взял управление на себя, а мозг постоянно недополучал кровоснабжения.

- Но, Кас... - начал ныть он, и она раздраженно фыркнула.

- Ты видишь дыру и думаешь только о том, как бы засунуть туда свой член. Все остальное тебе, видимо, похуй. Твои мысли заняты исключительно вагинами, парень из Канзаса.

Она умела быть довольно грубой, когда хотела. Особенно в сексуальном плане он каждый раз был в шоке. Такая неприкрытая прямота не встречалась ему вне порнофильмов. Возможно, эта пошлая болтовня тоже относилась к тем вещам, которые имел в виду его отец.

- Даже чудо того, что мы нашли место, которое искали десятилетиями, проходит мимо тебя, не задевая. У Грубера были все эти годы на поиски, начиная с пятидесятых. И все равно он ничего не нашел, иначе нас бы здесь не было. Мы - первооткрыватели. Мы узнаем, что там заныкал тот нацист, Рихтер.

Она действительно садистка, - подумал он насмешливо, глядя, как она стоит. Она сверкнула на него гневным взглядом. И все из-за того, что он... а, да пофиг. Пусть будет по ее.

- Извини, Кас, - сказал он, стараясь выглядеть как можно более сокрушенным. - Я просто нервничаю. Несу какой-то бред.

- К тому же ты жалкий лжец. Я рылась в архивной пыли и выглядела при этом как настоящая библиотечная крыса.

- Да ебаный в рот, я просто хочу развлечься, - взвился он, но тут же замолк под ее ледяным взглядом.

Она смотрела на него как на законченного филистера. Полного придурка. Однако, видимо, ее устраивал его член, иначе она бы уже давно его отшила. Такая женщина, как она, не стала бы долго возиться с неудачником в постели. Ей это ни к чему.

Я для нее дурачок, который неплохо трахается, - подумал он с досадой. - Ну, охуеть просто!

Вот черт, Кассандра!

Ее ухмылка в этот момент была отнюдь не приятной. Зато он кое-что заметил, наконец-то. У этой женщины и вправду есть слабое место!

Ты боишься темных дыр в земле. Но этим меня не испугаешь, милая. Теперь-то я тем более хочу отыскать сокровище.

- Представь себе всю ту великолепную грязь, которую мы найдем. Землю. Дождевых червей, корни и кротов. Гниль и тлен, развалившуюся мебель и всякую такую хрень. Разве это не божественно? Историческое место. А ты мыслишь примитивными шаблонами и заезженными штампами. Тупо. Жадно. Охотник за сокровищами, невежда.

Она сделала драматическую паузу.

- Меня это заводит. Я уже мокрая. Отыщи сокровище, мой герой!

Что? Как это?

Она что, издевается? Это еще что?

Отвратительный цинизм! Попробуй пойми этих женщин. Особенно эту капризную диву. Она была впечатляющей, но утомительной. Его стали посещать мысли, что с кукурузно-белокурой девчонкой из Канзаса ему было бы куда лучше и проще, чем с этой сложной европейской интеллектуалкой-стервой.

- Тупая пизда, - пробурчал Кристофер тихо.

И получил пощечину.

Мгновенно.

Довольно сильно.

Абсолютно неожиданно.

В ее глазах сверкнула ярость.

Он отшатнулся и плюхнулся на задницу. Одна из шпилек нацелилась ему между ног. Ох, бля! Если она действительно пнет, он может попрощаться с яйцами. Носить эти штуки со стальными стержнями вместо каблуков на такую вылазку - это извращение. Она была законченной фетишисткой.

Восхитительно.

Соблазнительно.

Пугающе.

- Скажешь мне еще раз "тупая пизда" - и заговоришь на пару октав выше, понял? Единственная пизда, которая может называть меня пиздой, - это я сама. Если хочешь узнать, каково быть евнухом, просто скажи. Я легко это устрою. Тебе понятно, Кристофер?

- Ладно, извини, пожалуйста. Я не то хотел сказать.

Вот блин! Он поднял руки в примирительном жесте и изобразил то, что по его замыслу должно было выглядеть как извиняющаяся улыбка. Как же с ней сложно...

- Тогда лучше молчи. А иначе я перекрою тебе физиономию. Пизда - это сексуальное слово. Сочное, похотливое, женственное. У меня есть пизда, я люблю пробовать и лизать пёзды. Я люблю свою пизду. Я нахожу пизду офигенной. У вас, мужиков, нет права использовать это прекрасное слово, чтобы делать из него ругательство. Это типичное мужское варварство.