Подруга лешего - Людмила Семенова

гостьям. Затем, предоставив молодым духам веселиться, он побеседовал с колдунами, и особенно его заинтересовали двое. Первый, рослый и сухопарый мужчина лет сорока пяти, прибывший с Аляски, был одет в кожаную рубаху с бахромой, украшенную изображением ворона, а черные волосы, заплетенные в две косы, украсил клочками меха. Его осунувшееся, почти бронзовое лицо с узкими губами, острыми зубами и маленькими сверкающими глазами слегка напоминало Илье духа голодной зимы Вендиго, как его изображали на рисунках.

Индейский шаман поведал, что недавно вернулся из некоего Патруля, который занимается охраной параллельных миров и расследованием преступлений с использованием магической силы. Илья никогда еще не слышал о такой организации и сразу захотел узнать побольше.

— Патруль создан из колдунов и духов от вымирающих народов, истребленных или лишенных национального уклада, — пояснил индеец, — как наш или ваш, Водяной Змей (Илья успел поведать ему о своем природном тотеме). Его состав обновляется раз в несколько лет, и так же меняется место дислокации. И попасть туда непросто: никто не знает в точности, за какие заслуги и качества тебя отметят. Но вербовщики постоянно бродят в людском мире, в том числе и на таких праздниках, и приглядывают за нами.

— Что же это? Почетный отряд или сборище отверженных? — задумчиво спросил Илья.

— А это понимай как знаешь! — снисходительно улыбнулся гость. — Но одно могу сказать точно: после такой службы уже никогда не останешься прежним, и это касается как нас, так и духов.

— Это с чего бы? Мы и так всю жизнь на людей охотимся, почему же здесь должно быть что-то особенное? — удивился Рикхард.

Шаман пристально взглянул на лешего и произнес:

— Так попробуй сам, хозяин леса! Если когда-нибудь вызовут твоего проводника, ты можешь добровольно пойти с ним. Я, конечно, не скажу, что именно вас ждет, — знаю только, что прежними вы не будете.

— Да поздно мне уже! — отшутился Рикхард. — И на кого я сейчас лес оставлю?

К сожалению, больше никаких подробностей о Патруле Илье не удалось вытянуть из индейца, и он решил, что позже непременно наведет справки. Вторым заинтриговавшим его гостем был пожилой русский мужчина в простой непримечательной одежде, с седыми усами и чуть вьющимися волосами. Тот представился Всеславом Бородиным и вручил Илье бочонок крепкого кваса.

— Признаюсь, даже неловко принимать от вас дар как от гостя, — сказал Илья, пожав ему руку. — Все-таки наши народы много лет уживались на этой земле нормально — и колдуны, и простые люди, и мы с вами уж точно не в ответе за прошлое.

— Ну, у богов на этот счет другое мнение, Илья, — вздохнул Всеслав, — за некоторые вещи долго приходится расплачиваться. Время рассудило наши народы по-своему — ваш вымирает, наш одержим чистыми силами, а для ведьм хрен редьки не слаще.

— Чистые силы? Что вы имеете в виду? — удивился Илья.

— Если мы, по их разумению, нечисты, должны быть и чистые! Только как я погляжу, у них вся мощь в том, чтобы заставлять людей недоедать и окунаться в ледяную воду, плюя на их души. Если иных способов воздействия они не знают — что же, мне трудно их уважать.

— Да, мне подобное тоже не раз приходило в голову, — философски улыбнулся финн. — А чем вы занимаетесь сейчас? У вас есть ученики?

— Увы, пока не нажил! Да и мало практикую как колдун, не то что в молодости, в основном лечу травами и заговорами, — пояснил Всеслав. — К счастью, у меня сохранилась дружба с нашими духами, и они пропускают меня на такие сборища.

— Это дорогого стоит, — заметил Илья. — Мой наставник тоже до последнего не терял связи с ребятами, хоть уже и не мог сюда приезжать. Надеюсь, так будет и у меня, а потом у моего сына.

— А наставник вам, я так понимаю, не родной?

— По крови нет, да и по происхождению тоже — он из Суоми, а я из Ингрии, но нашему сотрудничеству это не мешало. А дар мне достался от прабабки Катарины Хиетала, которую когда-то звали просто старуха Кайса.

— О да, мне это имя известно, — кивнул Всеслав. — Только в колдовском мире о вашей прабабке ходят весьма неоднозначные слухи!

— Это не слухи, Всеслав, — произнес Илья, нервно сглотнув, — к сожалению, это правда. Мне самому горько, что Кайса пошла по такому пути, но я не могу ее осуждать: после стольких потерь ее рассудок просто не выдержал.

— Вы уверены, что дело в этом? Знаете, за такое даже в блокаду казнили без разговоров, а там у людей жизнь была потяжелее!

— Ведьм судят иные законы, и поверьте, она свое наказание получила. А если по-честному, Всеслав, то любого или любую из нас поскребешь — такой мрак полезет! Но что делать, если он идет в комплекте с навыками? Или скажете, что вы не такой?

— Ну, до вашей прабабки мне не допрыгнуть, но и святошу из себя строить не стану, — улыбнулся Всеслав, — тут вы в целом правы. Но игры с мраком не менее опасны, чем с огнем: уж больно затягивают! Вы когда-нибудь хотели лично пообщаться с Кайсой и узнать, как она до этого дошла?

— Конечно, — искренне ответил Илья. — Мне интересно понять ведьм того поколения, которые практически не стесняли себя моралью. Молодежи до них далеко, мы привыкли представлять их уродливыми старухами, которые от нечего делать наводят ураганы и превращают детей в мышей. А ведь у них была своя мудрость, до которой человеческий ум просто не дотягивает, потому и объявил их изгоями.

— Боюсь, все не так просто, но ваша точка зрения мне нравится, Илья. Я всегда уважал людей с принципами.

— Могу то же сказать о себе. Знаете, я искренне рад нашему знакомству и надеюсь встретиться снова, в менее шумной обстановке. Все-таки, учитывая историю, нам наверняка есть что друг другу рассказать.

— Не сомневаюсь! — благодушно улыбнулся Всеслав, и на прощание они еще раз обменялись рукопожатиями.

*Доброй ночи (фин.)

**Верховная богиня леса в карело-финской мифологии, супруга Тапио

***Чета верховных божеств воды в карело-финской мифологии

****Земля Ингрии (фин.)

*****Счастливого Первомая! (фин.)

Глава 11. Не оглядывайся

Пока колдуны и старшие духи беседовали, молодежь предавалась танцам и играм, а некоторые отправились на охоту — особенно гости, которым не терпелось исследовать местный лес и водоемы. Финская и русская нечисть уже знала их как свои пять пальцев, поэтому предпочла веселиться на берегу. Парни затеяли борьбу на палках, перетягивание веревки и армрестлинг, в котором