Падение клана Шэ. Том 2 - Ло Ян

Фэнбао покорно поскакал за ним вниз по камням, ухмыляясь. Сражения, в которых не было проигравших, ему нравились.

– Настоящее клеймо для воина – боевая рана. Давно сошли твои клейма. Попытайся-ка теперь поставить новые, – подразнил он.

Цзюэ в прошлый раз, как обычно, постарался на славу. Фэнбао после его стараний делался от синяков пятнистым, как снежный барс. Жаль только, ненадолго. Смертные, как мало от них остаётся памяти… Единственное, что навсегда, – раны, истекающие золотой лавой.

Святилище вышло ровно такое, как задумывал Ван Сиюй: небольшое, но со статуями львов и черепах, несущих памятные стелы. Уютное даже: молельный зал и гостевые домики, просторные и светлые, дышали уютом. Это всё ещё был дом клана Шэ, хоть и призрачной его части.

На церемонию поклонения предкам девчонка Шэ не приехала. Говорят, роды были тяжёлые, детёныш пытался вылезти ногами вперёд. В итоге оба чуть ноги не протянули. Зато сегодня…

Он усмехнулся, выплеснул грязную воду и, бросив метёлку в ведро, побежал с горы вниз. Ладно, чего себе-то врать! Конечно, он соскучился и по малышу Юаню, и по его девчонке. И что там за детёныш у них получился, интересно было взглянуть. Как там его назвали…

Фэнбао спрыгнул с лестницы на горную тропинку и остановился. Гнилостная вонь коснулась его ноздрей: она приближалась, хотя ветра не было. Значит, какая-то тварь опять страх потеряла. Фэнбао тихо зарычал, снял с пояса кнут и в мгновение ока взлетел на ветку.

Он ждал волков – они были к демонической скверне уязвимее всего, потому что ближе подбирались к деревне.

Но нет, на тропинку вышел тигр.

Он был страшен и худ: кости ходили ходуном под свалявшейся, потерявшей блеск шкурой, багровые язвы влажно блестели на тощих боках. Зелёные мясные мухи жужжали вокруг. Зверь выглядел словно труп, несколько дней пролежавший в канаве, но Фэнбао чувствовал: его разъедает изнутри скверна. Он ещё не сдох, но уже скоро испустит дух, и тогда уж вернётся настоящим демоном.

Оставалось только успокоить его как следует.

Он старался ударить кнутом бесшумно, но чуткое тигриное ухо дёрнулось. Удар прошёл мимо, сбив листья с бамбука и взметнув пыль. Фэнбао раздражённо цыкнул и прыгнул вниз, так, чтобы приземлиться кошке прямо на спину.

Это у него получилось: такой скорости тигр не ожидал, взбрыкнул, почувствовав, как что-то тяжёлое приземлилось ему на хребет, зарычал, оскалившись, но поздно, кнут обвился вокруг мощной шеи.

– Ха! – Фэнбао натянул его, словно поводья, заставляя зверя вскинуться на дыбы. Правда, забыл, что имеет дело не с конём, а с котом: тигр, в попытках сбросить седока, опрокинулся на спину, всей своей тушей приложив Фэнбао об землю. И, не дав опомниться, извернулся, полоснул когтями так, что обычный человек уже распрощался бы с жизнью.

Фэнбао оскалился и зарычал, не выпуская кнута, но было поздно: натяжение ослабло, тигр, мотнув головой, выбрался из плена и отскочил.

– Не вздумай убегать! – рявкнул на него Фэнбао. – Я за тебя в ответе, шкура полосатая!

Тигр взревел на всю гору, припал к земле и прыгнул. Фэнбао не стал уворачиваться – напрягся, собирая ци, увеличился в размерах. Рога со знакомым, отдававшимся в ушах скрежетом полезли из черепа. Этого тигр, понятно, не предвидел, не успел увернуться в прыжке… И насадился белым брюхом прямо на острые полумесяцы рогов.

Фэнбао почувствовал, как от тигриной тяжести хрустнула шея, резко мотнул головой, сбрасывая добычу. Тигриная шкура лопнула, как прохудившийся бурдюк, и зловонная кровь окатила его с ног до головы. Туша отлетела, ударилась о дерево и затихла наконец.

Фэнбао, раздражённо отплёвываясь, подобрал кнут, привесил на пояс. Потом отросшими когтями не спеша разделал тигра, чтобы труп не встал демоном, закопал останки.

Липкая вонючая жижа засохла в волосах, стянула кожу. И на душе тоскливо было – хоть уходи в леса.

Если сильный демон подолгу остаётся на одном месте, начинает заражать скверной всё вокруг. Цзюэ говорил не беспокоиться, мол, чем больше демонов и осквернённых зверей школа победит, тем больше славы и заслуг… Да вот только жаль было тигра, – гордого хозяина гор, жаль было волков, неутомимо рыскавших в поисках добычи, чтобы кормить волчат. Жалко было медведей, с удовольствием набивающих животы бамбуковыми ростками. Оленей и лис. Всю живность, которая ни в чём не повинна.

А долго ли ждать, пока скверна перекинется на людей? Люди обычно держались дольше всех, совершенствующимся и вовсе было наплевать. Но нет ничего вечного.

– Ну уйду, – сказал Фэнбао тигриной голове, бережно опуская её в яму. – Погуляю где-нибудь лет пять. Подумаешь! Не в первый раз.

Но на душе кошки скребли. Не хотелось оставлять Цзю-эра, его семейку, даже ворчливую матушку. Кому он будет жаловаться на нерадивых учеников? Кто будет работать с крестьянами в полях, показывая, что клан Шэ не заносится перед соседями…

Дело буйвола таскать плуг. Быть свободным и никому не нужным – спасибо, накушался этого. Цин-эр ему показал, что каждый должен быть к своему месту приставлен.

Цин-эр… Сперва найти его, а потом уж будь что будет. Только вот если найти его, как потом вернуться в клан Шэ?

Он представил, как Цзюэ вскинется, как гневно засверкают его глаза, и усмехнулся, на душе немного просветлело. Цин-эр никогда тираном не был, знал, что ему, сыну Неба, принадлежит всё и все. Он и Цзюэ очаровал бы в конце концов – получилось же сухаря Ван Сиюя сделать своим верным соратником! Вот бы взглянуть на укрощение главы Шэ…

Но сперва отмыться. Не пойдёшь ведь встречать малыша Юаня в таком виде!

Он добежал до развалин беседки, которую Цзюэ специально не хотел восстанавливать, ему так почему-то было красивее. Хотел с разгона броситься в воду и замер.

На берегу возился человеческий детёныш – мягкий, в шёлковых одёжках. Он ходил вдоль кромки воды, размахивая палкой, и что-то бормотал себе под нос-пуговку, знакомо сдвинув густые бровки. Чёрные волосы, разделённые на пробор и скрученные в два пучка, торчали на головёнке, будто рожки. Что за маленький баоцзы! Неужто у малыша Юаня такой получился? Пахли они похоже…

Фэнбао перемахнул реку в узком месте и приземлился прямо перед детёнышем.

– Это кто же тебя отпустил одного гулять?

Малыш вздрогнул, побелел от страха, как тесто. Лишь тогда Фэнбао вспомнил, как выглядит: здоровый полуголый рогатый демон, весь в чём-то чёрном, и шрамы от тигриных когтей, небось, ещё не затянулись. Ему стало совестно. Но интересно.

– Кто тебе разрешил к воде подходить, малявка?