Время закрытия и другие истории - Джек Кетчам

- А вы знаете, что Адони только что запер входную дверь? - спросил Майкл.

Это была правда. Пара только что ушла, и Адони запер за ними дверь. Он шел к нам, улыбаясь и роясь в кармане рубашки.

- Если у вас есть сигареты, курите, - сказал он.

Он сунул в рот сигарету, прошел мимо нас и исчез на заднем дворе.

Я закурил. Майкл и Эми закурили. Арт закурил. Джо закурил, хотя только что курил. Роберт не курил. Герт порылась в сумочке, но потом даже она справилась.

Пара рядом с нами выглядела потрясенной - как будто они увидели привидение. Призрак прошлых баров.

- Я в это не верю, - сказал мужчина.

- Вы понимаете, что это противозаконно? - спросила женщина.

Вот оно - снова закон. Женщина была одержима.

- Бар для мужчины - его крепость, - сказал Роберт.

- Это общественное место, - сказал мужчина. - Здесь работают люди. Официанты, повара, помощники официантов. Не говоря уже о том, насколько это грубо по отношению к нам.

- Он сейчас начнет говорить о пассивном курении, - сказал мне Джо вполголоса.

- Доказано, что пассивное курение...

- Я же тебе говорил, - сказал Джо.

- Пассивное курение! - воскликнула Герт. - Точно.

На ее "Вирджинии слимс" были следы губной помады.

- Мы имеем полное право требовать, чтобы вы немедленно прекратили курить, - сказала женщина.

- Совершенно верно, - сказал Арт. - Вы имеете право.

- В таком случае мы просим вас немедленно прекратить курить.

- Извините, но нет, - сказал Майкл.

Вошел Адони. Было слышно позвякивание в его карманах. В уголке рта дымилась сигарета "Мальборо".

- У вас какая-то проблема? - спросил он.

- Мы попросили этих людей погасить сигареты, и я прошу вас сделать то же самое. Это возмутительно! Владелец знает об этом?

- Владелец - грек, - пожал он плечами. - К сожалению, курильщик.

- Мы только что заказали выпивку. Мы имеем полное право выпить в спокойной обстановке, без того, чтобы нам пускали дым в лицо.

- Тогда отвернитесь от дыма. Вот и решение.

- Вы что, не понимаете? - спросил мужчина. - Мы можем добиться закрытия вашего заведения за это!

- Я так не думаю. За первое нарушение штраф.

- Значит, вас оштрафуют.

- Вряд ли.

Он достал из кармана наручники, защелкнул один браслет на правом запястье парня, а другой - на блестящей латунной перекладине. Парень едва понял, что с ним произошло. Его подруга соскользнула с барного стула с сумочкой в руке с явным намерением удрать от всех этих сумасшедших, но Эми стояла перед ней, как и я, и Адони быстро приковал ее наручниками к перекладине. Он усадил их обоих обратно.

К тому времени мы уже хорошо знали, что делать, поэтому Эми покопалась в сумочке женщины в поисках бумажника, пока я доставал бумажник мужчины из внутреннего кармана его пиджака. Я передал его Майклу, больше в знак солидарности, чем по какой-либо другой причине. Он прочитал водительские права.

- Джеймс Уэйд Холт, - сказал он. - Эй, так ты мой сосед! Западная 69-я улица, дом 175.

Эми читала данные женщины. Она покачала головой.

- Они не живут вместе, - сказала она. - У нее дом 33 по Западной 48-й улице - в районе "Адская кухня". Джоанна Боуэн.

- Почему у нас в стране не принято давать женщинам вторых имен? - спросил Роберт. - Меня это всегда интересовало. Этого зовут Джеймс Уэйд Холт, а она - просто Джоанна. Это несправедливо.

- Нет, это не так, - сказал Джо.

- Что... что вы сделаете? Что вы собираетесь с нами сделать? - спросил Джеймс Уэйд Холт.

Женщина ничего не сказала, только с тревогой переводила взгляд с одного лица на другое.

- А ты знал, что жизнь стрекозы длится всего двадцать четыре часа? - спросил Майкл.

- Не знал, - ответил Роберт.

- Стелла? Дай мне, пожалуйста, блокнот, - попросил Адони.

Она протянула ему блокнот. Мы передали ему бумажники. Он достал ручку из кармана рубашки, открыл их и начал писать. В помещении воцарилась абсолютная тишина. Кто- то - вероятно, Стелла - выключила звуки греческой гитары. Закончив, он закрыл бумажники и положил их на стойку.

- Прежде всего, - сказал он, - вы не будете никуда об этом сообщать. Понимаете, я знаю ваши имена и адреса. Я сделаю копии для всех моих друзей, сидящих здесь, чтобы они тоже у них были. Однако вы их имен или адресов не знаете. Поэтому, если со мной или с рестораном "Санторини" что-нибудь случится, они будут знать, где вас найти. Через минуту я вас отпущу, вы допьете свое вино, а потом каждый из вас выпьет еще по бокалу, за мой счет, за счет заведения. Мы будем курить, потому что так поступают курильщики, и вы не будете жаловаться. Вы будете нашими гостями.

- Крокодил, - сказал Роберт, - не может высунуть язык.

- А что, если мы просто захотим уйти? - спросила просто Джоанна. - Я имею в виду, что, если мы с Джеймсом...

- Вы не уйдете, пока мы не скажем. Видите ли, мы делали это много раз. Не думайте, что вы первые так поступили и испытали из-за этого неудобства. Если бы вы просто ничего не сказали и ушли с мыслью "живи сам и давай жить другим", то все было бы хорошо. Но вы этого не сделали. Вам не причинят вреда, но вы будете терпеть то, что пришлось терпеть нам, чувствуя себя гражданами второго сорта в своем собственном городе. Это может разозлить вас. А нас это уже злит. Но такова жизнь, так ведь? Уйдя отсюда, вы обо всем этом забудете. В конце концов, у золотой рыбки память длится примерно три секунды.

Он снял наручники.

- Расслабьтесь и веселитесь, - сказал он. - А я скопирую ваши документы.

- Вы, ребята, потрясающие, - сказал Арт. Он рассмеялся. - Я опишу ваш метод на нашем сайте.

- Без имен и места, - сказал я.

- Само собой разумеется.

- Кстати, ни одно исследование не подтвердило, что пассивное курение может быть опасным для человека, - сказал Роберт. - Одно можно сказать наверняка: ваша одежда будет немного вонять. Моя всегда воняет. Но, черт возьми, друзья