Тайна старого пансиона - Елена Ликина

– Земниеку? – прошептала растерянно Ника. – Хлеб барздуков? Но где же я его возьму?

«У раганы! – прозвучала в голове подсказка. – Тебе нужно перенестись за ним в лес».

– Но как я покину дом? Отсюда нет выхода!

«Выход есть всегда! Подумай об этом!»

– Но… – Ника огляделась беспомощно, и внезапно её осенило: зёрнышки рунгиса! Ну конечно!

Ника успела позабыть о том, как Монах раздал всем по одному. Зёрнышки обладают волшебной силой! Они могут послужить ключом к выходу из пансиона!

Поискав по карманам, она вытащила крохотную крупинку. По силам ли будет такой перенести даже одного человека?

Вот сейчас и попробуем! Вложив зёрнышко в ладонь Марьяны, Ника сжала пальцы девушки и прошептала:

– Перенеси её к рагане! Пожалуйста! Быстрее!

Она ожидала какого-то движения, порыва ветра или хотя бы вздоха, но всё произошло совершенно бесшумно: Марьяна сделалась прозрачной и словно растворилась в воздухе.

– Получилось! У нас получилось! – возликовала Ника. – Только бы рагана помогла! Поделилась с Марьяной спасительным хлебом!

– Зачем ты отдала своё зерно? – Мрачная Илси наблюдала за Никой от стены. В руках убланича держала какую-то плошку – принесла для Марьяны поддерживающее питьё.

– Чтобы спасти подругу! – Ника решила, что не станет врать. – Я отправила Марьяну к рагане. Твоя хозяйка больше не сможет причинить ей вред.

– Дом погибает… – Взгляд убланичи сделался обреченным. – Я чувствую его слабость и угасаю сама… Мы все… все домовые… мы исчезаем… хозяйки предали нас… им всё равно… всё равно…

Ника подумала о сияющей молодостью Надежде Валентиновне. Значит, та не поделилась силой с домом, возможно, поэтому так резко помолодела… Пусть она лаума… пусть ненавидит людей… Но чем провинились домовые? Почему она предала самых близких? Тех, кто всегда под боком, всегда рядом! Послушно выполняет команды, поддерживает во всём, помогает…

– Что я могу для вас сделать? – Вопрос вырвался скорее из вежливости, Ника не представляла, как помешать этому процессу.

– Ничего… – прошелестела чуть слышно убланича. – Дому нужна хозяйка. Без силы лаум он не выстоит.

Ссутулившись, она повернулась к стене, и Ника едва успела перехватить её за накидку.

– Илси! Отопри двери. Выпусти меня! Я ведь отдала своё зерно и не могу ходить сквозь стены.

– Как это глупо… Всё зря… – Убланича ускользнула от Ники словно вода и, не оборачиваясь, скрылась в каменной кладке.

– Илси! Но почему?

Ника застучала по стене кулаком. Но Илси так и не вышла к ней.

– Только без паники! Без паники, ладно? – приказала себе успокоиться Ника. – Попробуем проверенным способом, у меня должно получиться!

Она всмотрелась в паутину, мысленно обратилась к кормилице: «Помоги мне выбраться из подвала! Проведи обратной дорогой!»

Но просьба осталась без ответа – не проявились золотистые глаза, не послали ей в помощь нить-проводницу. Волшебство закончилось. Ника осталась в ловушке.

26

Марьяну разбудил настойчивый щебет и щипки.

– Земниеку! Хлебушек! Земниеку!!

Пушистое, как одуванчик, существо суетилось рядом с ней, возило по губам коричневой обгрызенной коркой.

– Хлебушек! – Существо встопорщило розовые острые уши. – На-ка. Прими! Прими!

– Не… хочу… – прошептала Марьяна, но из горла вырвался лишь тихий всхлип.

Голоса не было. И почти не слушались губы. На грудь, там, где сердце, будто положили плиту.

– Хлебушек! На-ка! Прими! – не отставало существо.

Знакомая сморщенная мордочка придвинулась близко-близко.

Барздук по-собачьи обнюхал Марьяну, а потом пощекотал под носом девушки тоненькой колкой соломинкой. И когда Марьяна чихнула, ловко впихнул ей в рот кисловатый хрустящий кусочек.

Едва не подавившись, Марьяна забилась в кашле.

А потом произошло чудо!

Марьяна снова обрела себя!

Телу вернулась чувствительность. В голове болезненно задёргало, заныла ушибленная спина, засаднило содранное кашлем горло.

Повозившись, она смогла кое-как приподняться, и карлик подоткнул ей под спину мягкий вонючий ком тряпья.

– Спасибо! – прохрипела Марьяна. – Ты… меня… спас…

– Долг – платежом! Долг – платежом! – проверещал барздук и отпрыгнул в сторонку, освобождая место подошедшей рагане.

– Получше тебе. – Ведьма удовлетворённо кивнула. – Выпей теперь. Это травяной сбор. Отвар поддержит силы и укрепит твой дух.

– Вы так говорите, словно мне предстоит трудный выбор, – попыталась пошутить Марьяна, принимая чашку с тёплым питьём.

– Трудный выбор, – без улыбки подтвердила рагана. – От него будет зависеть всё.

«Что именно?» – хотела спросить Марьяна, но прежде прихлебнула пахнущий травами настой. От горечи защипало язык, а потом словно сняли заслонку – Марьяна вспомнила, что случилось в подвале пансиона. Вспомнила бунт Веника и Светуси, искажённое злобой лицо своей тюремщицы, липкий старушечий поцелуй…

– Как я здесь оказалась? Я ведь снова у вас, верно? В лесном домике-пне?

Это было действительно так.

В грубо сколоченном очаге весело потрескивали полешки, всё та же шкура лежала в углу. А вдоль стены выстроилась шеренга из книжек, старенькой утвари да кое-какого тряпья – рагана не жаловала порядок.

– Я у вас! – потрясённо повторила Марьяна. – Но… как??

– Тебя перенесло зёрнышко рунгиса. – Рагана помогла девушке сесть поудобнее, набросила на плечи старенькое клетчатое покрывало. – Отдыхай. Тебе нужно восстановиться.

Марьяна послушно закивала и задала новый вопрос:

– Откуда у меня взялось зёрнышко? Это барздук принёс?

Пушистый шарик встрепенулся, отрицательно замахал шерстяными ладошками: нет, нет, не я!

– Барздук притащил тебе гвоздь…

– Да, да! Я помню! Но зёрнышко… Откуда оно?

– Ты не знаешь, кто дал тебе зерно?

– Да… нет… хотя… кажется, знаю… – Марьяна запнулась и покраснела. – Это Миша! Монах! Больше некому! Он спас меня однажды…

– От ванасыга, – кивнула рагана. – Смелый парень. И редкий льстец.

Улыбаясь, она прошла к корзинке и, покопавшись в ней, извлекла обломок старого зеркала. Поплевав на него, протёрла подолом.

– Сейчас и посмотрим, кто дал тебе зерно…

Взглянув в очищенный осколок, рагана пошептала над ним и брызнула водой. Когда по стеклу заскользили дорожки от капель, протянула осколок Марьяне и велела смотреть. Марьяна послушалась – и ахнула: увидела в размытой картинке, как Ника вкладывает ей в руку зёрнышко рунгиса.

– Это сделала Ника! – Скрыть разочарование не получилось.

– Тёмненькая? Вскормленная Прядильщицей судьбы?

– Не понимаю… – удивилась Марьяна. – Кем вскормленная?

– Неважно. Забудь. Значит, это Ника пожертвовала тебе зерно.

– Пожертвовала… Так пафосно звучит. Ведь это всего лишь зерно!

– Видать, тебя хорошо приложило. – Рагана нагнула голову девушки и осторожно ощупала затылок.

– Больно… – пожаловалась Марьяна.

– Ничего. Заживёт. А зерно – это пропуск, ключ. Тебе ли не знать. Ника отдала своё, теперь она не сможет выйти из пансиона.

– Там же не только Ника. Там остальные. Нинель. Родион. Монах…

– И все в ловушке у лаум, как горошины в стручке. – Рагана подошла к очагу, поворошила кочергой поленья. И замерла, уставившись на пламя.

– Я вернусь! Отопру дверь! Помогу им