Хтонь за околицей - Саша Бакушкина

Девушка медленно удовлетворенно вздохнула, прикрыв на секунду глаза.

– Ну и напугал же ты меня, миленький, – мягко произнесла она, и Арсений подумал, что никогда в жизни не слышал такого нежного и приятного голоса. – Я уж боялась, что не смогу тебя выходить. Совсем плох был.

Арсений завороженно смотрел… В зеленые глаза с ореховыми вкраплениями, что придавало им цвет прелой травы. На еле заметные веснушки, россыпью лежащие на лице девушки. На растрепанные русые волосы, в которых запутались маленькие веточки и еловые иголки.

Заметив его взгляд, девушка встрепенулась и быстро поднялась на ноги.

– Я тебе отвар принесу. Еще лучше станет, вот увидишь. – Она широко улыбнулась, и Арсений заметил на ее лице легкий румянец.

Он с трудом улыбнулся в ответ, и девушка быстро скрылась за цветастой тканой занавеской. Арсений облегченно прикрыл глаза и медленно выдохнул. Он даже не заметил, что до этого не дышал. Наверное, боялся спугнуть этот сладкий сон.

Он медленно повел рукой по льняной простыне, осторожно вытянул затекшую ногу и с размаху впечатался голой ступней во что-то жесткое и очень холодное. Не сон!

Резко дернувшись, Арсений попытался сесть и тут же схватился за виски. Маленький каменщик знал свое дело.

– Твою же…

Сознание медленно возвращалось, забрасывая Арсения вопросами. Где я? Что со мной? Что с выставкой? Сколько я уже здесь? Что это за место? Туман в голове не давал сосредоточиться на одной мысли.

Кто эта девушка?

Он помнил, как она склонилась над ним в лесу и что-то говорила. Красивая… В ней было что-то такое, отчего в груди разгорался яркий огонек, который наполнял его теплом.

Согласится ли она пойти со мной на свидание?

Он широко улыбнулся от этой мысли и уставился в деревянный потолок.

– Чего улыбаешься? – произнесла Леся, склонив в сторону голову. В руках она держала кружку, от которой вился пар.

– Ничего, – ответил он хриплым голосом. – Просто… потолок у вас красивый.

Леся посмотрела наверх и рассмеялась.

– Ну да, красивый. Бревна, щели… – Она протянула Арсению кружку. – На вот, выпей отвар. От него боль пройдет и силы вернутся.

Он покорно сделал глоток. Как только отвар попал на язык, в груди защемило от тоски. Насыщенный аромат малины, мяты и лесных трав мгновенно затянул его в детские воспоминания: бабушкины блины с мачанкой в деревне, монотонное бормотание радио, теплая печь и легкий запах горящих поленьев, чай из веточек малины, тот самый, с медом, который лечил от всех болезней, а еще вечера в обнимку за просмотром мелодрам… Они казались маленькому Арсению такими скучными с их глупыми признаниями в любви и наигранными слезами. Но бабушка их так любила, а он любил ее.

– Как тебя зовут? – тихо спросила девушка, присаживаясь на скамью у стены и притянув к себе ноги. Она накрыла их подолом платья, обвила колени руками и положила на них голову.

– Арсений.

– Арсений, – повторила она. – Выходит, Сеня?

Он чуть улыбнулся и кивнул.

– А меня…

– Леся, – опередил ее Арсений, глупо улыбнувшись, совсем как мальчишка. – Красивое имя.

Вдруг бешеный поток мыслей снова хлынул в сознание, и его кольнула тревога.

– А где мой фотоаппарат? А еще я слышал выстрел… Кто-нибудь пострадал? Что со мной случилось? Почему я здесь? У меня выставка завтра. Я не могу вот так лежать. Мне в Минск надо, – судорожно выпалил он.

– Аппарат вон на столе лежит. Его вместе с рюкзаком мальчишки с озера принесли, – произнесла спокойно девушка, пожав плечами. – А ты совсем не помнишь?

Арсений покачал головой и допил отвар.

– Там, у озера, я нашла тебя тонущим в болоте. Я помогла выбраться, но ты воды нахлебался, не понимал ничего, и мне пришлось привести тебя сюда. А теперь тебе нужно отдохнуть, и тогда можно в Минск ехать.

Он почувствовал, как его снова одолевает усталость и клонит в сон. Где же обещанный прилив сил? Он посмотрел на девушку, которая все так же сидела на скамье и печально смотрела ему в глаза, положив голову на колени.

– А выстрел?

– Не волнуйся об этом. Все позади.

Леся поднялась со скамьи, взяла из его рук кружку и склонилась над его лицом. Русые волосы рассыпались по плечам, и Арсения окутало легким ароматом хвои. Девушка пристально посмотрела в глаза и толкнула его голову на подушку.

– А теперь, Сеня, засыпай.

Последнее слово прозвучало с такой силой, что тело разом обмякло. Арсений дернулся было что-то сказать, но глаза закрылись сами собой, и он погрузился в сон.

Он бродил по бескрайнему пространству, а вокруг то и дело вспыхивали эпизоды его прошлой жизни, планы на будущее, громкие цели и недосягаемые мечты… Время от времени он открывал глаза и видел рядом Лесю. Она подносила ему кружку с уже знакомым отваром.

– Выпей.

Он покорно делал несколько глотков.

– А теперь спи.

И он снова провалился в необъятную бездну сна и разглядывал яркие картинки своей жизни: Макс, разбитая дорога, выставка, лес, выстрел, зеленые глаза, Леся…

– Выпей… – слышал он ее голос во время пробуждения. – Спи.

И снова: Макс, выставка, выстрел, зеленые глаза, Леся…

– Выпей… Спи.

Выстрел, зеленые глаза, Леся…

– Выпей… Спи.

Арсений в отчаянии тянулся за ускользающими воспоминаниями, но они бесследно пропадали в пустоте. Он не знал, сколько это продолжалось. Два, три раза, может, сто.

Пока в памяти не остались лишь: зеленые глаза – Леся.

А потом наступило утро.

Арсений очнулся и глубоко вдохнул нежный аромат свежевыпеченного хлеба и вареного картофеля. Голова была пустой, ясной и легкой, а тело наполнено силой. Ему хотелось вскочить с кровати, куда-то бежать, что-то делать.

Внутри слабо билось тревожное чувство. Так бывает, когда кажется, что что-то забыл, но не помнишь, что именно. Арсений быстро отмахнулся от него и поймал другое: дом, в котором он находился, казался совсем родным, будто он всегда тут жил.

Занавеска отодвинулась, и в комнату вошла Леся. Она замерла в проеме, окинула его взглядом и расплылась в улыбке.

– Тебе лучше! Я так рада! – воскликнула она с довольным видом. – Вставай, пойдем я тебя со всеми познакомлю. Они давно ждут.

– С удовольствием, – сказал он и взял ее за руку. – Веди меня, красавица.

Солнце стояло высоко в небе. Привыкший к тусклому свету, Арсений на секунду зажмурился, когда яркие лучи ударили ему в глаза. На улице было уже по-летнему тепло, но воздух был таким свежим, что, казалось, до этого он и не дышал вовсе.

– Лесом