Прачечная потусторонних услуг - Владимир Ахматов

— Что ж, молодой человек, нам нужно серьёзно поговорить! — доктор натянул дежурную улыбочку. — Идёмте за мной.

«Ого, мне можно выйти? Что-то новенькое!»

Коридор почти не отличался от палаты: белый, безликий. Десятки одинаковых дверей с тёмными окошками и засовами. Без номеров. Как они здесь ориентируются? Каблуки медсестры копытцами цокают по кафелю — цок-цок. Втроем поднялись на этаж выше — интересно, какой по счёту? Вадим замерз — льняная распашонка и свободные штаны не грели.

Пришли.

Кабинет врача резко контрастировал на фоне остальной больницы. Мебель из тёмного дерева, причудливые картины на стенах.

— О, я вижу, вас заинтересовала моя маленькая коллекция? — оживился доктор, заметив его взгляд на полотне с красными каплями на зелёном фоне.

— Ну, они весьма необычные…

— Ещё бы! Это работы наших пациентов. Та, на которую вы смотрите — моя гордость! Представляете у больного тройное расщепление личности! Одна из личностей лишена способности говорить, но зато шикарно рисует! Вы, кстати, не пробовали работать кисточкой?

— Нет.

— Жаль. Хотя кто знает? — Он подмигнул, жестом приглашая присесть на уютный кожаный диван, но Вадиму почему-то не понравились его слова. — Возможно, вы откроете в себе новые таланты. Надо только подтолкнуть…

— Послушайте, я хочу всё объяснить. Я нормальный! Мне не нужно здесь находиться. Я пытался сказать врачу в больнице, но…

— Да-да, я в курсе, — перебил старик. — Он вас не выслушал, должно быть потому, что вы пытались при этом разбить себе голову о стену и измазали всё вокруг кровью? Как полагаете?

Вадиму стало стыдно.

— Я не хотел себе вредить, понимаете, иначе было нельзя… Мне бы получить таблетки… Они очень помогли! И я здоров!

— Вы присаживайтесь, присаживайтесь. Коллега намедни вернулась из Бразилии, привезла сказочный подарок — настоящий бразильский кофе! М-м-м, фантастический! Я сейчас вас угощу.

Доктор отвернулся к чайному столику и ловко орудовал крошечной туркой. Кабинет наполнил горький теплый аромат. Вадим зажмурился, вдыхая его, н обожал хороший кофе. Открыл глаза и поймал на себе изучающий взгляд выцветших глаз. Доктор принёс две чашки.

— Прошу!

— Спасибо…

— Пожалуйста. — Старик устроился в массивном кресле, которое его почти поглотило, сделал глоток. — Видите ли, к нам ежедневно поступает порядка двадцати новых клиентов. Москва — город прожорливый. Сюда едут за лучшей жизнью, но не всем суждено прославиться, разбогатеть или удачно выйти замуж: вот у людей и едет крыша. Срывы, алкоголизм, наркотики, знаете ли. Суицидников после праздников штабелями везут — класть некуда… На их фоне вы — бедная овечка. Изучил ваше дело и понимаю: выпасть из жизни на пять лет, пропустить взросление, самоопределение личности, потерять мать… Хм, будь я проклят, но у кого угодно шарики за ролики заедут!

Вадим осторожно усмехнулся.

— Впервые слышу такие точные медицинские термины.

— О, попытка шутить? Наши пациенты на это не способны, знаете ли. Ставлю плюсик в вашу копилку.

Доктор говорил, и Вадиму нравились его слова. Всё верно. Он не сумасшедший — просто запутался. Страх перед психушкой немного ослабел, сменяясь робкой надеждой на выписку. Сейчас ему пропишут таблетки — и он снова станет обычным парнем, пусть и с отметкой в личном деле.

На массивной раме картины за спиной доктора показались чьи-то бледные пальцы. На тёмном холсте чёрные всадники скакали по фиолетовому полю под лучами синего солнца. В том месте, где светило скрывалось за красными облаком, из стены выплыло дымное лицо молодого призрака. Тот с любопытством посмотрел на картину, затем на доктора — показал ему язык, ухмыльнулся Вадиму и наполовину вылез из стены.

— Для меня остаётся загадкой, зачем вас посадили на столь мощные седативные препараты. Словно лечащий врач намеренно пытался нарушить работу мозга… Хотя, конечно, это невозможно. Просто странно — обычный психоз и галоперидол… Немотивированная дозировка… Извините за вопрос, но у вас не было личного конфликта с главврачом?

Вадим, всецело поглощённый явлением привидения, лишь чудом осознал, что обращаются к нему. Сглотнул, кислую слюну, уставившись выпученными глазами на доктора:

— Простите, что?

Старичок нахмурился, надел узкие очки:

— Я спросил, были ди у вас конфликты в больнице?

— Нет, никаких…

— Вы себя нормально чувствуете?

— Да, это кофе… Слишком горячий! — поспешно соврал он.

Доктор улыбнулся:

— Отменный кофе, не правда ли?

Вадим не смог дать ответ. Призрак окончательно выбрался из картины и принялся расхаживать по стене взад-вперёд, начисто игнорируя земное притяжение. Он вплотную подошёл к голове доктора, шлёпнул по лысине и беззвучно захохотал, глядя на Вадима — мол, здорово придумал, а? При жизни призрак, вероятно, был его ровесником: парень с непослушным чубом и широкими плечами. Правда, с глуповатой ухмылкой помешанного. Он спрыгнул на пол, встал за спиной доктора и начал изображать крайне неприличные действия, которые совершил бы с ним.

— Молодой человек, вы хорошо себя чувствуете? — озадачился доктор, не подозревая о соитии с призраком. — Нашу беседу можно и перенести, если угодно.

Вадим растерянно перевёл взгляд:

— Нет, нет. Простите. Я внимательно слушаю!

— Спрашиваю, какие препараты вы принимали до срыва? Ведь именно после отмены ваше состояние ухудшилось?

— Именно! Я это и пытался объяснить в другой больнице! Это были… это были…

Призрак потерял интерес к доктору и приблизился к Вадиму. Пройдя сквозь старика, сквозь стол, он остановился в шаге. Вадим, не видя теперь собеседника, изо всех сил старался не отводить взгляд, чтобы доктор ничего не заподозрил. Приходилось смотреть прямо в потусторонний туман. На лбу выступил бисер пота. Призрак наклонился, глядя прямо в глаза, принялся строить рожи. Рука с чашкой дрожала, другой он впился ногтями в ногу. Он понимал: стоит лишь заикнуться о привидении — и стальная дверь психушки захлопнется за ним навсегда.

— … это были бета… бета…

— Бета-блокаторы? — подсказал доктор.

— Да! — истерично крикнул Вадим в лицо призраку. — Простите, обжёг горло, — отвернулся.

Привидение развеселилось. Оно прыгало вокруг, стянуло штаны, шлёпая себя по заднице. Беззвучно. Только холодок по полу.

— Хорошо, я вам выпишу подходящие таблетки, подберём дозировку… — доктор взял лист бумаги. — Антидепрессанты тоже не помешают… Вы были близки с матерью?

— Да… Я её очень любил… — Вадим еле держался.

Призрак снова встал между ними. Богатству его мимики позавидовал бы любой